Читать книгу - "Право сильного - Юлия Арниева"

стараясь запомнить. В русском произношении они наверняка звучали иначе, а ошибиться при следующем обращении мне не хотелось.

— И господин Северин, — закончил Воронцов.

Северин был значительно моложе своих спутников, лет тридцати пяти, высокий, светловолосый, с правильными чертами лица и выправкой, которую трудно приобрести иначе, чем долгими годами службы. В отличие от старших товарищей, он явно находил удовольствие в происходящем. Пока нас представляли друг другу, он успел окинуть взглядом комнату, задержаться на двух молодых дамах у камина и снова повернуться ко мне с такой непринужденностью, словно мы уже были знакомы.

— Графиня, — произнес он на превосходном французском, склонившись над моей рукой, — в Петербурге о вас рассказывают удивительные вещи. Говорят, вы научились превращать мясо в сухие щепки, которые стоит лишь бросить в кипяток, и через несколько минут на столе появляется превосходный обед. Признаюсь, у нас подобное искусство непременно сочли бы колдовством.

— В Англии, месье, его считают подрядом Адмиралтейства, — ответила я с улыбкой.

Северин рассмеялся, блеснув ровными белыми зубами, а стоявший рядом худощавый чиновник едва заметно поджал губы. Судя по выражению его лица, остроумие молодого спутника успело ему порядком наскучить. Мне же Северин просто не понравился. Любезности он раздавал так же щедро, как взгляды дамам у камина, и ни одна из них, кажется, ничего ему не стоила. И чем дольше я на него смотрела, тем больше убеждалась, что решила верно, оставив просьбу леди Джерси без исполнения. Играть в чужую игру, не зная ее правил, я не собиралась.

— Господин Северин несколько увлекся рассказами, которые успел услышать по дороге, — вмешался Воронцов. — Надеюсь, графиня, вы простите ему эту вольность. Наши соотечественники не каждый день встречают даму, которая занимается снабжением английского флота.

— Если бы они видели мои счета за говядину, граф, то наверняка сочли бы это занятие гораздо менее удивительным.

— Вот именно о счетах я и хотел с вами поговорить. — Воронцов оглянулся на двери, через которые продолжали входить гости. — К сожалению, здесь для деловой беседы место не самое подходящее, но в остальных комнатах еще шумнее. Если вы не возражаете, мы расположимся у окна. По крайней мере, музыка не помешает нам услышать друг друга.

Я согласилась, и мы отошли в широкую оконную нишу. Там было прохладнее: от стекол тянуло ночным воздухом, а тяжелая штора отчасти заслоняла нас от гостиной. Воронцов остался ближе к залу, предоставив мне место у окна. Худощавый господин достал из внутреннего кармана маленькую записную книжку в сафьяновом переплете, раскрыл ее на заложенной странице и приготовил карандаш.

— Вы знаете, графиня, для чего мы собираемся снарядить корабли, — начал Воронцов. — Экспедиция рассчитана на три года. Два судна, около ста пятидесяти человек, не считая возможных изменений в составе команд. Нас интересует прежде всего, сколько провизии вы сможете предоставить, как долго она сохранится и на каких условиях вы готовы ее поставить. Я ознакомил господ с вашим предложением, однако некоторые подробности они предпочли бы услышать от вас лично.

— Тогда прежде всего я посоветовала бы рассчитывать запасы на четыре года, граф.

Карандаш остановился над страницей. Чиновник поднял глаза.

— Простите, графиня, но экспедиция рассчитана на три. Ее маршрут и предполагаемые сроки стоянок уже определены, а каждый лишний груз требует места, которого на военных кораблях и без того немного.

— Именно поэтому я и предлагаю обсудить это сейчас. Три года вполне достаточно, если корабли идут с попутным ветром, не теряют мачт, не задерживаются в чужих портах и нигде не вынуждены зимовать. Но стоит одному судну повредить рангоут или попасть в ледовую ловушку, и все ваши расчеты придется переделывать. Особенно если к тому времени корабль окажется за тысячи миль от ближайшего порта, где можно приобрести продовольствие.

— Вы предлагаете взять дополнительный годовой запас на все сто пятьдесят человек? — уточнил моряк. — Это немало, графиня. Даже если ваша провизия занимает меньше места, чем обычная солонина.

— Я предлагаю предусмотреть такую возможность при расчете груза. Точные количества следует определить по маршруту и предполагаемым пополнениям запасов. Но я бы предпочла отправить корабли с избытком сушеного мяса и бульона, чем впоследствии узнать, что команда вынуждена сокращать пайки из-за задержки, которую никто не предусмотрел. Особенно если речь идет о плавании, где от ближайшего надежного снабжения вас могут отделять месяцы.

Моряк медленно кивнул. До сих пор он слушал с вежливой отстраненностью, с какой опытные люди обыкновенно относятся к рассуждениям посторонних о своем ремесле, но теперь повернулся ко мне всем корпусом.

— В этом графиня права. Мы в девяностом году под Ревелем оказались в таком положении, что…

— Думаю, нам лучше пока придерживаться предмета переговоров, — негромко заметил чиновник.

Моряк осекся, бросил на него короткий взгляд и пожал плечами.

— Как угодно. Однако я хотел бы знать, графиня, насколько ваша провизия действительно отличается от той, что мы привыкли брать в плавание. Мне доводилось видеть немало обещаний сохранить мясо свежим на долгие годы. В большинстве случаев они заканчивались тем, что бочки приходилось выбрасывать за борт.

— Моя провизия не остается свежей, сударь. Она высушена, и это существенная разница. Из мяса удаляется большая часть влаги, после чего оно хранится в защищенной от сырости упаковке. Перед приготовлением его размачивают и варят. По вкусу оно, разумеется, отличается от свежего, зато занимает значительно меньше места, а при соблюдении условий хранения не требует тех количеств соли, к которым привыкли на флоте.

— И сколько времени вы можете за него поручиться?

— На полгода без всяких оговорок. Этот срок уже проверен на практике, и за качество провизии я отвечаю. А при правильном хранении мясо сохраняется значительно дольше. Вы получите записи по каждой партии.

— И вы уже поставляете это англичанам?

— Да. Если хотите, я предоставлю образцы всех трех продуктов и объясню, как их готовить. Более того, я предпочла бы, чтобы ваши люди испытали их сами. Моряку, которому предстоит питаться этим несколько лет, гораздо полезнее знать заранее, что окажется у него в тарелке, чем полагаться на заверения изготовителя.

Моряк усмехнулся.

— Разумное предложение. Особенно если учесть, что заверения изготовителей я слышал чаще, чем благодарности от команд.

— Тогда, полагаю, мы с вами быстро договоримся.

— Возможно, графиня, если ваши условия окажутся столь же привлекательными, как сама провизия, — заметил чиновник. — Однако нам еще предстоит обсудить ее стоимость.

— Разумеется. Но