Читать книгу - "Изаура и Алваро - Бернарду Жуакин да Силва Гимарайнш"

платком, который сшила ему Изаура, шмыгнул носом и стал подниматься по пологому склону, заросшему кустами терновника. Под одним из этих колючих, царапающих кожу кустов он и закопал сто миллионов рейсов, пометив тайник сухой веточкой дерева перобу.

«Место здесь пустынное, — размышлял Мигел, — и деньгам ничто не угрожает. Кому придет в голову устраивать раскопки среди зарослей терновника? Разве только гиена решит спрятать свою скудную добычу — тушканчика или скунса. Пускай пока денежки покоятся в земле. Авось когда-нибудь пригодятся и сослужат добрую службу...»

Выбравшись на покрытую толстым слоем пыли дорогу, старик, пошатываясь от усталости и волоча ноги, направился к дому, где обитал молодой хозяин Леонсио де Фонсеки. Мигел решил в последний раз поговорить со своим врагом, поговорить по-хорошему, постараться заставить его прислушаться к голосу разума. А вдруг Леонсио все-таки согласится отпустить Изауру, даст ей свидетельство об освобождении? Сколько же можно его умолять, уговаривать, ползать перед ним на коленях? Всякому терпению в конце концов приходит конец...

«Если и сейчас этот сукин сын будет непреклонен, если он будет обращаться со мной как с животным, то ему не поздоровится. Пусть я умру, но избавлю свет от коварного и жестокого подонка...» — твердо решил Мигел. Он нащупал в кармане широких холщовых штанов маленький, сделанный на совесть складной нож...

А в это самое время Леонсио, сидя у окна в своем кабинете, прикладывался к бутылке. Ему уже был противен даже вид крепкого рома, но он наполнял стакан за стаканом и опрокидывал омерзительно пахнущую жидкость себе в глотку, закусывая мелко нарезанными кусочками нежной папайи. Рядом, на белом подоконнике, лежала широкополая шляпа, принесенная Андре в знак доказательства того, что Алваро мертв. Леонсио с глумливой насмешкой смотрел на трофей, и душа его радовалась.

«Жалко, что в этой шляпе нет головы глупого и наивного влюбленного, — думал он. — Тогда бы я поступил с ней так же, как охотники поступают с головами диких зверей, добытых ими в джунглях. Я бы повесил ее на стену в своей спальне, сам бы любовался ею, да еще показывал бы всем своим знакомым... Черт побери, куда же он успел спрятать деньги? Ведь я видел их своими глазами — сто миллионов рейсов купюрами по сто тысяч... Неужели Алваро передал их Мигелу? Да, вот уж неожиданный поворот событий... Деньги были, и вдруг их нет... Обидно... Но ничего, зато повержен мой самый лютый враг! Он больше не будет претендовать на мою возлюбленную, на мою милую Изауру. Вот только не знаю, говорить ей или нет о том, что этот сумасбродный человечишко, по которому она так сохнет, превратился в белокрылого ангела и распевает сейчас на небесах заунывные песни? Пожалуй, нужно повременить... А то еще, чем доброго, наложит на себя руки... Ну не верю я, что Изаура могла влюбиться в такого дурака! Чем я хуже? Почему же она даже не хочет смотреть в мою сторону, почему она презирает меня? Что я ей плохого сделал?»

Леонсио икнул, поставил опустошенную бутылку на пол и выглянул в окно.

— Роза! — визгливо крикнул он. — Роза! Дьявол тебя разорви!

Молодая мулатка, проходившая по двору с корзиной с хлопком, подняла голову.

— Вы ко мне обращаетесь, господин? — спросила она.

— К тебе, к тебе! — Леонсио сделал неосторожное движение и чуть не вывалился из окна. — Поднимись ко мне, глупое отродье! Скорее, не заставляй меня повторять приказание!

Роза бросила корзину и поспешила в дом.

«Ага, я опять понадобилась! — пронеслось в ее голове. — А как же еще? Леонсио прекрасно понимает, что без меня он и шагу не может ступить. Я незаменима!»

Девушка взбежала по скрипучей лестнице на второй этаж и осторожно постучалась в дверь.

— Входи, входи! — послышался голос Леонсио. — Чего стучать-то, я тебя жду!

Роза впорхнула в кабинет. На ее лице светилось выражение покорности и послушания.

— Вы хотели видеть меня, господин? — скромно проговорила она.

— Не то чтобы уж очень, — насмешливо ответил хозяин. — Садись на диван. Вот так. Выпить хочешь?

— Мой господин, на улице так жарко, а мне еще работать...

— Ой, какие мы скромные! Не стесняйся, там в шкафчике возьми бутылку. Да не эту, с ромом бери. Теперь открой, на столе нож лежит.

Роза ловким движением выковыряла пробку из горлышка и налила мутную жидкость в стакан.

— А теперь давай выпьем, — Леонсио вырвал из ее рук бутылку, — Неважно за что, главное, чтобы все было хорошо... Пей! Одним глотком, до дна!

Молодой Фонсеки запрокинул голову и отхлебнул из горла. Роза сделала губы трубочкой, опустошила стакан и поморщилась.

— Заешь папайей, не так горько во рту будет, — посоветовал Леонсио. — А мы и вправду давненько не виделись...

— Да, мой господин.

— Что ты заладила? «Да, мой господин! Да, мой господин!» — Леонсио пытался передразнить Розу. — Хватит! Не называй меня так, мы же с тобой друзья. Фу ты, тошнит меня что-то... ох, нехорошо.

Он икнул и тяжело опустился в глубокое мягкое кресло. Роза вынула из кармана юбки платок, брызнула на него из графина водой и приложила мокрую материю к разгоряченному лбу хозяина.

— Вам нужно немного полежать, — заботливо сказала она. — Сон восстановит силы.

— Я сам знаю, что мне делать. — Леонсио оттолкнул от себя Розу. — Тоже мне, советчица нашлась.

— Я же хотела как лучше...

— Так я тебе и поверил. Лучше... Вы все только и ждете, чтобы я окочурился. Все смерти моей желаете... Я вас кормлю, пою...— Леонсио не договорил. Он закрыл глаза и громко захрапел. Роза стояла недвижно, боясь разбудить пьяного господина. Она пристально вгляделась в его потное, лоснящееся лицо.

«И почему я только сейчас поняла, какой он на самом деле урод?» — подумала рабыня.

Леонсио уже успел увидеть какой-то страшный сон. Он вскрикнул, подпрыгнул в кресле и уставился на Розу непонимающими глазами. Девушка не могла скрыть улыбки.

— Ты что смеешься? — недовольно спросил Леонсио. — Уснул я, что в этом смешного? А зачем я вообще тебя позвал? Ах да, вспомнил... Хотел спросить... Ты часто видишь Изауру... Каждый день ее видишь... Как ей живется?

«Опять он за свое, — со злостью подумала Роза. — Все никак не может выкинуть из головы эту сучку! А я-то решила, что он позвал меня не для того, чтобы