Читать книгу - "Леннон и Маккартни. История дружбы и соперничества - Иан Лесли"

В то время как первые два альбома с самого начала заряжают тонной позитивной энергии, первые три трека в Beatles for Sale – мрачные и корящие, во всяком случае, на словах. Открывает альбом песня Джона под названием No Reply – история о неверности и ревности. Исполнена она вместе с Полом, в стиле Everly Brothers. В этой песне все – и структура нарратива, и образность (предмет воздыханий выглядывает из освещенного окна), и острая драма в «Я чуть не умер!» в других строках – свидетельствует, насколько быстро растут The Beatles как аранжировщики и сочинители. Следом идут еще две песни Джона, исполненные горькой жалости к себе в обрамлении кантри и вестерна: I’m a Loser и Baby’s in Black.

I Don’t Want to Spoil the Party, в альбоме двенадцатый по счету трек, того же извода. Впоследствии Леннон скажет, что песня эта – «очень личная». Несмотря на то что он обожал быть в центре внимания, обожал смешить людей, Джон не умел, как Пол, общаться с людьми легко и непринужденно, если это не были близкие друзья. Подобно рассказчику в новых песнях, который никак не может скрыть печаль, Джон тянулся к алкоголю, чтобы скрыть, как неуютно ему среди незнакомых людей; выпив, он становился дерзким и хамоватым. Нередко городил сложные, беспорядочные ситуации, откуда Полу приходилось его вызволять. Те самые гамбургские «легенды», как пьяный Джон Леннон творил сущий кошмар, надежно затмевают множественные случаи, когда он не делал ничего дурного, просто становился жалок или создавал неловкое положение. Когда Леннон стал звездой, он продолжал в том же духе, и в прошедшем году он устроил один из самых безобразных инцидентов в карьере The Beatles.

* * *

Когда подходил к концу 1963 год, Джон Леннон и Брайан Эпстин отправились в Барселону в одиннадцатидневный отпуск – тот самый, о котором Джон уведомил Синтию в роддоме. Точно не известно, почему он решил отправиться куда-то с Брайаном вместо того, чтобы побыть с женой и ребенком (вспоминая в 1970 году тот случай, он сказал: «Какой я был мерзавец»). Неизвестно также и то, почему, если уж ему так хотелось куда-то поехать с приятелями, он не выбрал Пола, Джорджа и Ринго: те втроем укатили на Тенерифе. Быть может, он принял такое решение, чтобы укрепить статус битла, самого близкого к менеджеру. Так считает Пол: «Джон был у нас умницей, поэтому он углядел в этой поездке возможность дать мистеру Эпстину понять, кто в группе главный».

* * *

Иной скажет, что поп-звезде пристало отмечать свой день рождения в Лондоне, с размахом. А Пол Маккартни устроил вечеринку на заднем дворе у тетушки Джин, на Динас-лейн, в Хайтоне. Пришли его отец и брат, дяди, тети и кузены, а также девушка Джейн Эшер, остальные битлы со своими партнерами и еще немного поп-звезд, среди которых певец группы Merseybeat Билли Дж. Крамер и двое из The Shadows, которые играли летнее шоу в соседнем Блэкпуле. Пришел и Боб Вуллер, агент The Beatles в годы безвестности.

Джон явился на вечеринку с Синтией, уже будучи навеселе. Вуллер сказал что-то в шутку насчет их с Брайаном отпуска, и Джон пришел в ярость. Что сказал Вуллер, теперь неизвестно, да и вряд ли это было со зла: Вуллер был незлобивым человеком. Быть может, он некстати ляпнул, что Джон вернулся из «свадебного путешествия». В слепой ярости Джон бросился на него с кулаками, ударил по лицу и повалил на землю: тут гости схватили его и оттащили. (По словам Билли Дж. Крамера, после Вуллера Джон еще накинулся на молодую женщину, которая с другими гостями стояла снаружи.) Синтия в глубоком потрясении увела силой мужа с вечеринки. Вуллера повезли в больницу. На следующий день, протрезвев, Джон пришел в ужас: он был уверен, что погубил The Beatles.

Прежде всего другого он боялся, что Вуллер умрет: на то были причины – хотя в итоге Вуллер поправился. На следующий день The Beatles ожидали в Лондоне – выступать перед живой аудиторией на радио BBC. Можно только гадать, какие страсти кипели между Джоном и Полом: Джону стыдно и страшно, Полу – больно, что Джон испортил ему праздник, и похмелье ни тому ни другому не дает поговорить начистоту. Выступление из четырех песен открыл Some Other Guy, R&B-кавер, который Джон и Пол поют в унисон. Получилось из рук вон плохо.

Эпстин начал действовать. Через два дня после инцидента он вместе с Джоном отправил телеграмму Вуллеру: ПРОСТИ МЕНЯ БОБ СТРАШНО СОЗНАВАТЬ ЧТО Я СДЕЛАЛ ТЧК ЧТО МОГУ ЕЩЕ СКАЗАТЬ? Вуллеру заплатили двести фунтов и отговорили подавать в суд. Пресс-секретарь группы Тони Барроу действовал активно: сам связался с The Mirror и скормил им свою версию инцидента, а вместе с ней – несколько слов от Леннона, который «очень сожалеет». The Mirror пустила эту версию в печать, и скандал улегся.

Причина гнева Джона была прозаической: Вуллер дружил с Эпстином, и Джон, вероятно, посчитал, что Вуллер распространяет о нем грязные слухи. Вполне вероятно, что на вечеринку Джон явился уже злой, а от замечания Вуллера, сколь невинным оно бы ни было, сорвался с цепи. В отличие от Пола, Джон не любил ни вечеринок, ни домашних праздников. Он считал, что успехом The Beatles обязаны решению, которое они с Полом приняли много лет назад: оставить обывательскую жизнь, сойтись на том, что они вдвоем – другие, лучшие. А притворяться пай-мальчиком, который так славно преуспел, перед многочисленными родственниками Пола значило идти против себя. Так что Джон все пил и пил, вынашивая тайную мечту испортить праздник.

Очень часто недооценивают, до какой степени его ментальная неуравновешенность создавала трудности для окружающих. В иных обстоятельствах он просто не сумел бы состоять в профессиональном музыкальном коллективе. Группа держалась вместе благодаря его гению, но была и другая причина: его родные и близкие понимали, что, если бы не The Beatles, Джон бы давным-давно погиб. Рок-н-ролл не погубил Джона Леннона – он спас его. Пол как никто другой это понимал.

* * *

Последний сингл The Beatles 1964 года называется I Feel Fine. Песня не попала на Beatles for Sale: там она выглядела бы до комичного неуместно. Пока слушаешь этот трек в две с четвертью минуты, совершенно не выходит не чувствовать себя хорошо. Песню претворил в жизнь Леннон, Маккартни написал к ней бридж, записали же ее в тот же октябрьский день, что и многие каверы для альбома[37]. I Feel Fine – новый значительный шаг вперед. Вся песня выстроена вокруг гитарного рифа, который Леннон подхватил у Бобби Паркера в R&B-композиции 1961 года Watch Your Step. Рифы – повторяющиеся фрагменты на лид-гитаре, в песне выполняющие роль фокуса – The Beatles почти не использовали. А здесь Леннон, возможно, подглядев что-то у Kinks, заинтересовался и решил попробовать вставить их в синглы.