Читать книгу - "Фантастика 2026-215 - Александр Изотов"

Мы замолчали. Чувствуя, что сам по себе он не заговорит, я снова начал первым:

— Как тебя звать?

— Якун.

— Что тебя привело к царю Могуте? — спросил я, хотя уже подозревал, какой будет ответ.

— Так было предначертано. Главный Хранитель Храма принёс мне эту весть и сказал: «Иди к Могуте Раздорожскому. Служи до тех пор, пока не явится из небытия Хморок и не скажет тебе, что делать дальше».

Я кивнул ему. Каких-то угрызений совести я не испытывал, понимая — каждый верит в то, во что верит. И если этот уверен, что я Хморок, его в это не переубедить.

Смердящий свет! Вообще-то я и сам не был уверен, что моя история с богом смерти и мрака закончилась… Не надо быть шибко мудрым броссом, чтобы понять — боги уходят и приходят тогда, когда сочтут нужным.

Наконец, я остановился перед последним. Диковатый бросс, который скрывал лицо в тени медвежьей пасти, служившей ему шлемом. Медвежья шкура служила ему и плащом, и доспехом, а вооружён он был медвежьими когтями, от которых остро ощущался флёр Магии Крови. Причём это была особая Магия Крови, явно замешанная на бросском огне.

— Я — Урс, — коротко ответил то, не поднимая головы. При этом я остро ощущал, что он смотрит мне в глаза через остекленевшие высушенные зрачки медведя, — Из племени Мёртвых Медведей.

То, что на севере Бросских Гор водились дикие племена броссов, которые жили по своим обычаям, я знал. Обычаи у них были дикие и кровожадные, и неудивительно, что тёмная ересь Волха в этих племенах легла на благодатную почву.

Но, как оказалось, поддались не все племена. Они тоже чтили и Хморока, и Моркату, но делали это по-своему.

— Мёртвых Медведей? — чуть растерянно переспросил я.

— Хморок — бог мрака и смерти, — хмуро ответил Урс, — В его царстве вечного мрака все мертвы. Как и сам Хморок.

Я сдержал усмешку. У каждого своя вера, и каждый по-своему прав.

Отойдя подальше, я поднял топор над головой, окутал себя мощным огнём, ещё раз являя свою силу. На самом деле мне давно хотелось бы уже покончить со всеми этими условностями и отправиться в путь. В долгий и муторный путь, где я обязательно найду время, чтобы заняться личным ростом.

Просто Вьюжара подарила мне такие знания, которые должны были сделать меня сильнее на порядок. А для того, чтобы ими воспользоваться, мне нужно уединиться и перестроить магические потоки.

— Я — Малуш. Бросс и лиственник, — сказал я и честно добавил, — Я несу в себе душу Всеволода Десятого, Тёмного Жреца из другого мира. Я нёс в себе душу Хморока, но она оставила меня в Бросских Горах…

Я говорил честно, не утаивая абсолютно ничего. О том, кем был, кем стал, и куда держу путь… Рассказал о принцессе Дайю, искушённую Адгамом Певчим. О мальчике Луке, которого Вечное Древо прочит в нового бога Света в этом мире. О своей войне с богами, и что теперь эти броссы в ней участвуют.

Я ничего не скрывало, потому что эти броссы будут прикрывать мою спину, а я их. И у нас не может быть секретов.

Виол же только и делал, что всё время поднимал и опускал руку: «Громада, а может, не надо… А может, об этом тоже не… Эй, ты даже царю такого не говорил! Ааа, слёзы мне в печень!»

Броссы слушали меня молча, не впадая в растерянность, как бард, который и сам не знал обо мне некоторых подробностей.

Вот я закончил, и на несколько секунд воцарилось молчание. Потом старый Ульв сказал:

— Ну и что, долго мы тут будем стоять и лясы точить? Когда пойдём-то⁈

Глава 15

Мы двигались по заснеженному лесу гуськом. Возглавлял наш отряд энергичный Глеб, которому сугробы были нипочём — он буквально рассекал снег мощными ногами, то и дело взмахивая топорами и рубя воображаемых врагов. Я, когда глянул на Глеба магическим зрением, чуть не ослеп от энергии, которая била из него — это была не просто молодость, а молодость на всех возможных планах. Тело, аура, чакры и контуры — всё в нём фонтанировало и жаждало выхода.

За ним двигалась Инга, которая даже по снегу шла с изяществом. В руке копьё, длинный рыжий хвост покачивается над прямой спиной. От неё веяло такой мощной дикой женственностью, поэтому неудивительно, что за ней пристроился Виол. Мол, барду тоже надо идти впереди, вслушиваться в опасность, ну и всматриваться… кхм… во всякие опасности.

Дальше шёл я, за мной старый Ульв. Замыкал наш отряд Урс, который двигался необычной походкой, больше напоминающей рысцу зверя. Иногда дикий бросс, кажется, и вправду чуть припадал на передние руки, будто на лапы.

Ну а Якун, бывший Хранитель Храма Хморока, двигался где-то в стороне, скрываясь от нас и соревнуясь в маскировке с Кутенем…

Чем мне нравилась бросская простота, так это отсутствием глупых вопросов. Пока мы бороздили сугробы, скрываясь в тени вековых елей, я рассказал старому Ульву, что мне нужно попасть к пайнским девам. Никакого возмущения в ответ я не получил.

— А я всё думал, Малуш, что же ты недоговариваешь, — усмехнулся старый Ульв, — Зачем? Или это какая-то тайна?

В ответ я лишь пожал плечами.

— Об этом мне сказала одна женщина, которой я… кхм… доверяю. Но она не сказала, зачем. Думаю, там пойму.

— Женщины, — хмыкнул Ульв.

— Погодите-ка… — опомнился Виол, — Громада! Но как же указание царя Могуты⁈ Вот видит Маюн, мы не можем попадаться пайнкам, весь смысл тайной вылазки тогда теряется!

К неожиданности барда, вся пятёрка броссов расхохоталась. Виол в изумлении смотрел на их весёлые лица. Меня, кстати, тоже смутил этот смех, но я начал догадываться, что развеселило броссов.

— Что ты знаешь о пайнках, срединный⁈ — весело бросила Инга.

— То, что это воинственные девы, которые никого не пускают в свои земли. Те же, кому не повезёт попасться им, никогда уже не возвращаются. А женщин они, кстати, вообще казнят на месте!

— Всё так, — кивнула Инга, и её рыжий хвост качнулся, — И в то же время не так, милостью Луны.

— Тем более, царь Могута подозревает, что пайнки могут быть связаны с межемирским Тёмным Жрецом! — бард вскинул