Читать книгу - "Азбука интервенции - Захар Прилепин"

всё-таки оставшиеся здесь. О вкладе в победу 1945 года нашей эмиграции говорить куда сложнее.

В 1950 году Ильин писал о событиях 1941 года: «Есть общее правило международной политики: когда два врага моей родины начинают борьбу друг с другом, то мне следует расценивать эту борьбу не с точки зрения международного права, или справедливости, или сентиментальных настроений, но с точки зрения прямого интереса моей родины и экономии её сил. В таких случаях показуется нейтралитет. Массовая сдача в плен русских солдат в 1941 году и была такой инстинктивно найденной попыткой занять нейтральную позицию».

Очевидно, что и пять лет спустя после войны Ильин считал предательское поведение в 1941 году – нормальным, обоснованным. Как позже и Александр Солженицын.

Памятуя об этом, я всякий раз вспоминаю про чудаков, что носят туда-сюда ленинские цитаты, – как правило, перевранные, обрезанные со всех сторон, извлечённые из контекста – но уверенно преподносимые, как «предательские».

И задаюсь вопросом: разве наши оппоненты не знают, что в эту злую игру можно играть вдвоём? Все их кумиры – даже и Деникин, не говоря про Врангеля и тем более Краснова – такого за свою жизнь наговорили, что там козырей, какими можно бить мнимые ленинские «цитаты» – не счесть! А чего они натворили в своей жизни! С кем только не заключали союзы ради интересов, ложно понятных ими, как общенациональные!

Наши оппоненты всерьёз надеются, что кроме них никто читать не умеет?

Но беда наших оппонентов даже не в том, что они делают осмысленную ставку на одичание массового читателя. А в том, что если однажды обнародуют архивы предвоенных и военных времён, документы эпохи Холодной войны, переписку выехавших за рубежи России белых генералов и священнослужителей, изучат все их соглашения с нацистами, фашистами, и всеми мыслимыми мировыми спецслужбами – они ж сами поседеют.

И будут онемелыми губами шептать свою дурацкую сказку о «пломбированном вагоне», и в который раз повторять, что «без большевиков имперская Россия победила бы Гитлера в 1940 году, а в 1941 году улетела бы в космос, и ракетой правил бы князь Гагарин».

Но смотреть на них будут уже не с тем доверием, что нынче.

А совсем с другими чувствами.

Украинский вопрос

Когда история начинается в 1917 году

Монархисты уверяют, что для сторонников социализма история России начиналась в 1917 году. Что, конечно же, не так.

Следом наши монархисты сами являют пример исторического мышления, когда история для них начинается как раз в 1917 году, а не ранее. Например, рассказывая, что до 1917 года проблемы «украинства» не существовало: ведь на территории Украины жили, как нас уверяют, «обычные русские люди».

Приходится заниматься ликбезом.

Царь Алексей Михайлович в 1654 году не смог воссоединиться со всей левобережной и правобережной Украиной: как определение конкретной территории, а не окраины, слово это бытовало уже тогда; также данные территории именовались Малороссией, Запорожской Сечью, Гетманщиной – так как управлялись гетманом.

России не хватило сил и ресурсов на одновременную схватку и с поляками, и со шведами. Противостояние усугубилось ещё и начавшейся гражданской войной между теми малороссами, что желали стать под руку Москвы, и теми, что хотели остаться «в Европе» – уже тогда данный вопрос разделил будущих украинцев примерно надвое.

Та часть Малороссии, что досталась нам, получила от Москвы серьёзные преференции в качестве автономии и право рассматривать себя, как равноправная сторона договора. Когда ранее Москва крепила вокруг себя иные регионы – включая Рязань, Новгород, Псков – она забирала их, как «русские субъекты», не наделяя их дополнительными правами, но, напротив, лишая существовавших прав. В случае с Малороссией мы вели себя наоборот. Гетманщина выторговала право на собственное законодательство, на собственную армию, на особое административное устройство; какое-то время отстаивала право самостоятельно вести международные переговоры.

Алексей Михайлович, действуя сообразно возможностям, во многом шёл Гетманщине навстречу и винить его в потворстве малороссам бессмысленно.

Гражданская война так и продолжала то тлеть, то заново разгораться на территории Украины, оставшись по наследству его преемникам. Промежуточным результатом противостояния стало уничтожение низовой Запорожской Сечи, – то есть, собственно гетманского войска, – при Петре Первом.

Тем не менее, борьба с казацкой малороссийской самостойностью и далее сопровождалась раздачей пряников: например, бунтовщики из раза в раз получали амнистии, возвращали себе прежние права, либо приобретали иные. Так был амнистирован гетман Дорошенко, продававшийся ранее и туркам, и ляхам.

После Петра, при его наследницах на престоле Сечь снова была восстановлена. И лишь Екатерина Великая окончательно уничтожила Запорожскую низовую Сечь. После ста лет борьбы с хроническим запорожским сепаратизмом.

Но и на том история не завершилась.

При Александре I к России отошло Царство Польское. В те годы, при попустительстве монарха и при помощи мощно вложившихся в это польских культурных деятелей – были заложены основы политического украинства.

К середине XIX века украинство расцвело пышным цветом: появились сотни легальных украинских кружков, украинский театр, украинская литература, украинские журналы и т. д. и т. п.

К началу же XX века «украинский вопрос» был перезрел. Царская перепись 1897 года зафиксировала, что большинство населения малороссийских губерний, включая Екатеринославскую и Харьковскую – в состав которых и входила большая часть будущих Луганских и Донецких областей – считают себя малороссами. Родным своим языком большинство населения будущей советской Украины назвали украинский. До революции оставалось 20 лет!

Февральская революция породила мощнейшее сепаратисткое движение на Украине. По факту, она тогда же и отделилась – нарезав себе территорию даже большую, чем позже получила УССР.

И вот только здесь, после 250 лет прямых кровавых конфликтов с украинством, после ста лет то легального, то запрещаемого политического украинства, после издания тонн малороссийских журналов, брошюрок, азбук и псевдоисторических проукраинских исследований, – началась советская история взаимоотношений с Украиной.

Почему авторы антисоветских концепций опускают всю эту огромную предысторию?

Потому что у них, как было отмечено выше, история России начинается в 1917 году.

Куда ж интереснее дать комический портрет Ленина и Троцкого, которые, старательно картавя, обсуждают:

– Лев Давидович, давайте бомбу под Г’ассию заложим?

– А как, Владимиг Ильич?

– А Укг’аину пг’идумаем!

Подобные юморески выдаются теперь за исторические изыскания.

Хохлы, которые существуют

Совсем по историческим меркам недавно, несколько десятилетий назад, никакой проблемы в том, что на свете существуют украинцы и белорусы, не было.

С белорусами вроде и доныне большинство готово смириться. Но едва заходит речь про украинцев, как отовсюду набегают специалисты, изо всех сил пытающиеся доказать, что украинцы – искусственный субстрат.

Само слово «украинец» подшивают ко