Читать книгу - "Сага о летчике. Том 3. Дело чести - Максимилиан Борисович Жирнов"

Фернандо фыркнул в рукав и умолк.

— Неужели население не оповещают о стрельбах? — Поликарпов продолжал размышлять. — Как они проскользнули через оцепление?

— Диверсия? — издевательски предположил я.

— Пуганая ворона куста боится, — без улыбки сказал Брагин. — Скорее, чья-то халатность. Разберемся. Сегодня испытания придется остановить. Примем меры — продолжим.

Борин уныло кивнул:

— Для предварительной настройки мне пока хватит данных. Если что, поможет Леша со своим метким глазом.

Поликарпов закрыл стихийное совещание. Мы покинули комнату. Остался только Борин — он прокручивал съемку разрывов и что-то писал в блокнот. Разговаривать с ним было бесполезно. Изобретатель витал в мире констант и переменных.

Пока Борин занимался своим делом, я осмелился его побеспокоить Поликарпова.

— У меня к вам предложение, Николай Николаевич.

— Слушаю.

— Предлагаю уесть Яковлева.

— Это как? — Поликарпов заинтересованно посмотрел на меня.

Я взял карандаш и набросал эскиз. Получился остроносый самолет с обтекаемым фюзеляжем, к которому пристыковывалось чуть скошенные назад крылья и хвост. Два летчика размещались в остекленной кабине друг за другом.

— Вот! Если воткнуть сюда турбовинтовой двигатель с бомбардировщика Бартини, так получится замечательный учебный самолет для недорогого переучивания на реактивные машины. А так же разведчик и легкий штурмовик — можно воткнуть в крылья пару пулеметов или даже пушку. Подвесить бомбы или новомодные ракеты.

Поликарпов рассмотрел мои каракули. Добрые глаза его загорелись нескрываемым энтузиазмом.

— Отличная мысль! Надо дать ей ход. Но у меня и без того полно работы. Кому бы подкинуть твою идею?

— Предлагаю Ильюшина. Не знаю, почему, но он мне нравится.

— Да-да. Именно ему, — рассеянно ответил Поликарпов, разглядывая наброски.

Шефу в момент стало не до меня.

— Можно идти, Николай Николаевич?

— А… да. Идите.

Похоже, в комнате внезапно возникло сразу два изобретателя, с головой ушедших в работу. Поликарпов и Борин стоили друг друга.

Я вышел на улицу и нос к носу столкнулся с Иваном Лемешевым. Курсант, уже переодетый в летный комбинезон, куда-то мчался, потрясая на ходу красной папкой-скоросшивателем. Пилотка на его голове была лихо заломлена. Выпускной курс все-таки. Не салага.

— Стоп! — я поймал его за плечи. — Камо грядеши, товарищ Ваня?

— Чего, товарищ майор? — Иван растерялся. — Не понял.

— Куда путь держишь, отрок?

— К Николай Николаичу. Я же теперь ваш практикант. Только вам тоже надо роспись поставить.

— Трудное дело. Не могу.

— Почему? — простое, можно сказать, рабоче-крестьянское лицо курсанта разочарованно вытянулось.

— Нет ни кистей, ни красок. Расписывать нечем. Роспись — это когда красками по камню, дереву или железу. А в документах ставят подпись, грамотей. Давай ручку!

Я черкнул закорючки в положенных местах.

— Поликарпов в комнате, где крутят кино. Беги к нему, подпиши бумаги и от моего имени запроси разрешение на вылет. Потом бери шлем и очки и дуй ко мне в ангар. Я пока «уточку» раскочегарю. Покатаемся!

— Есть! — Иван приложил руку к пилотке, влетел в административный корпус и бросился по лестнице наверх.

Я же немного перевел дух и побрел в ангар, прокряхтев: «Эх, молодежь! Все носится, носится. Не то, что мы, старые развалины». Если бы не вовремя подоспевшая мысль о психиатрической лечебнице, меня бы скрутило от смеха. Нашел старикана!

На пару с Фернандо мы выкатили «уточку» — мой личный самолет УТ-2, двухместный учебный моноплан конструкции, как ни странно, Яковлева. Приходилось признать: злейший враг и конкурент Поликарпова построил отличную машину. Простую и надежную. Правда «уточка» все же не была таким лютым вездеходом, как биплан У-2, но в моих руках мог приземлиться куда угодно. Почти куда угодно. Все зависит от прокладки между сиденьем и ручкой управления — это прописная истина.

Прибежал взмыленный, точно загнанный конь, Иван Лемешев.

— Все подписано! — выкрикнул он, с энтузиазмом размахивая любимой папкой. — Можем лететь! Николай Николаич не возражает.

— Передохни немного, успокойся. Сядь вон на ящик, посиди. В ногах правды нет.

— Я думал, мы сейчас полетим, — Иван глянул на меня с честным недоумением в глазах.

— Боюсь, без бензина мы сможем разве что катать самолет по аэродрому. До тех пор пока нас не признают умалишенными и не отправят в Кащенко. Дождемся заправщика — тогда и отправимся бороздить небо.

Автоцистерна уехала заправлять только что прилетевший пассажирский лайнер — двухмоторную копию американского «Дугласа». Вдруг среди пассажиров я увидел знакомую фигуру. Комплекция, осанка, манера держать руки, строгие черты лица… Я бы мог поклясться на крови: это «полуполковник» Ремезов. Мой враг, по вине которого я совсем недавно чуть не отправился на тот свет вместе с дружной компанией моих товарищей.

Я тут же ринулся к аэровокзалу. Но когда я домчался до лайнера, там никого не было. Разве что контролер важно прохаживался по перрону.

— Вы не видели тут такого… такого… — я изобразил руками не то круг, не то квадрат, — Мужика в кожанке. Он вот такой вот — коренастый, угрюмый. Ремезов его фамилия.

— Ремезов? — переспросил контролер. — Что-то знакомое. Нет, не припомню. Меня ж билеты интересуют, а не имена и фамилии. А с этим у всех полный порядок.

— Спасибо, — ответил я и бросился к отъезжавшему от самолета заправщику.

Водитель подкинул меня обратно до ангара. Вместе с ним мы залили «уточку» под пробку. Иван все это время отдыхал на ящике с запасными частями.

Я расписался в расходной ведомости. Заправщик взвыл двигателем, обдал меня вонючими выхлопными газами и укатил прочь. Надеюсь, КБ оплатит счет за бензин. Я, конечно, летчик, но не чужд простой советской бухгалтерии.

— Черт! — выругался я. — Только Ремезова здесь не хватало.

— Кого? — тут же откликнулся Иван.

— Забудь. Тебе лучше этого не знать. Вот что. Полезай-ка в переднюю кабину. Сам будешь летать. А я отдохну, о делах покумекаю. Посплю, может быть.

Ваню не пришлось долго упрашивать. Несколько секунд — и он уже в передней кабине. Я прыгнул назад и накрепко пристегнулся.

— Разрешите вылет, товарищ майор? — официально спросил Иван через переговорную трубу.

— Вперед, Ваня! Даю добро, как говорят моряки. — К запуску! От винта!

— Есть от винта!

Мотор фыркнул и застучал, как швейная машинка. Иван дал газ, и мы покатили к полосе. Радио на «уточке» не было, нам пришлось рулить по старинке — по командам регулировщика. Наконец