Читать книгу - "Мысли о мыслящем - Константин Валерьевич Захаров"

взглянуть на понятие информации, следуя за Карло Ровелли (не только одним из главных теоретиков петлевой квантовой гравитации, но и доктором философии): «…мир — это не просто сеть сталкивающихся атомов, это также сеть корреляций между множествами атомов, сеть реальной взаимной информации физических систем друг о друге… Любая физическая система проявляет себя только во взаимодействии с другой физической системой. Описание физической системы, таким образом, всегда дается в форме отношения с другой физической системой, с которой взаимодействует первая. Любое описание системы является, таким образом, описанием информации, которой система обладает о другой системе, иными словами, описанием корреляции между двумя системами»[73]. Такое понимание информации отсылает нас к идее Бертрана Рассела о том, что познаваемая реальность есть система отношений. Чтобы познать мир, мы должны осознать себя как часть этой системы, то есть выявить свои отношения с другими объектами, сделав себя в некотором смысле «мерой всех вещей» (по Протогору). Однако такой способ «измерений» не будет уникальным. Отношения предполагают обоюдность. Если мы (наши свойства) состоим в корреляции с другими объектами, то и они находятся в корреляции с нами и между собой. Каждый из них может быть выбран «единицей измерения» (т. е. представлен в качестве субъекта). При этом общая система отношений будет описываться одинаково полно. Поэтому ни один из подобных способов описания нельзя считать приоритетным — здесь действует тот же релятивизм, что и при выборе инерциальной системы отсчета. Соответственно, никакой из объектов, на основании свойств которых формируется описание, не может рассматриваться в качестве истинного субъекта, определяющего, с каких позиции должна выстраиваться система подлинных знаний о мире[74]. Пожалуй, лишь полная совокупность всех возможных описаний имеет право считаться действительным выражением Истины с большой буквы. (К этой мысли мы вернемся через пару глав.)

Феноменология памяти

Главной темой этой главы, как явствует из ее названия, является феномен человеческой памяти. Феномен памяти не менее загадочен, чем феномен времени. Более того, он даже в каком-то смысле первичней и фундаментальней. О существовании времени мы знаем лишь благодаря памяти. Что же такое память, каковы ее механизмы? В современной науке нет четкого понимания этого. Есть разные теории, подразделяющие память на кратковременную и долговременную или же на активную и пассивную; приписывающие основную роль в организации памяти той или иной области мозга (гиппокампу, коре, таламусу и гипоталамусу); пытающиеся представить энграммы (т. е. следы в памяти, несущие конкретную информацию о прошлых событиях) как результат электрической активности в нейронных цепях, передающейся через синапсы, или молекулярных изменений в клетках головного мозга (в РНК нейронов, нейронных мембранах, глиальных клетках). Но целостной и общепризнанной теории памяти не существует.

Большинство исследователей, пожалуй, все же полагают, что память локализована преимущественно в коре головного мозга. Однако это противоречит результатам известных опытов Карла Лэшли, в ходе которых он удалял у крыс различные участки коры, что не приводило к существенным потерям запоминаемой ими информации. Кроме того, у птиц, отдельные виды которых по своему интеллекту и способностям к запоминанию превосходят многих млекопитающих, кора больших полушарий мозга практически не развита, что также ставит под сомнение определяющую роль коры, как особой структуры головного мозга, в работе памяти и сознания в целом. Наконец, следует учитывать, что даже простейшие организмы (инфузории, слизевики), лишенные нервной системы, тем не менее способны к запоминанию определенной информации.

Опыты Лэшли подтолкнули его коллегу Карла Прибрама к тому, чтобы выдвинуть гипотезу о голографическом принципе организации памяти, согласно которой воспоминания не локализованы в каких-то конкретных участках коры, а распределены в мозговой ткани, так что во многих ее областях хранящиеся воспоминания присутствуют в полном объеме[75]. Предполагалось, что в основе данного механизма памяти лежит интерференция электрических потенциалов нейронных мембран. Вместе с тем если основой памяти является электрическая активность мозга (порождающая специфические эффекты интерференции или циркулирующие по нейронным цепочкам нервные импульсы), то воздействие на него электрошоком приводило бы к частичной утрате памяти (по крайней мере, кратковременной), которая была бы необратима. Однако известны случаи спонтанного восстановления памяти после действия электрошока. Это говорит о том, что память поддерживается также на молекулярном уровне (или же действуют иные механизмы, пока нам не известные[76]).

Тем не менее электрическая активность, безусловно, является важной составляющей работы мозга. Электрохимические процессы — это тот «язык», с помощью которого мозг управляет телом. В этой связи особый интерес представляют исследования канадского невролога и нейрохирурга Уайлдера Пенфилда, проводившиеся с применением электрической стимуляции различных отделов мозга. В ходе исследований было установлено, что при электростимуляции височных долей у пациентов с височной эпилепсией возникает эффект «ретроспекции», когда пациенты заново переживают в подробностях отдельные события своей прошлой жизни. Возможность подобного возвращения «потока сознания», как считал Пенфилд, доказывает, что память о пережитом опыте полностью сохраняется.

Подводя итог своей многолетней практики, Пенфилд отмечал, что с помощью электродов можно воспроизвести запись потока сознания или запустить некоторые моторные функции; однако путем стимуляции электродами не было инициировано ни одного действия, так или иначе связанного с функциями разума (т. е. высшей психической деятельности). Между тем если механизм, способный выполнять то, что выполняет разум, существует в мозге, то следовало бы ожидать, что он проявит себя каким-либо свидетельством электродной активации. Поскольку этого не происходило, Пенфилд пришел к заключению, что достоверных данных о том, что мозг выполняет все функции, присущие разуму, не существует[77].

На неполноту соответствия в работе мозга и сознания обращал внимание также нобелевский лауреат Роджер Сперри (известный своими открытиями, касающимися функциональной специализации полушарий мозга): «Возбуждение мозга может значительно варьироваться по своим геометрическим, пространственно-временным или другим свойствам, в то же время сохраняя инвариантную или эквивалентную субъективную функциональную ценность. Одно и то же психическое значение может быть получено в моделях мозга, нейронные элементы которых значительно различаются в разных случаях»[78].

Несмотря на ощутимый прогресс в развитии когнитивных наук, то, как функционируют мозг, сознание и память, по-прежнему остается загадкой. Связь между мозгом и сознанием очевидна, но все же она слишком сложна, чтобы ее можно было представить с помощью понятной модели. Возможно, прав Пенфилд, считавший, что такую модель никогда не удастся построить, поскольку мозг — это лишь «сенсорно-моторный компьютер», выполняющий переведенные в нейронные коды команды сознания, которое имеет иную природу, не обусловленную работой нейронных механизмов.

Во всяком случае, известные