Читать книгу - "Фантастика 2026-215 - Александр Изотов"

— Малуш, это не имеет значения. Будь ты незаметен, как мышь, они всё равно нас найдут.

— А это мы ещё посмотрим! — Виол снял со спины свою новую лютню, подаренную Холодрагом, — Что, бросские нахалы, готовы побегать по лесам? — и тронул струны.

Как и возле Бросских Гор, с его струн сорвались голоса. Хохочущие броссы, хрустя снегом, понеслись в разные стороны. Ульвы, Инги, Глебы… Много их, не один десяток, и все в разные стороны.

Старый молотобоец только крякнул:

— Эка невидаль! Ну, посмотрим, клюнут ли девицы? Однозначно, это их разозлит.

— Можно ли убивать их? — спросил я, чувствуя тревогу. Словно тучи сгущались над нами.

— Ну, бросс, здесь всё, как и в Бросских Горах. Можешь защищать себя, но за убийство бросса будешь отвечать по местным законам. Вот мы и спешим туда, где эти законы помягче.

— Только я могу убивать, — донеслось от Инги, — А вам, мужикам, нельзя.

— Женщины, — снова хмыкнул старый Ульв.

— Ну, как я и думал, — буркнул я, — Так-то я умею… эээ… не убивать. Опыт большой.

Моё чутьё уже подтвердило мне всё, что рассказали броссы. Нам и вправду грозила опасность, но она была разноголосая. Несколько отрядов воительниц спешили сюда, чтобы схватить нас первыми, и предать своим законам. И не удивлюсь, если эти отряды ещё и схватятся между собой.

Рядом возник Якун.

— Они рядом.

Одновременно с этим цербер, поднявшийся повыше, прислал мне образы несущихся среди елей и сосен тени. И некоторые при этом были верхом на зверях — на огромных белоснежных волках.

Неожиданно я осознал, что смотрю через зрение цербера не один, а вместе с Якуном. Мы с ним переглянулись, ощущая, как наши разумы слились — он смотрел через мои глаза, а я через его.

Как же давно я не ощущал этого единения с другими тёмными. Это даже было непривычно… И вдвойне удивительно, что такого талантливого умельца я встретил не среди Тёмных, а среди броссов.

Не сговариваясь, мы кивнули друг другу. Лишние глаза в бою никогда не помешают.

«Там-там-там!» — прогавкал цербер, отвлекая нас и показывая, что с другой стороны леса к нам тоже кто-то приближается.

И с третьей стороны… Тут Кутень нырнул вниз, в деревья, когда над лесом взлетели магические стрелы. Пайнки обладали способностью видеть цербера, и Кутень лишний раз не стал рисковать.

— Ну, понеслась, — усмехнулся я, высвобождая ауру.

Глава 16

Мы неслись по сугробам, стараясь вырваться из постепенно смыкающегося кольца. Уж не знаю, сколько тут так называемых кланов, и как они между собой враждуют, но пока что они действовали слаженно.

Была и ещё одна беда… Хоть старый Ульв и поведал мне о святилище Девы Моркаты, которое являлось важным для всех пайнских дев, сам бросс не знал, где оно находится. Не знал об этом и Якун, и вообще никто из отряда.

Смердящий свет! Получалось, наш бой был бы бессмысленным, если бы у нас не было цели. Тем более, мы не могли причинить большого вреда воительницам, чтобы не накликать на себя ещё больший гнев.

Поэтому, раскрывая свою ауру и закручивая вокруг себя воздушные и огненные вихри, я в какой-то момент прислушался, какие магические ветра дуют в Пайниландии. Ведь такое место, как святилище, если оно обладает должной мощью, не может не излучать силу.

На мой внутренний взор обрушились сотни потоков, самых разных тональностей… Не сразу я понял, что это что-то вроде боевых кличей, которые каким-то образом проникли в магический эфир. Пайнки, эти дикие воительницы, пусть сами не обладали магией, но при этом могли на неё влиять!

Лишь потом я подумал, что было бы странно, если бы любой маг смог найти тайное святилище. Ведь не так просто пайнки его скрывают? И не просто так Морката до сих пор охраняет этот гордый народ?

— Инга! — рявкнул пыхтящий Ульв, — Чуешь что-нибудь⁈

— А с чего бы я должна чуять⁈

— Ну ты же девка, считай, что пайнка! — весело бросил Глеб, — Уж Деву Моркату-то должна слышать!

— А ты тогда почему не чуешь, дурень⁈

Глеб расхохотался:

— Аха-ха! Дерзкая, да⁈

Я подумал было, как жаль, что с нами нет ни Агаты, ни Креоны. Уж жрицы Храма Холода точно смогли бы определить, где святилище.

Неожиданно я вспомнил о нашем барде… Точнее, о его проклятии.

День снова клонился к вечеру, небо было заволочено облаками, и ночь незаметно подкрадывалась. Так что Виолу не составит труда обратиться, тем более, мы уже давно выяснили, что это не зависит от Луны.

— Виол!

Бард будто бы не слышал меня, пыхтя впереди и обнимая лютню.

— Виол, твою Бездну!

— Громада, нет! — бард затряс головой.

— Надо, Виол!

Бард, поражённый проклятием Моркаты, должен был чуять свою хозяйку. Морката была полной и единственной властительницей этих земель, и оборотень должен был привести нас к её святилищу.

И как я раньше об этом не подумал?

— Нет, громада! — Виол чуть не заплакал, а потом бросил мне лютню, — Только не разбей, Маюном тебя прошу!

Затем, зарычав и изогнувшись, он откатился в сторону. Зарычал и завыл.

Неожиданно рядом оказался Урс — дикий бросс перемахнул через сугробы невероятным прыжком, приземлившись рядом с обращающимся бардом. Фанатичный блеск глаз дикаря сверкал так, что даже меня пробрало до жути.

— Посвящённый! — вскричал Урс и заскакал вокруг Виола в бешеном танце. Он рычал, кувыркался и выл в полный унисон с бардом, крича что-то на непонятном мне бросском диалекте.

Единственное, что я мог разобрать, так это слова «Хморок» и «Морката».

Но спустя пару мгновений посреди разбросанного снега застыли две фигуры. Одна уже знакомая — Виол, обращённый в полупыря-получеловека, со звериным оскалом… И Урс, который каким-то образом сросся со своей шкурой, и который буквально превратился в полу-медведя.

Под капюшоном из звериной морды не было человеческого лица, потому что морда эта стала полноценной медвежьей головой. Горели красные глаза, капала слюна с дикого оскала, но в целом морда улыбалась. Мне даже показалось, что обращённый Урс был счастлив.

И, переглянувшись, две уродливые твари зарычали, а потом, вскинув головы, взвыли. На мгновение, кажется, тучи расступились, являя лик Луны…

Виол закрутился волчком, разбрасывая снег и принюхиваясь, потом застыл, медленно поводя носом… И прохрипел:

— Я… по… шёл!

Оборотень тут же