Читать книгу - "Генерал невидимого фронта. Он был одним из главных героев холодной войны - Владимир Николаевич Снегирев"

плохое началось в 1980-е и 1990-е годы, то есть с началом горбачевской перестройки, с распадом, тогда и предательства косяком пошли. А прежде все было по-другому.

Тогда я зашел с другого бока:

— У вас там таких, как этот Федоренко, было, наверное, пруд пруди? Одни блатные попадали в длительные командировки за океан?

— Ты не прав. В Вашингтоне почти не было блатных. Там Добрынин лично кадры подбирал. Кого я там вспоминаю? Ну вот, сын генерала Черняховского, который женился на дочери директора автозавода Лихачева и взял ее фамилию. Он от ГРУ работал и сделал неплохую карьеру, стал даже, если мне память не изменяет, заместителем начальника ГРУ.

— Это тот, который на подставу клюнул?

— Да. Двадцать один год грушники ту наживку сосали.

— Но вернемся к Сергею Федоренко, — гнул я свое.

— Я тебе точно скажу: резидентура КГБ в Нью-Йорке его не вербовала. Возможно, контрразведка в Москве зацепила, я этого не знаю.

— Он мог выполнять ваши разовые поручения, о чем пишет Эрли?

— Мог.

— Ладно. Потом он стал работать на ЦРУ. Почему же его не арестовали, как других, когда Эймс передал в Москву список людей, сотрудничавших с ЦРУ? В этом списке якобы был и Федоренко. Там почти всех арестовали и расстреляли, а Федоренко, напротив, в конце 1980-х стал чуть ли не советником Горбачева по вопросам ограничения стратегических вооружений, ездил с ним по миру… Конечно, можно вообразить, что он был двойным агентом, то есть работал на ЦРУ по заданию КГБ. Но это вряд ли. Потому что в итоге все равно слинял в США, был там пригрет спецслужбами.

— Возможно, в этой истории старший Федоренко сыграл свою роль. Там наверху были свои расклады, мы теперь уже не узнаем, как и что. А вот, кстати, давай я тебе устрою встречу с Черкашиным, он отвечал за контрразведку в вашингтонской резидентуре в начале 1980-х, ты у него и спросишь.

— Отличная идея. А то у меня по этому периоду много вопросов появилось. Но вернемся к нашим предателям. Генерал Кирпиченко, который, как и вы, занимал пост заместителя начальника ПГУ, пишет, что все без исключения предатели имели проблемы с психикой, были явно ущербными в чем-то людьми. Вы согласны с этим?

— Ну всех я бы под одну гребенку не стриг. Хотя определенный резон в словах Кирпиченко есть. Тема эта очень серьезная и многоплановая. Давай вспомним с тобой самые нашумевшие случаи последних лет.

Генерал ГРУ Поляков. Он стал работать на американцев якобы потому, что обозлился на свое начальство, которое не разрешило ему лечить маленького ребенка в США. Ребенок умер, а Поляков четверть века (!) был агентом ЦРУ, причем дослужился до больших должностей в своей конторе.

Виталий Юрченко — тот самый полковник внешней контрразведки, который в 1985 году сначала ушел к американцам, а спустя три месяца неожиданно вернулся домой. Ушел, потому что вроде бы узнал о своем смертельном диагнозе и решил напоследок «пожить», причем не один, а в компании с женщиной, которая работала в нашем диппредставительстве в Канаде. Но дама дала ему от ворот поворот, диагноз не подтвердился, и Юрченко с повинной приполз к Крючкову. И тот его простил — не потому, что добрый, а потому что так было выгодно тогда самому Крючкову.

Валерий Мартынов — его разоблачили в том же 1985 году с помощью Эймса. Расстреляли, как и Полякова, которого тоже выдал Эймс. Мартынов, как выяснилось, стал жертвой «подставы», но не сообщил о ловушке своему начальству, а охотно заглотил наживку, решив, что в качестве двойного агента сделает блестящую карьеру в ПГУ. И ведь мог сделать, если бы не Эймс. Продолжать?

— Да в принципе все ясно. Истории мне знакомые. И еще есть много других, похожих, хотя каждая со своими нюансами.

— Но согласись: если внимательно изучать все эти и другие эпизоды, то видишь: поводом для предательства часто были какие-то бытовые ситуации (болезни, измены жен, алкоголизм, алчность, трусость, конфликты с начальством), но основа для предательства чаще всего одна и та же — полное отсутствие высоких моральных принципов. И, конечно, я соглашусь с выводами Кирпиченко, согласно которым ни одного предателя нельзя считать «борцом с коммунизмом или тоталитаризмом», за которых они себя выдавали.

— Особенно преуспел на этой ниве Гордиевский…

— …Да и другие тоже отметились своими книгами: мы, дескать, бежали к врагу, не в силах дальше терпеть гнусную социалистическую действительность.

Хотя, еще раз тебе повторяю, каждый случай измены в чем-то уникален, надо его тщательно анализировать, докапываться до истоков. И делать выводы.

— Согласен с вами. Но пойдем дальше. В своей книге Пит Эрли пишет о том, как ЦРУ выявляло офицеров разведки в наших закордонных миссиях. Метод был очень прост: все рядовые дипломаты пользовались либо вызывными машинами, либо покупали себе подержанные автомобили, и только наши Джеймсы Бонды разъезжали на новеньких иномарках. Но это же очевидный прокол. У вас, что же, ума недоставало такие вещи учитывать? Вообще, я помню, любой работник нашей колонии за рубежом, включая дворника, мог с почти стопроцентной точностью назвать, кто «чистый» дипломат, а кто работает под прикрытием.

— Это проблема абсолютно всех спецслужб, и ни одна из них в мою пору не могла ее решить.

— Но ведь пытались же. Те же американцы готовили некоторых своих людей для работы в Москве с позиций «глубокого прикрытия», чтобы никто (может, за исключением резидента) не знал об истинном назначении этих лиц.

— И мы пробовали такую же методу. Человека задолго до его командировки направляли в ведомство прикрытия, он там основательно обживался, потом ехал под этой надежной крышей за рубеж и… И все равно обычно его раскрывали.

— Борис Александрович, вы не находите, что я, словно гестаповец, клещами вытягиваю из вас разные признания. А вы, будто герой-партизан, играете в молчанку. Сколько это может продолжаться?

— Да, ты точно похож на гестаповца.

— Тогда приступим к очередному допросу. Скажите, почему вы ничего не упоминаете о замечательной истории, связанной с операцией «Соло»? Тогда один из виднейших деятелей американской компартии Моррис вместе с женой и братом лет двадцать работал на ФБР. При этом он регулярно навещал Кремль, обнимался с Брежневым и другими нашими вождями, брал от них деньги на партию (всего он вывез в США около двадцати миллионов долларов), однако все это время работал под руководством американской контрразведки. Ужас! Кто из ваших людей был в контакте с этим Моррисом? Кажется, Владимир Чучукин? Я помню его по Кабулу, он там служил заместителем руководителя представительства КГБ, генерал-майор…

— Не только он.