Читать книгу - "Леннон и Маккартни. История дружбы и соперничества - Иан Лесли"

впечатление, что он решил резать правду-матку, не считаясь с комфортом собеседника. Его выступления захватывают дух; непросто разглядеть за ними, как он подтирает факты, страшно преувеличивает и противоречит сам себе. Пол, когда все-таки соглашался на интервью, был прямой противоположностью: говорил кратко, мягко, до банальности разумно – одним словом, неинтересно. Он почти ничего не рассказывал о своих чувствах. Не говорил о депрессии, не упоминал, как больно ударяли по нему публичные нападки Леннона. Видя сдержанность Маккартни, музыкальные журналисты видели все меньше причин доверять его словам. Во многом то презрение, с которым к нему относились, породили разбитые детские мечты. Сколько бы музыкальные критики ни рядились радикалами без шор на глазах – то были молодые мужчины (в большинстве своем), которые в 1960‐х годах влюбились в группу The Beatles и распад ее переживали как личную трагедию. Пусть рецензенты и ужасались How Do You Sleep?, они все равно принимали ее – принимали благодаря нарративу Леннона. Rolling Stone утверждал, что во всей этой брани и поношениях заключается «типичное для богемы презрение к буржуазии». В How Do You Sleep? видели неопровержимое доказательство, что Джон презирал Пола.

* * *

В промоинтервью к выходу Wild Life Маккартни очень спокойно отвечал на вопросы о How Do You Sleep? «Все это смешно. Ну и что, что я живу с простаками? – говорил он. – Я люблю простаков. Вот у меня и дети – простаки». Интервью проходило в контрольной комнате студии номер два в «Эбби-роуд». Пол указал вниз, на студию: «Я когда-то сидел вон там с гитарой, а Джон смотрел на меня отсюда, и то, что я играл, ему очень нравилось. Как он может говорить, будто я не написал ничего хорошего, кроме Yesterday, ведь мы с ним оба знаем, что это неправда». Осторожно хвалил Джона: «В последнее время он ведет себя очень честно и открыто. Вижу, что поживает он неплохо. Альбом Imagine мне понравился, а остальное – не очень… Imagine – это Джон как он есть, а в других альбомах слишком много политики». О судебных распрях The Beatles говорил раздраженно и оправдывался: «Все думают, будто это я – агрессор. Это неправда!» Несмотря на победу Маккартни в суде, требовалось еще немало работы, чтобы окончательно распустить The Beatles, и стороны со своими представителями оставались на ножах. «Я только и хочу, чтобы мы вчетвером пришли куда-нибудь и подписали бы бумажку, на которой написано: расходимся, деньги делим на четверых, – говорил Маккартни. – И чтобы там больше никого не было: ни Линды, ни Йоко, ни Клейна… Мы бы просто поставили подписи и отдали бы бумажку деловым людям: пускай они разбираются. Вот и все, чего я хочу. Но Джон не согласен».

Когда Леннон прочел интервью Маккартни, он настучал на пишущей машинке огромное письмо на трех листах и отправил его в Melody Maker. Он написал диатрибу. «Если это не ты – агрессор, тогда кто, черт возьми, потащил нас в суд и там публично облил говном? Еще раз спрашиваю: ты никогда не задумывался, что способен ошибаться?» Леннон отвечает почти на все ремарки Маккартни и делает ответные выпады: «По-твоему, Imagine не про политику? Да это та же Working Class Hero – специально подслащенная для консерваторов вроде тебя!!!» В конце письма тон внезапно меняется (примерно в том месте, где появляется отсылка к Any Time at All, песне The Beatles): «Я на тебя тоже зла не держу. Понимаю, что, по сути, мы хотим одного и того же. Я уже говорил тебе по телефону – и здесь написал, – если хочешь встретиться, просто позвони». А в постскриптуме Джон снова издевается, как подросток: «Нас вот что поразило: ты просишь, чтобы мы встретились БЕЗ ЛИНДЫ И ЙОКО?! Я понимаю, на какой ты стороне, но это уже переходит всякие границы!» Дурацкая шутка Джона, вероятно, отражает неуверенность и тревогу, которые окружали его привязанность к Полу: должно быть, они вышли на поверхность во время терапии Янова.

Всего год с небольшим прошел после выхода последнего альбома – и вот уже участники всеми любимой группы безобразно препираются меж собой на публике. Сегодня это был бы холивар в Твиттере[92]. Джон и Пол, понимая, должно быть, что их ссора наводит ужас на публику, тихо возобновили приятельские отношения. Джон первым вышел на контакт. На фоне Пола он тогда чувствовал себя сильным. Альбом его получил хорошие отзывы, сингл Imagine стал большим хитом. Они с Йоко жили в квартире в Гринвич-Виллидж. Отправившись в Нью-Йорк в конце августа, супруги спонтанно решили остаться там навсегда (Джон в Британию больше никогда не вернется). Прежде чем обратиться в Melody Maker, Джон отправил к Полу Рэя Коннолли, журналиста, которому Маккартни доверял, – на миротворческую миссию. С Коннолли он передал письмо, которое Пол получил в Лондоне. «Хотел обратиться к Полу без помощи адвокатов», – говорил Конноли. Журналист опустил письмо в почтовый ящик, а затем позвонил Джиму Маккартни – выяснить, получено ли оно.

В декабре Пол позвонил Джону по телефону, и они дружески пообщались. Через несколько дней Джон прислал Полу открытку: «С Рождеством! (Если ты сам этого хочешь – войне конец)». К открытке он приложил то, что принял за бутлег провального прослушивания в Decca в далеком 1962 году (на самом деле это был сборник их ранних выступлений на BBC). В открытке написал: «Дорогие Пол, Линда и все. Это ПРОСЛУШИВАНИЕ В DECCA!!! <…> Хорошая была группа, кто ж таких развернет. С любовью, Джон + Йоко».

В декабре 1971 года чета Маккартни встретилась с Ленноном и Оно и в частном порядке заключила мир в публичной войне. Джон и Пол больше не ругали друг друга ни в интервью, ни в музыке и снова общались по-приятельски, хотя и не без натяжки. Вероятно, именно на этой встрече Джон обсудил с Полом трек из его нового альбома под названием Jealous Guy. Давая интервью через несколько лет после смерти Джона, Маккартни будет вспоминать последствия их разрыва: «Странное было время. Менеджеры бубнили нам в уши, пытаясь настроить нас против друг друга, – как будто семейная распря. Под конец и мне, и Джону было очень тяжело. Он говорил: „У нас тут все за Маккартни“. Написал песню I’m Just a Jealous Guy и сказал, что это про меня…»

* * *

Jealous Guy – настоящая редкость в жанре рок-музыки. Это песня-извинение – и извинение не нарочитое, не напускное, а искреннее. Как и в If I Fell, в этой песне звучит мужская уязвимость. Поющий, смирив гордыню, признает свои ошибки, не возвеличивая их. «Что поделать, я – завистник»: вот и вся правда, простая и неприглядная.

Вот как говорит о песне Джон: «Вообще, из слов все должно быть понятно: я был раньше очень ревнивый, настоящий собственник. И так во всем. Совсем не уверенный в себе мужчина. Такой, кто хочет взять свою