Читать книгу - "Принц Мечей - Элис Кова"

плаща и натягивает капюшон. Клинок срывается и глубоко распарывает мне плечо. Четвёрка Мечей уже срывается с пальцев, спеша затянуть эту рану, но рыцарь уже заносит меч для следующего, добивающего удара.

В самый разгар замаха он застывает на месте — будто в одно мгновение обратившись в камень. Челюсть латника бессильно отвисает, и с подбородка начинает сочиться густая кровь, черная, словно чернила. Глаза закатываются под лоб, и он кулем оседает наземь, замертво.

Я перевожу взгляд с его трупа на возвышающегося за его спиной Каэлиса. В глазах принца полыхает чистая жажда убийства. Не проронив ни звука, он разворачивается обратно к остальным Стеллисам.

Какая это была карта?..

Времени разбираться нет. На другом конце залы оступается Грегор. Клинок Ли настиг цель, глубоко вспоров ему бок вдоль ребер. Кровь хлещет ручьем по его телу, пока он тяжело пятится назад.

— Грегор! — Я рвусь к нему. Другой Королевы Кубков у меня нет — я отдала ее Сорзе. Я швыряю Четвёрку Мечей, но она едва ли способна на большее, чем затянуть мелкие царапины. И ровно в эту секунду Равин делает свой ход.

Восьмёрка Мечей намертво пригвождает Вадуина к месту призрачными клинками из света и тени. Вадуин бьется в их хватке, тщетно пытаясь вырваться. Равин протягивает руку вперед — все это время он и впрямь знал, где спрятан сосуд.

Клинок Ли приставлен к горлу Грегора. Она меняет упор ног. Отводит лезвие назад для последнего выпада.

Время замедляется до тягучей смолы.

Мне нужно сделать выбор.

Сосуд — ключ к Аркану Мир, ко всему, о чем я мечтала.

Или жизнь Грегора.

Взгляд друга находит мой через всю залу. Даже истекая кровью, даже на краю гибели он умудряется выдавить усталую, перепачканную кровью улыбку. Судорожный всхлип перехватывает горло, и мир перед глазами плывет. Я уже срываюсь с места, едва контролируя собственное тело.

Нет. Нет! Я не могу. Я не потеряю еще и его!

С истошным криком я призываю Десятку Жезлов, пока Ли готовится нанести удар. Но моя карта так и не успевает сработать. Кто-то из карателей в клочья разносит ее Десяткой Мечей. Тузы — самые быстрые карты в колоде, и я резко переключаюсь на Туз Мечей. Но ее сокол снова оказывается быстрее. Меч Ли с воем рассекает воздух.

Пусть удача будет на моей стороне. Крути колесо!

Я вскидываю Колесо Фортуны.

Карта выкручивается из моей колоды и бесследно тает в воздухе. Огромный каменный блок вырывается из свода под потолком и с чудовищной силой обрушивается прямо на клинок Ли. Удар сбивает ее с ног, и этой заминки Грегору хватает, чтобы перекатиться в сторону. Меч с глухим звоном вонзается в каменные плиты ровно там, где секунду назад лежало его тело. Друг судорожно хватает ртом воздух, хрипит, пытаясь встать на ноги. Кровь безостановочно хлещет из раны.

Позади меня раздается истошный вопль Вадуина.

Я оглядываюсь через плечо и вижу, как Равин победно вскидывает карту сосуда над головой — ее ослепительный свет пульсирует сквозь его пальцы, точно пойманная звезда.

— Наконец-то, — выдыхает он, и впервые за все время, что я его знаю, в его голосе звучат неподдельные, живые эмоции. Облегчение. Триумф. — Реальность будет принадлежать мне.

Глава 64

— Нет! — Я бросаюсь к Равину, но Ли уже преграждает мне путь.

— Попалась, — рычит она, обрушивая лезвие по жестокой дуге. Клинок хищно сверкает в отблесках пожара, ловя на сталь магические всполохи арканов, бушующих вокруг нас.

Я едва успеваю вскинуть свой меч. Чудовищная сила удара отдается волной острой боли вверх по рукам. Ее прищуренные глаза впиваются в меня.

Она видит сквозь морок Семёрки Кубков. Нет, прошло уже больше семи минут с тех пор, как Каэлис сотворил это заклинание. Неужели она заметила, как я призвала Колесо Фортуны? Поняла, что это была за карта? Если да, то теперь она знает: у Клары Грейсворд новые глаза, потому что больше этой картой владеть попросту некому.

Твою мать.

С диким, безумным оскалом она перехватывает инициативу в клинче, скользя лезвием к самой гарде. Я едва успеваю разорвать сцепку клинков прежде, чем она выворачивает кисть, пытаясь меня обезоружить. Лишь сейчас я в полной мере осознаю, насколько безнадежно уступаю ей в фехтовании. Каждое движение Ли выверено до миллиметра, каждый выпад рассчитан с убийственной точностью.

Она развивает натиск, шаг за шагом тесня меня назад. Ее клинок кружит везде и сразу — сверху, снизу, слева, справа, превращаясь в серебристый смертоносный вихрь, загоняющий меня в отчаянную, судорожную оборону. Я трачу столько сил, пытаясь предугадать ее следующий выпад, что не успеваю даже призвать карту. Я не могу позволить себе ни единой лишней мысли — иначе моя голова слетит с плеч.

Я оступаюсь, и острие с присвистом пролетает в волоске от моего подбородка. Но в ту же секунду невидимая мощь сбивает ее с ног. Прежде чем Ли успевает подняться, каменный пол под ней оживает: камень вздымается, смыкаясь жесткими кандалами вокруг ее запястий и щиколоток, намертво прибивая ее к полу. Тройка Монет, если не ошибаюсь.

Не упуская дарованное преимущество, я призываю своего последнего Рыцаря Мечей.

Вспышки света и тени плотным кольцом окружают тело Ли. Перед мысленным взором встает картина: тысяча невидимых лезвий кромсает ее изнутри. Разорванные в клочья внутренности. Кожа, расползающаяся лохмотьями. На ее щеках проступают тонкие полосы, взрывающиеся кровью, слепящим светом и чернильной тьмой, пока она смотрит на меня снизу вверх сквозь стиснутые в оскале зубы. Между губ толчками сочится кровь.

— Ты… обрекаешь… всех нас…

Новая вспышка света и тени сминает воздух вокруг нее. Еще один Рыцарь Мечей. На этот раз — от Каэлиса. Я узнаю его почерк по одному лишь тяжелому привкусу магии. Он пускает карту в ход с леденящей, безжалостной ненавистью. Раны Ли расходятся шире, кожа лопается до мяса, едва не отставая от обнаженных мышц. Захлебнувшись хриплым вздохом, она обмякает, а камень все так же безжалостно сжимает ее омертвевшие конечности.

И вот так, в одно мгновение, несокрушимой Ли Стронгборн больше нет.

С трудом поднявшись на ноги, я судорожно обвожу залу взглядом. Каэлису удалось отогнать Стеллисов, но Эмилии нигде не видно — а значит, свежие подкрепления вот-вот нагрянут. Тем более что за пределами этой залы грохот битвы уже начинает стихать. Грегор с трудом пытается удержаться на ногах; кровь хлещет из него ручьем. А Равин с подчеркнутой, филигранной осторожностью прячет сосуд в карман.

На лице наследного принца не дрогнул ни единый мускул, когда его взор коснулся изувеченных останков