Читать книгу - "Фантастика 2026-215 - Александр Изотов"

— Много ты знаешь, горлопан, — проворчал старый Ульв.

Всего мгновение назад Якуна не было рядом с нами, потому что он двигался где-то за деревьями, но вдруг он появился рядом с бардом. Виол вздрогнул и шарахнулся.

— Как связаны Тьма и Тень, так связаны пайнки и Тёмный Жрец, — подал голос бывший Хранитель, чьё лицо так и скрывалось под капюшоном.

Виол, опомнившись, тут же сказал:

— Ну вот, я же говорил!

— Но ты же бард, так? — спросил Якун.

Виол неуверенно кивнул.

— Межемирский Жрец зовётся Адгамом Певчим. Если он бард, так ты тоже, получается, связан с ним?

Бард замотал головой:

— Это другое… эээ… наверное. Впрочем, ты прав.

— Пройти по землям пайнских дев незамеченным невозможно, — глухо добавил Якун, — Это всё равно, что гладить тело женщины и позволить себе думать, что она этого не почувствует.

— Ох, — только и выдал бард, сразу уставившись на спину Инги, — Какое хорошее сравнение! Не будешь против, если я заберу это себе в поэму?

Но бывший Хранитель Храма Хморока не ответил, а попросту снова исчез. Я лишь поджал губы, понимая, что толком не разглядел, как он это сделал.

Когда я был Всеволодом Десятым, я тоже владел такой техникой перемещения в тени, и она была довольно простой. Но смердящий свет! Он овладел ей так искусно, что наверняка смог бы спрятаться даже от Десятого!

То-то Якун выбирал ту часть леса, где перемещался мой Кутень. Цербер сначала сторонился мрачного бросса, который мог прятаться так, что Кутень его практически не чуял… Но когда понял, что Якун попросту играется с ним, цербер тут же весело включился в игру.

Прятались то Якун, то цербер, и по очереди пытались найти друг друга. Я сразу понял, зачем бывший Хранитель это делает — если для озорного Кутеня это было игрой, то для Якуна это было самой настоящей тренировкой. Когда ещё адепт тёмной магии встретит дружелюбное создание Тьмы, чтобы проверить или даже улучшить свои навыки?

— Якун — наш следопыт, — сказал Ульв, — Если он так говорит, то значит, это правда.

— Но вы говорили царю Могуте об этом? — возмутился бард, — Что через земли пайнских дев невозможно пройти…

— Зачем? Урс сказал, что не стоит.

— Урс? — Виол оглянулся на бросса в медвежьей шкуре, молча двигающегося в конце отряда, — Ах, ну да, если Урс сказал… Вы понимаете, что вы скрыли это от царя⁈

Броссы переглянулись и пожали плечами. Я тоже усмехнулся. Виолу было невдомёк, что у броссов свои понятия о предательстве. Бросс выполнит приказ, но сделает это по своему… А ещё некоторые вещи, важные обычным людям, броссу покажутся незначительной мелочью.

— Племя Мёртвых Медведей имеет тесную связь с богиней Моркатой и даже с ушедшим Хмороком, — пояснил Ульв и шёпотом добавил, — К зависти Якуна, с Хмороком у них связь даже сильнее, чем была у Хранителей.

Я лишь хмыкнул.

— Вот даже как?

Ульв охотно пояснил, что верования у диких племён отличались. Пусть и служили одним богам, как и все броссы, но делали это по-разному, а где-то даже жутковато.

Но самое главное — у Мёртвых Медведей северный бог мрака и смерти никуда и не уходил. Если Огневики, Хранители и Железняки ждали возвращения Хморока, то дикие племена даже не понимали, что это такое.

— Ищи бога мрака во мраке, — донеслось от Урса, который прекрасно нас слышал, — А бога смерти в смерти. Богиню луны — в луне. Богиню холода — в холоде.

У меня чуть подскочили брови.

— Такое впечатление, что он говорит о четырёх разных богах.

— Я же говорю, брат бросс, — Ульв усмехнулся, — Даже мы до сих пор не понимаем Урса. Но он бросс, как и все мы, и ереси знахаря Волха не поклонился.

Рядом вдруг возник Якун.

— Мы в землях Пайниландии. Они уже знают, что мы здесь.

— А вот теперь самое интересное, — усмехнулся старый Ульв, перехватывая молот поудобнее, — Какие пайнки нас найдут быстрее.

— О чём ты? — вырвалось у меня.

— А то, бросс, что нам сейчас придётся искать их святилище Девы Моркаты. Там же у них вроде как столица… Доберёмся, и, возможно, останемся живы.

— Громада, я теперь, кажется, понял, откуда у тебя талант придумывать планы, которые никогда не работают, — грустно сказал Виол, — Думаю, нет смысла напоминать, что от нас потребовал царь Могута?

В ответ броссы лишь рассмеялись.

Как оказалось, мои познания об этих краях были до смешного наивны. Пайнских дев тоже было не одно племя… Хотя, как уточнил Ульв, это скорее были кланы, потому что между собой многие из них тесно контактировали. Зачастую пайнки из одного клана переходили в другой, а некоторые кланы даже враждовали.

Так что в некотором роде бард был прав. Останемся мы живы или нет, зависело от того, воины какого клана нас первые поймают.

— Одни казнят нас тут же, без суда, — тут Ульв засмеялся, — А другие потащут к себе на суд, и тоже казнят. Третьи потащат к себе, чтобы мы им наделали кучу детишек… правда, тоже казнят.

— А есть такие, которые не казнят? — мрачно спросил Виол, — С которыми мужчину, попавшему к ним в лапы, ждут только любовные утехи?

— Есть и такие, — весело ответил Ульв, — Утехи-то ждут, но только выдержишь ли?

— День, два, три! — донеслось от молодого Глеба впереди, — Неделю, две, три! Что, бард, потянешь?

— Можно подумать, у меня будет выбор?

— Будет! Поймёшь, когда сам их попросишь, чтобы тебя казнили, — и броссы расхохотались.

В общем, нам теперь и вправду надо было как можно скорее достичь их столицы, чтобы встать перед взором их главы, власть которой худо-бедно, но распространяется на все кланы.

— А что насчёт того, что все пайнки всегда казнят женщин? — спросил я и кивнул в сторону Инги.

Она ответила сама:

— Броссы и пайнки и вправду из одного народа. Так что к бросскам у них отношение, как к соплеменницам, — рыжая тоже улыбнулась, показав копьём на прыгающего впереди Глеба, — И буду бегать вместе с ними по лесам, отлавливать таких же вот охламонов!

Броссы весело расхохотались. Меня смутило, что наше громкое поведение не слишком-то похоже на тихую вылазку,