Читать книгу - "Дорога через хаос - Михаил Леонидович Анчаров"

сели в машину, загудел мотор, вспыхнули фары, машина выползла из гаража. Дронов вылез запереть гараж, снова сел в машину.

– Прогрей мотор как следует, – сказала Валентина.

– Наплевать, – сказал Дронов. – Куда, к черту, мы едем? Зачем мы едем?

Дал газ, машина укатила во тьму.

А свежий ночной ветер с дождем сгибал траву на газонах, освещенных яркой лампочкой над подъездом, когда из подъезда вышли…

Слышно тяжелое фырканье разворачивающейся грузовой машины. Потом машина останавливается, и слышны голоса.

– Сереженька! – вскрикивает Настя и кидается под дождь. – Сереженька!

К ней навстречу движется группа возбужденных, весело переговаривающихся людей.

Это мы. Нам теперь все нипочем.

– Сереженька! Живой!

– А чего нам, султанам! – геройски шумит Сережа.

– Мы провели чудесный день! – откликается Геннадий Васильевич.

Но мы галдим. Мы мокренькие и веселенькие. На нас сухой нитки нет. На мне пиджак Димы. Дима в облипшей рубашке весело лязгает зубами.

– Мы провели чудесный день и собирались купить машину.

– Да вот груз у них, – отводит глаза шофер. – Разгрузить надо.

– Я же объясняю… – вмешивается Геннадий Васильевич. – Мы хотели купить машину…

– Настя, подарочек тебе привезли, – говорит Сережа.

– Что ж ты со мной делаешь? – Наконец Настя приступает к своим обязанностям. – Мы тут с ног сбились!

– Сейчас фары включу, – говорит водитель, лезет в кабину и ослепляет всех.

Я, Дима и Сережа бежим к машине. Грохот заднего борта, шум сдвигаемых досок, а потом слышны какие-то странные звуки. Ничего, сейчас все выяснится, все объяснится. Я втягиваю голову в плечи.

Мы выходим из темноты – я, Дима и Сережа.

– Принимай подарок, Настя, – бодро сказал Сережа и опасливо отпрянул.

На свету стоит старая мокрая лошадь и смотрит на Настю.

– …А купили ее… – в полной тишине докончил свою мысль Геннадий Васильевич. – Цена мизерная – пятнадцать рублей… Сущие пустяки. Мы поэтому и задержались – мы купчую оформляли. Она списанная… Ее хотели на бойню отправить.

Все молчат.

Настя, открыв рот, смотрит на мужа, потом переводит взгляд на лошадь.

– Лошадь… – говорит она. – Живая…

Лошадь мигнула.

И Настя заголосила:

– Ой… ой… Ой-ой!.. Люди добрые!..

– Да ладно тебе, – сказал Сережа. – Кормить есть где. Рядом лесной массив…

– А зимой?! Зимой?! – голосила Настя. – Зимой чем?! Люди добрые!..

РАССКАЖИТЕ НАМ ПРО БРОНЕВИК «РЕНО»

У меня был разговор с Димой, с Дмитрием Геннадиевичем. Я его спрашиваю:

– Вот ты входишь в троллейбус и видишь, в другом конце стоит девушка, которая тебе нравится, и между вами толпа – что ты будешь делать?..

– А что я должен делать?.. – спросил Дима.

– Врешь… – говорю. – Будешь проталкиваться…

– Не буду, – говорит Дима. – Захочет – заметит…

А я ему:

– А если ей нужен партнер в жизни, который проталкивается?..

– Тогда она мне не нужна, – подумав, ответил Дима.

…Раннее летнее утро – следующее после бурной ночи. Небо светлое и розовое.

Дома-новостройки спят.

К гаражу Дроновых подъезжает машина. Затихает мотор.

Дронов вылезает и идет открывать гараж.

Перед дверью гаража он внезапно останавливается, потом наклоняется к замку и что-то долго разглядывает. Потом оборачивается к жене:

– Иди сюда.

Она сначала высовывается из окна, потом вылезает и идет к нему.

– Ну что?

– Погляди, – говорит он.

Она протирает сонные глаза и смотрит.

На двери большой висячий замок, которого не было, когда они уезжали, а петли перехвачены бечевкой, узел которой залеплен пластилиновой печатью с гербом.

