Читать книгу - "Бросая вызов сумраку - Даниэль Л. Дженсен"

Ты убила его жену и ребенка, нераскаявшееся ты чудовище, завизжала совесть. Ты бредишь, если думаешь, что он согласится на этот план.

И все же Лириен никак не могла избавиться от воспоминаний о том, как он ее поцеловал, и позволила себе снова погрузиться в этот момент. Его вкус — пьянящий, обжигающе-сладкий, от которого в ушах загрохотал пульс. Каждое прикосновение его губ затягивало ее все глубже, пока поцелуй не превратился в капитуляцию, как будто он хотел поглотить ее целиком. Его язык сплелся с ее в медленной, дразнящей игре, а затем проник глубже, одновременно заявляя права и требуя ответа.

Лириен вспомнила, как машинально выгнулась ему навстречу, подстраиваясь под твердые контуры его тела и ощущая каменную твердость его члена под кожей брюк. Тело предало ее во время танца: прикосновения его рук смешались с алкоголем, разжигая похоть, затуманившую рассудок. Но этот поцелуй… он окончательно добил ее, и от одной лишь мысли о нем она намокла и тонкий шелк белья стал влажным.

Вполне возможно, что так Вокс целовал все свои ничего не значащие, мимолетные, увлечения. Но это не объясняло того факта, что целуя ее он потерял контроль настолько, что погас свет.

Да скорее всего, от ужаса, что он целует женщину, убившую его семью, тупоголовая ты дура, подумала Лириен, как раз в тот момент, когда скользнула под шелк рукой, увлажнив палец, чтобы поласкать клитор.

Он похитил тебя. Заставил служить своим целям. И не забывай, он убил отца Риши просто ради того, чтобы совершить налет на «Странника рассвета».

Совесть тут же парировала: Но он также каждую ночь рискует жизнью, чтобы спасать людей, которые не могут защитить себя сами.

Спор, бушующий в ее голове никак не влиял на пульсирующее в теле желание, и Лириен было наплевать, что это о ней говорит.

Она прикрыла глаза, вспоминая ощущение руки Вокса в своих волосах и его языка в своем рту. Как его рука скользнула по ее заднице, приподнимая ее так, чтобы его член прижимался точно к тому самому месту между ее бедер. Все мужчины, с которыми она была на «Страннике рассвета», теперь казались мальчишками по сравнению с грубой силой, с которой он заявлял на нее права. Лириен прикусила нижнюю губу, чтобы не застонать, доставляя себе удовольствие и помня о том, что люк открыт.

Ее свободная рука сжалась на маске Вокса, которую она случайно забрала с собой. Это был череп незнакомца, она никогда не узнает, чьи это кости. Ее пальцы заскользили по его поверхности, и тело дернулось от наслаждения при воспоминании о том, как она снимала ее с лица Вокса.

А разве ты у меня есть, Флинтспайр?

Желать его было идиотизмом всех возможных уровней, но от фантазии о том, как Вокс берет ее, тело сладко заныло. Почти ненавидя себя, она взяла маску, надела ее и погрузила указательный и средний пальцы в свою влажную киску. Когда она представила, что это его пальцы, ее спина выгнулась.

Какими бы ни были его цели, Вокс был злодеем. Убийцей, вором и лжецом, но в этот темный момент, наедине с собой, эта правда лишь разжигала в ней еще больший огонь, пока она представляла себе, что он вылизывает ее тело.

Клитор налился, дыхание участилось, но тут она услышала тяжелые шаги людей, входящих в отсек. Команда забиралась на свои спальные места, с лязгом закрывались люки.

Она затаила дыхание, услышав голос Вокса:

— Дневная команда направится на восток, как и планировалось. «Темный Клык» и «Гремучая Змея» последуют за нами.

Кто-то буркнул что-то в знак согласия и вышел. Лириен прислушивалась к уже знакомым шагам по боевому отсеку, продолжая ласкать свой клитор; от накативших ощущений ее била дрожь.

Да ты просто ебанутая, огрызнулась совесть. Ничуть не лучше девок из авангарда!

Но эта мысль мелькнула где-то далеко, потому что она услышала, как Вокс низким голосом отдает новые приказы. Услышала его четкие шаги по стальному полу отсека. Уловила едва заметный запах, исходящий от него, и это стало последней каплей.

Оргазм накрыл ее в ту самую секунду, когда взревел пиродвигатель; этот грохот заглушил ее тихий вздох, и она задрожала от наслаждения.

Платформа пришла в движение, и тут она услышала свое имя.

— Лириен?

Ее тело напряглось, она сорвала маску, не до конца уверенная, что это на самом деле заговорил Вокс. Отчасти ей еще казалось, что это отголоски запретной фантазии в ее голове, она сдвинулась, чтобы выглянуть в открытый люк.

Вокс смотрел на нее снизу вверх; его лицо осунулось от крайнего истощения после того, как он целую ночь поддерживал защиту над площадью.

— Ты в порядке?

Нет. Я гребаный монстр.

— Я в порядке, — ответила она. — Просто устала и пьяна.

— Сегодня таких много.

Его глаза испытующе смотрели в ее, и Лириен, испугавшись, что он увидит больше, чем ей хотелось бы, сказала:

— Это твое. У меня не было возможности вернуть.

Лириен протянула руку вниз и отдала ему маску. Она слишком поздно вспомнила, что буквально мгновение назад эти самые пальцы находились глубоко в ее киске. Сделать уже было ничего нельзя — он потянулся за маской. Их руки соприкоснулись; они оба держали череп какой-то забытой души, глядя друг другу в глаза, а затем Вокс произнес:

— Я не могу.

Лириен сразу поняла, что он имел в виду; она прочитала это в его глазах, когда он посмотрел на нее, во взгляде была такая тяжесть, которую она совершенно не могла осознать.

— Я на коленях клялся ей, что буду защищать ее до самой смерти, а потом просто беспомощно стоял, пока она кричала мое имя и горела заживо с нашим ребенком на руках.

Его голубые глаза были пусты; вместо живой души, там была только выжженая пустыня. Лириен содрогнулась от этого зрелища.

— Я не буду лгать тебе и говорить, что не был слаб и не прятался от горя в объятиях стольких женщин, что и не сосчитать. Но я никогда не разрешал себе полюбить кого-то, и никогда не разрешу. Ты