Читать книгу - "Собрание сочинений. Том 4. Быт - Виктор Борисович Шкловский"

быть почтено. В сие время сочинил послание к Шумилову, в коем некоторые стихи являют тогдашнее мое заблуждение, так что от сего сочинения у многих прослыл я безбожником. Но господи, тебе известно мое сердце; ты знаешь, что оно всегда благоговейно тебя почитало, и что сие сочинение было действие не безверия, но безрассудной остроты» (Митрополит Евгений. Словарь русских светских писателей, соотечественников и чужестранцев, писавших в России. М. 1845 г., т. I, стр. 80).

Указания митрополита Евгения о том, что по случаю маскарада была объявлена свобода печати, другими известиями не подтверждается. «Послание к слугам» было напечатано в 1770 году в июле месяце в журнале «Пустомеля», СПб., но напечатано оно было анонимно со следующим послесловием редакции:

Кажется, что нет нужды читателя моего уведомлять о имени автора сего послания; перо, писавшее сие, российскому ученому свету и всем любящим словесные науки довольно известно. Многие письменные сего автора сочинения носятся по многим рукам, читаются с превеликим удовольствием и похваляются, сколько за ясность и чистоту слова, столько за остроту и живость мыслей, легкость и приятность изображения; словом есть ли обстоятельства автору сему позволят упражняться во словесных науках, то не безосновательно и справедливо многие ожидают увидеть в нем российского Боало. Его комедия… столько по справедливости разумными и знающими людьми была похваляема, что лутчаго и Молиер во Франции своим комедиям не видал принятия и не желал; но я умолчу, дабы завистников не возбудить от сна, последним благоразумием, на них наложенного.

Насколько важна была в характеристике фон-Визина того времени эта вещь, показывает не только само отречение фон-Визина, но и отзыв Новикова в «Опыте исторического словаря» (СПб. 1772 г.):

Сей человек молодой, острый, довольно искусный во словесных науках, также в Российском, Французском, Немецком и Латинском языках. Он перевел в стихи Волтерову трагедию Алзиру; переложил по свойству наших нравов Грессетово сочинение Сидней стихами ж, и написал много острых и весьма хороших стихотворений. Его послание к людям своим Шумилову, Ваньке и Петрушке, а другое Матюшка Рознощик, свидетельствуют остроту его разума и тонкость в сатирах (Опыт исторического словаря о российских писателях. Собрал Николай Новиков. СПб. 1772 г., стр. 230–231).

«Разные письменные материи» ценны для нас как точный указатель границ литературных знаний Матвея Комарова.

Эта книга показывает нам, что первый лубочный писатель, как иногда называют Комарова, хорошо знал литературу своего времени и умел по-своему группировать ее материал. У Матвея Комарова был выбор между Ломоносовым и рукописной повестью и рыцарским романом, за которым он пошел. Своеобразие литературного лица Комарова не объясняется просто его литературной отсталостью или безграмотностью.

Комаров сознательно выбрал свой путь.

Крестьянские сказки

«Крестьянские сказки» – маленькая книжка в восьмую долю листа, напечатанная корпусом на шпоне.

В книжке 2 части и в общей сложности 216 страниц, считая все спуски и т. д.

Книжка издана в «Вольной типографии А. Решетникова» и помечена 1790 годом. В 1793 году появилось второе издание, что для того времени было крупным успехом (см. титульный лист 2 изд., стр. 229). Издание довольно нарядное, на плотной бумаге. Каждая глава начинается виньеткой и кончается заставкой. Полное название книги «Крестьянские сказки, или Двенадцать вечеров для препровождения праздного времени».

Книжка снабжена чрезвычайно любопытным фронтисписом (см. стр. 407).

Картина (неплохо сделанная) изображает барина, лежащего на кровати. На полу сидит крестьянин с большой бородой и в армяке. Он, очевидно, сказывает сказки. Тут же на стуле лежит маленькая собачка – «не более четырех вершков».

Одним словом, мы видим совершенно бытовую картину. Содержание же сказок не «крестьянское» и не бытовое.