– Опечатано… боже мой… – наконец говорит она.

– У тебя есть мелочь? – спрашивает Дронов.

Она роется в сумочке.

– Дай двадцать копеек… нет… пятак, – говорит он.

Она протягивает монету. Он внимательно ее разглядывает.

– Ну, точно… – говорит он и показывает на печать.

Она вглядывается, потом ахает:

– Как ты догадался?

– Буквы на печати идут в обратную сторону. Пятаком запечатали.

– Что все это значит?

– А замок узнаешь? – опрашивает он.

– Нет!.. Да… Это наш замок.

– Дедов замок, – уточняет он. – Он опечатал наш гараж.

– Славик… это его гараж, – уточняет она. – Ты забыл?

– Спать… спать… – говорит он. – Спать…

И начал запирать машину.

Из-за угла вышел дворник с метлой. Поглядел на них и стал мести асфальт – вжик… вжик…

– Что-то надо с этим делать, – говорит Валентина мужу. – Так дальше нельзя.

– Как идиоты метались по всей Москве, – говорит он. – Надо было или ждать дома, или в отделении. Они давно все спят.

Они уходят. Дворник смотрит им вслед. Потом идет к ближайшему подъезду.

Он отворяет дверь. Там стоят, обнявшись, Дима и Люда. Они целуются.

– Э-эй… – говорит дворник. – Они ушли… Дима, эй.

Они отрываются друг от друга и непонимающе смотрят на дворника.

– А? – спрашивает Дима.

– Ушли твои родители, – говорит дворник. – Ушли спать.

Дима и Люда выбираются на рассветный двор.

Дима обнимает ее за плечи, и они идут к гаражу.

Дима осторожно снимает пластилиновую печать и висячий замок, потом отпирает ключом дверь и входит внутрь.

Люда распахивает дверь, и Дима из темноты гаража выводит лошадь.

– Просохла… бедненькая… – говорит Люда. – Есть хочет…

– Подержи ее, – говорит Дима.

Люда берет повод и гладит лошадиную морду. Дима запирает гараж и навешивает замок и печать.

– Поведем ее кормить, – говорит Дима.

– Куда?

– В лесной массив. А ты есть хочешь?

– Нет… А ты?

– И я нет…

Они берутся за повод и все втроем идут туда, где солнце встает из-за подмосковного леса.

…Солнце освещает кухню Дроновых. Завтрак стынет на столе.

Валентина и Дронов смотрят на Геннадия Васильевича, который чиркает спичкой, а спичка не загорается.

– Перестань курить, – говорит Валентина.

– Перейдем к делу, – говорит Дронов.

– Пожалуйста, – отвечает Геннадий Васильевич.

– Где будет жить лошадь?

– У меня в гараже.

– А машина где?

– Не знаю, не знаю… – говорит Геннадий Васильевич. – У дома постоит… Не знаю… Гараж мой… У меня документы. Хочу – подарю, хочу – продам, хочу – с маслом съем… Мое дело…

– Он с ума сошел! – вскрикивает Валентина. – Машина стоит тысячи, а лошадь пятнадцать рублей.

– Лошадь пятнадцать рублей?! – с гневом откликается Геннадий Васильевич. – Пятнадцать рублей стоит ее шкура на бойне!.. А лошади цены нет! Ах вы!.. Она всю жизнь воду возила, а вы ее на рубли?

– Успокойтесь… – говорит Дронов. – Мы ничего не хотели сказать.

– Что хотели, то и сказали… Ладно, с вами все ясно… Хватит… Я вчера провел счастливый день… Позовите Диму скорей… – сказал Геннадий Васильевич, тяжело задышал и взялся рукой за сердце.

Лесная чаща. Дальние голоса.

– Для лошади много надо – еда, запчасти.

– Какие еще запчасти?

– Ясли, поводья… Этот, как его…

– Хомут? Хомут нужно… Да-а, хорошая вещь, и недорого…

– Лошадь не вещь, – говорит девочка. – Она живая… Именительный падеж – кто? Родительный – кого?.. Она живая.

– Еще нужна стоянка и это… место для выгула.

– Может, ее в живой уголок? – спрашивает девочка.

– Правильно, хотя великовато… А машины эти что?.. Аккумуляторы, акселераторы, карбюраторы – одна вонь.

– А от лошади