Читать книгу - "Двор расколотой гармонии - Сара Джанет Маас"

чувствовала либо то, либо другое с тех пор, как прибыла Брайс Куинлан. Но после вчерашнего это чувство полного погружения во что-то…

Она чуть не утонула вчера. Была в сердцебиении от этого. Только Рис знал об этом, и потом они оба сидели за семейным ужином прошлой ночью и притворялись, словно ничего не произошло. Без Кассиана, который отмечал каждый её вдох, никто не заметил, что она наполовину потерялась в мыслях, прокручивая каждую ошибку, которую она совершила, и каждое слово, сказанное между ней и Рисом в его кабинете.

Ты можешь переноситься? — спросил Верховный Правитель, как будто разрываясь между изумлением и яростью.

Я пытаюсь, поправила она. Они оба были насквозь мокрые, оба тяжело дышали. Как ты узнал, где я?

Я слышал, как ты кричишь найди меня, найди меня, найди меня. Или это было для кого-то другого? Рис вытер воду с глаз.

Так много нахлынуло на неё, что ей понадобился момент, чтобы ответить. Я не осознавала, что посылаю какие-либо мысли наружу. Я… мне даже не пришло в голову сделать это.

Ты планировала просто упасть на дно океана и ждать, пока мы поймём, что ты утонула?

Я запаниковала, огрызнулась она. Я не ожидала оказаться — там.

Какого чёрта ты пыталась добраться до Тюрьмы?

Она покачала головой. Она не хотела отвечать.

Глаза Риса потускнели с ледяным предупреждением. Больше никаких секретов, Неста.

Это не секрет, огрызнулась она, наконец собирая достаточно силы в ногах, чтобы встать. Вода стекала по её штанам в ботинки, хлюпая с каждым из двух шагов, которые она успела сделать назад от него. Я просто… Она заставила себя держать его взгляд. Встретить его доминирующую сторону над своей собственной. Много ужасных вещей оказалось там. Я подумала, возможно, этот Сотворённый объект тоже может быть спрятан там. Я знала, что это маловероятно, но решила, что не повредит посмотреть. Особенно если Сотворённые вещи, кажется, пробуждаются.

Ей хотелось узнать ещё больше, но это не касалось Риса.

Рис наклонил голову набок, с его ночно-чёрных волос капала вода. Почему. Это была команда, а не вопрос.

Она снова выдержала его взгляд. Она не отвечала перед ним. Ни сейчас, ни когда-либо.

Губы Риса оттянулись от зубов в безмолвном рыке.

Её колени дрожали от усилия держаться прямо, шея напряглась, чтобы не склонить голову. Чтобы отвлечь ум от инстинкта подчиниться, она сказала: Почему бы мне не хотеть помочь этому Двору, миру?

Рык Риса угас — настороженное любопытство согрело его лицо вместо этого. Он щёлкнул пальцами, и вода на них исчезла. И сказал, прежде чем уйти: В следующий раз, когда захочешь пойти в Тюрьму порыться, спроси меня. И если хочешь уроки перемещения… Он покачал головой, положив руку на дверной ручке. Ради всего святого, спроси меня и об этом тоже.

Потом он ушёл, и она провела сегодняшний день, практикуясь. Чёрт с два она возьмёт уроки перемещения у него.

Она не знала, где Кассиан сегодня вечером. Он ушёл в Виндхейвен с Азриэлем вчера, и хотя последний уже вернулся на ужин прошлой ночью, Кассиана не было. Он предпочёл остаться в дикой местности, спать в старом доме матери Риса.

Это не было чем-то необычным в эти дни.

Неста осмотрела левую руку.

Брачный браслет поблёскивал в приглушённом свете зала. В правой руке она сжимала маленький серебристый шар — Симфонию.

Она часто приходила сюда, чтобы позволить зачарованному шару впитать музыку, с разрешения оркестра, конечно, чтобы после она могла слушать её, когда ей заблагорассудится. Но сегодня вечером она едва слышала хотя бы одну ноту. Слышала только свои собственные кружащиеся, мрачные мысли.

Она желала, чтобы могла поговорить с Кассианом об этом. Обо всём. Котёл прокляни её, она действительно хотела этого. Но с чего начать? Он всё ещё был в ярости из-за Маски. Как он отреагирует на новости о её перемещении, о желании пойти в Тюрьму, об этой другой, огромной вещи, которая извивалась внутри неё?

Они не спали вместе неделями. С тех пор, как прибыли Эмбер и Рэндалл. Кассиан иногда спал в кровати рядом с ней, но он никогда не тянулся к ней. Едва говорил с ней. Тот вчерашний разговор в коридоре, каким бы мучительным, напряжённым и уродливым он ни был, стал самым большим общением между ними за последние дни.

Возможно ли, чтобы мэйты… перестали ими быть? Чтобы эти узы треснули достаточно глубоко, что их нельзя было починить?

Одно дело скрывать вещи от Риса, только и сказал Кассиан, когда она столкнулась с ним из-за его дистанции и тлеющей злости. Совсем другое — скрывать вещи от меня.

Но, если уж на то пошло, Несте не дали шанса даже рассмотреть скрытие своих планов от Кассиана или поделиться ими. В один момент она читала в библиотеке Дома Ветра, а в следующий Брайс была там, умоляя о Маске и предлагая своих родителей не только как залог, но как беженцев от гнева Астери.

Неста прочитала отчаяние в янтарных глазах Брайс и знала, что должна сделать. У неё не было времени проводить дебаты по поводу своего выбора. Но ей это было и не нужно.

Не имело значения, что Брайс позже победила Астери. Что она потом вернула то, что украла, и то, что ей дали — и даже больше этого. Что её родители вернулись в свой мир — только были здесь и исчезли, словно утренняя роса. Никому не было дела до того, что Неста нашла в Эмбер то, о чём даже не подозревала, как сильно ей этого не хватало.

Ты найдёшь свой путь.

Неста пыталась объяснить всё, абсолютно всё, Кассиану потом. Он не хотел это слышать.

Мы наконец налаживали вещи на правильный путь, сказал он, прежде чем уйти. Я не знаю, почему тебе пришлось… Он затих, и у неё не хватило смелости попросить его закончить то предложение.

Разрушить это. Вот что он почти сказал. Она разрушила это — хрупкий мир и привязанность с Рисом и остальными. Всё хорошее, что она сделала, спасая Никса и Фейру, и Риса в процессе, было стёрто. Даже Элейн всё ещё относилась к ней с осторожностью и казалась шокированной и разочарованной, когда услышала о Маске.

Так что у Несты не было никого, кого можно было даже попросить присоединиться к ней в музыкальном зале, не по-настоящему. Может быть, Фейру, но она знала, насколько её сестра и так перегружена, и идти сюда с ней стало бы для неё бременем, не так ли?