Читать книгу - "Фантастика 2026-215 - Александр Изотов"

провернуть всё обратно. Мавша наверняка не доставала, а Стрибор в одиночку делал всё, что мог.

С другой стороны равнины, тоже на краю зрения, виднелась полоска города. Межемир, судя по всему, был степной страной, небогатой на леса. Да и пожухлая трава говорила о том, что силы зла в этом месте праздновали победу, хотя сейчас над столицей весело светило солнце. Упыри ей вреда точно не причинят.

Я сам, когда был Тёмным Жрецом, замечал такие изменения в природе. Города и земли, которые мы захватывали, быстро мрачнели и утрачивали тягу к жизни, но тогда я это считал отдельной красотой. Смертельной, но красотой.

Теперь же… теперь я бросс, и мне просто надо делать своё дело. Работа на стороне добра всегда гораздо труднее, чем на стороне зла. Зло неограниченно во лжи, а правда, как водится, всегда одна.

— Виол там, — Кутень показал вперёд.

Я тоже чуял слабое биение бардовской магии. Бард каким-то образом смог достучаться до моих ушей на огромном расстоянии, но теперь я не удивлялся — привык уже, что бардовская магия гораздо сильнее, чем мне раньше казалось.

Не сразу я понял, почему оно, это биение, идёт будто бы из земли. Но потом сообразил, точнее, разглядел, что равнина впереди раскалывается громадной трещиной. Тут не было гор, обе стороны каньона остались на той же стороне — просто линия, в древности под влиянием каких-то неведомых сил прочеркнувшая гладкую поверхность земли.

Обернувшись пламенем, я быстро достиг обрыва. Рядом мягко приземлился Кутень.

Каньон был огромен. Широкий, другого края стрелой не достать. Извилистый, он тянулся в обе стороны, насколько хватало глаз. Обрыв нависал над рекой, кажущейся с высоты тонкой чёрной полоской. И, чтобы спуститься, обычному человеку надо было постараться найти место, где стены каньона не отвесные.

Виол был где-то рядом… Как успел проскакать-то такое расстояние?

— Упыри, — цербер показал вниз. Тёмную полоску реки пересекали бурунки.

Твари лезли через реку и, цепляясь за скалы, пытались покорить отвесные скалы. Лезли на ту сторону, к столице Таш, как я им и приказал. Отсюда сотни упырей казались муравьями.

Кажется, Адгам Певчий каким-то образом сделал их гораздо выносливее, но пасмурным днём они всё равно были гораздо слабее и медлительнее. А когда выйдет солнце, так вообще разом сгорят — законы тёмной магии никто не отменял.

— Виол внизу, — Кутень шагнул с обрыва.

Я последовал за ним, чувствуя, что теперь вообще не испытываю страха перед высотой, как обычные люди. Пролететь вниз сотню шагов и обернуться летящим пламенем или холодом — чего тогда бояться-то?

Виол, свесившись ногами вниз, лежал на каменном языке, выступающим из отвесных скал. Рядом дотлевали останки убитых им тварей — один лежал прям на барде, пара других свисала с краёв выступа. Сам Виол, окровавленный, перемазанный в угле, был без сознания.

По иронии судьбы, бард не упал только потому, что убитая им тварь, точнее, её останки, прижимала его к скале. Вывернутая лапа упыря царапала по камню, оставив длинную вереницу следов.

Успели мы вовремя…

— Смердящий свет! — выругался я, — Морката, вестница ты тупости! Какого хрена надо было забирать своё проклятие в такой неудачный момент?

— И не говори, — усмехнулся Кутень.

Виол сослужил мне последнюю службу, уведя за собой толпу упырей до того, как я перехватил управление «брошью хозяина». И Морката исполнила своё обещание — лишила его дара превращаться в оборотня. И наплевать богине, что он остался на краю гибели, ведь вниз тут лететь ещё много.

К счастью, я не чувствовал, что бард укушен. Иначе бы он тоже давно подёрнулся тленом.

Встав на выступ, я смахнул останки упырей и бережно взял Виола на руки. Хотел было уже оттолкнуться, чтобы взлететь вверх, как вовремя застыл. Не спеши, бросс, подумай.

Хм-м… Если я обернусь пламенем, бард споёт последнюю песнь на погребальном костре. Если же я превращусь в холод… ну, от Виола тоже останутся только написанные им песни. Это, конечно, неплохо для барда, но хотелось бы сохранить его живого. А как его отсюда перенести-то?

Чувство опасности кольнуло меня, и я едва успел закрыться спиной, чтобы прикрыть телом барда. Вспыхнули мои щиты, но тщетно — плечо пронзила леденящая боль.

Я вывернул голову, чтобы увидеть торчащую из наплечника стрелу. Зачарованный наконечник достал кожу, но броня остановила его. Обернувшись, я вытаращился на стрелка, парящего в полусотне шагов на крылатой твари. Приручённая тенепёрая гарпия, взмахивая чадящими Тьмой крыльями, несла на своей спине… Дайю⁈

Да, это была лучевийская принцесса, облачённая в изящный тёмный доспех. Обнимая ногами шею магической твари, она держала в руках чёрный лук, и довольно улыбалась. На груди принцессы тоже алел рубин «броши хозяина».

Меня не удивило то, что гарпия была летающей, ведь полутёмные создания есть загадка даже для служителей Тьмы. Где-то, наверное, уже бегают кромешные дымчатые волчата от Кутеня, и кто знает, как кровь цербера усилила их?

— Хм, надо бы навестить, — задумчиво сказал Кутень, услышав мои мысли. Я лишь сдвинул уголок губ.

Мне не нравилась улыбка Дайю… Неужели Адгам настолько глубоко поразил злобой сердце девушки, что она забыла про своих друзей? И не только забыла, но и готова убить?

Наконечник стрелы холодил, пытаясь высосать мои силы, но чарователи наверняка не подозревали, что их магии придётся выхлебать бездонный колодец. Скорее заклинание захлебнётся, на меня теперь надо с десяток таких стрел, если не больше.

А вот аура принцессы стала гораздо сильнее, чем до этого, уровня магистра. Пятый ранг за такое короткое время⁈ Без тёмной алхимии это было невозможно!

Вот он, ещё один путь быстрого получения силы, к которому ни один служитель Тьмы в здравом уме не прибегнет. Только лишь в том случае, если он на краю гибели! Ну и кое-что смыслит в алхимии.

Я напряг магическое зрение. Да, её чакры были на пределе, а контуры могли порваться в любой момент, и тогда принцессу пожрёт её же магия Тьмы — человеческое тело не было способно принять столько магической силы за такой короткий период. Броссы, конечно же, не в счёт, хе-хе!

Тут я вспомнил, что у лучевийской принцессы была капля бросской крови в роду. Поэтому-то она и была ещё жива, другого объяснения не было. Я стиснул зубы, понимая, что это лишь отсрочка. Ей срочно нужна была помощь целителя, чтобы остановить разрушение контуров!

Тёмный Жрец не скупился на обучение своей лучшей ученицы, и вкладывал в неё силу любыми способами. А значит,