Читать книгу - "Антология еврейской средневековой философии - Коллектив авторов"

не было для возделывания земли»[1497] (Берешит, 2:5); Тора упоминает также и исхождение пара от земли, как сказано: «И пар поднимался с земли» (там же, 2:6). Существует еще множество подобных высказываний Торы[1498]. Особенность их в том, что они не предваряются словами: «И сказал Господь», «И говорил Господь», «И было слово Господа ко мне» или тому подобными[1499]. Если же в таких философских высказываниях что-либо указывает на их связь с пророчеством, то это происходит вследствие смешанности указанных способов постижения[1500]. А если дело обстоит так, как мы предполагаем, то описанное в Торе сотворение мира, очевидно, может относиться к вопросам, доступным для философского постижения.

Если же кто-то усомнится, что данная тема открыта постижению ученого, то мы ответим: пока не доказано, что постижение этого вопроса доступно исключительно пророку, данное утверждение не может служить аргументом против нас. Слова Рамбама, да пребудет его душа в раю, о невозможности постижения этого вопроса[1501] не могут опровергнуть нашу точку зрения, пока будет не опровергнута одна из утверждаемых нами в этом вопросе альтернатив, о чем и было сказано выше[1502]. Существует несколько способов показать, что философское доказательство данного вопроса невозможно. Ведь мы видим, что все философы вот уже тысячи лет проявляют естественное стремление отыскать в нем истину. Об этом говорят и Философ [Аристотель], и Рамбам, да пребудет его душа в раю, и это подтверждают дошедшие до нас высказывания других философов. Естественное стремление не может быть направлено на недостижимый предмет, особенно в сообществе философов. Таким образом, упомянутые прежде причины не помешают нам завершить исследование этих вопросов в меру наших интеллектуальных способностей. Ведь человеческое счастье достигается тогда, когда человек обладает максимально возможным знанием существующих вещей, и это счастье более возвышенно при познании более достойных вещей, чем при познании вещей, менее достойных и ценных. Поэтому мы в большей степени стремимся к ограниченному постижению благородных вещей, чем к совершенному постижению вещей, менее значительных. Подробнее это будет рассмотрено, с Божьей помощью, в первой части нашей книги[1503].

И еще. Не должно человеку, постигшему что-либо в философии, избегать делиться[1504] с другими своими познаниями; это было бы более чем недостойно. Вообще же, как все сущее проистекло[1505] от Господа, благословен Он, без какой-либо для Него выгоды, так и всякий человек, обретший в чем-либо совершенство [энтелехию], должен стараться, чтобы и его ближний достиг того же совершенства, подражая таким образом Господу, благословен Он, по мере своих сил.

Ясно, что никто из достигших совершенства[1506] не должен порицать нас за то, что мы предприняли эти сложные рассуждения. Напротив, мы достойны похвалы за одно лишь наше старание исследовать подобные глубокие вопросы, даже если мы не добьемся успеха, а тем более если мы, как будет видно в дальнейшем, приведем к завершению эти исследования, насколько это вообще возможно. Очевидно, что наш читатель, которого мы любим и желаем ему пользы, не должен нападать на нас лишь ради спора как такового, ибо по этой причине подлинный смысл наших слов не будет им понят. Он, несомненно, должен принять некоторые наши предпосылки так же, как он принимает предпосылки наших противников, в особенности если наши противники не следуют [нашей] религии[1507], ибо, как мы, с Божьей помощью, покажем в дальнейшем, все эти вопросы служат основанием принципов Торы. Воистину, мы страшились приступить к написанию книги об этих вещах, зная, как относятся глупцы, мнящие себя мудрецами, к таким глубоким вопросам. Но, несмотря на это, наше сильнейшее желание устранить с пути философов помеху в постижении этих великих вопросов, ошибочное понимание которых сильнейшим образом препятствует человеческому счастью, заставило нас все же ее написать.

Мы решили привести все возможные мнения относительно каждого из рассматриваемых нами вопросов, а также доказательства и опровержения каждого из этих мнений. Таким образом, в нашем распоряжении окажутся многочисленные принципы, относящиеся к каждому из этих вопросов. Это поможет нам отделить истинные принципы от ложных, дабы мы достигли истины в каждом из рассматриваемых нами вопросов, и у нас не осталось никаких сомнений. Ведь мы сомневаемся в некой вещи, если наши мысли о ней вступают в противоречие друг с другом; но когда мы завершим исследование этих вещей, и истинное будет отделено от ложного, сомнение исчезнет. Поскольку наши предшественники держались ложных мнений по всем этим вопросам, мы вступили с ними в спор, чтобы показать ложность мнений со всех возможных сторон. Однако все, доказанное нами с помощью философии, совпадает с мнением нашей Торы. По этой причине мы назвали эту книгу «Войны господа»[1508], ибо мы сражаемся против ложных мнений наших предшественников по этим вопросам.

Читателю не следует думать, что лишь Тора заставляет нас доказывать приведение в этой книге истины, тогда как сами по себе они истинами не являются[1509]. Ведь Рамбам, да будет благословенна его память, показал, что мы должны верить только доказанному с помощью интеллекта. И если оказывается, что буквальный смысл Торы входит с этим в видимое противоречие[1510], слова Торы следует истолковать так, чтобы они соответствовали требованиям разума. Поэтому Рамбам, да будет благословенна его память, истолковал слова Торы, которые наводят на мысль о телесности Господа, благословен Он, так, чтобы они не противоречили разуму[1511]. По той же причине Рамбам, да будет благословенна его память, постановил, что если будет доказана вечность мира, мы должны будем в это поверить и истолковать слова Торы, входящие в видимое противоречие с этим мнением, в соответствии с разумом[1512]. Таким образом, ясно, что, если философское исследование этих вопросов приведет нас к видимому противоречию с буквальным смыслом Торы, оно не станет для нас препятствием в утверждении истины. Ибо в действительности разум не противоречит Торе и Тора не является законом[1513], заставляющим нас принимать ложь на веру. Напротив, как мы показали в начале нашего комментария к Торе[1514], она направляет нас к постижению истины, насколько это вообще возможно. Поэтому мы взяли за обыкновение, исследуя эти вопросы, прежде всего полностью рассматривать их с точки зрения философии, а вслед за тем показывать, что философские выводы, сделанные нами в отношении каждого из них, совпадают с мнением нашей Торы. Поразительно, что к обнаружению истины некоторых из этих вопросов нас направили связанные с ним слова самой Торы. Хотя именно так и должно было произойти, ведь, как мы показали в нашем комментарии к Торе