Причины этого явления я постараюсь разобрать подробно.

Издание имеет следующее предисловие:

К читателю

Первый опыт каждого дела кажется, что не может быть без погрешности, доколе частое повторение не доведет оного до совершенства так как и сия книжка, есть первым опытом моего труда; следовательно подвержена и она той же участи, почему и прошу моих читателей благосклонно мне оные простить. Также и недостаток красноречия, раскащика моего извинить, потому что я каким штилем от него слышал тем же точно и вам передаю. Когда ж узнаю, что благосклонно будет принят сей мой труд моими читателями, то подщусь усугубить мое рачение к исправлению, впредь будущих моих к вам подобных же услуг.

Сопиков читает «М. Ж.» как «Московский житель».

Возникает мысль об авторстве М. Комарова.

Противопоказанием является то, что здесь произведение названо первым опытом, но у нас есть некоторые основания считать, что книга тем не менее действительно написана Комаровым или по крайней мере им редактирована.

Титульный лист 2‑го издания книги «Крестьянские Сказки»

Дело в том, что сказки снабжены примечаниями. Примечания эти совпадают с теми, которые даны «Георгу английскому милорду» и «Невидимке». Совпадают не только тексты примечаний, сводка которых дана ниже, но и манера их давать в самый разгар действия, а также точность примечаний и обстоятельность истолкований тех слов, которые для другого писателя показались бы и не нуждающимися в комментариях.

Очень любопытно разобрать подзаголовок вещи – «12 вечеров».

Вечера произошли из ночей. Рассказывание в «1001 ночи» имеет эротическую мотивировку и каждый раз совершается после поцелуев. Прием рассказывания очень часто применялся во второй половине XVIII века, после успеха «1001 ночи». Принята была схема рассказа с перерывами. Развитие этого приема мы увидим в «Несчастном Никаноре». Но мотивировка рассказывания изменилась, поэтому на русской почве ночи очень быстро заменились вечерами.

Обстановку этих вечеров мы уже видели на фронтисписе.

Замене «ночей» «вечерами» способствовал, вероятно, и русский обычай рассказывать сказки на сон грядущий.

Были «Вечера», еженедельное издание. Были «Вечера забавные», книга сказок. Были повести «Вечера меланхолические». Были «Вечера моей бабушки». Были «Вечерние часы, или древние сказки». Были «Вечера молодого грека». «Вечера осенние». «Вечера перед камином». «Вечера уединения». «Вечерние беседы в хижине». «Вечера сельские». «Вечера славянские» Нарежного. И, наконец, «Вечера на хуторе близ Диканьки» Гоголя.

«Крестьянские сказки» имеют интересные подзаголовки. Например, повествование «Вечера первого» называется «Сказка, или приключение Педро, английского купца». Она продолжается два вечера. Дальше идет «Сказка, или достопамятное приключение Вильма». Третья сказка называется просто «Сказка о принце Мунтале».

Фронтиспис книги «Крестьянские сказки»; он же приложен ко второму тому книги Евграфа Хомякова

Это последняя сказка первой части. Она служит обрамлением к сказкам второй части.

Таким образом, «Сказка, или похождение Фюрно», рассказываемая в седьмом и восьмом вечере, и «Сказка, или приключение Алимея», которая занимает вечер девятый, и «сказка о солдате Бернасе» вечера десятого вставлены в эту сказку с той мотивировкой, что они читаются в книге отцом одного из героев.

Сказка о ведьме начинается без указаний вечера. Очевидно, она мыслится автором все-таки рассказанной тем же Дамбием. После этого идет окончание сказки о принце Мунтале.

Терминология и вся композиция «Крестьянских сказок» путаная. В общем можно сказать, что подзаголовок «приключение» имеют те сказки, которые начинаются как авантюрные романы, так сказать, сказки двухжанровые.

Первые сказки не имеют никакого обрамления, и кто рассказывает вечер первый – неизвестно. Сам сказочный материал производит впечатление разрозненного. Перед нами как будто бы полусказки, без торможения и без ступенчатого построения.

Фабула приключений Педро следующая:

Был в Англии купец, который