Читать книгу - "Фантастика 2026-215 - Александр Изотов"

— Давай, Ульв, подправь ему улыбку! — весело крикнул молодой.

Ульв? Надо же, какое совпадение! У меня даже сразу добавилось симпатии к молотобойцу, но виду я не показал.

— Ты, седая грязь, один на рожон не лезь! — глухо ответил я, откидывая топор, — Все пятеро!

— А? — названный Ульвом воин остановился и чуть склонил голову, — Как ты меня назвал?

Но я не ответил, неожиданно шагнув вперёд и выставив ладонь. Сорвалась вперёд тугая воздушная волна и старик в последний момент выставил перед собой молот. Он попытался упереться, но вихрь протащил его до самого ствола ели, который едва не треснул… Ульв, к чести, так и не упал, но зато его осыпал самый настоящий снегопад.

Я сделал вперёд ещё шаг:

— ВСЕ!!!

Раскинул руки, высвобождая ауру и мощный вихрь из ветра и огня, мгновенно испаривший снег на десятки шагов вокруг.

— ПЯТЕРО! — мой глухой бас пролетел по лесу, сшибая снег с ветвей.

Теперь броссы, узрев мою мощь, переглянулись совсем другими взглядами. А сзади, чуть в стороне, как я и предполагал, показалась ещё одна тень.

Но раздумывать я им не дал… Вот я стоял в центре поляны, но уже через мгновение оказался рядом с Ульвом. Старик успел отпрыгнуть, когда мой усиленный огнём кулак снёс ствол за его спиной. Громадная вековая ель ещё хрустела и заваливалась, когда я метнулся в сторону, перехватывая копьё хищной бросски, вбивая локоть ей в рёбра и отправляя её в полёт. Хм, а копьё-то у неё двойное, с лезвиями с двух сторон!

На меня уже летел третий бросс — молодой, запрокинув над головой оба топора, прыгнул сверху, но он так же улетел в кроны деревьев, получив воздушный удар в грудь. Сзади заревел зверь, и мой огненный щит резанули когти — громадный дикарь с накинутой на голову медвежьей шкурой и с кастетами-когтями в руках вылетел из чащи. Это четвёртый бросс, и никакой это не оборотень, хотя когти свистели со страшной скоростью, и мой щит едва справлялся.

Его атаку я смазал воздушной стеной, а потом оттолкнул медвежатника прямо в копейщицу, которая уже неслась обратно. Разворот, и я, чувствуя напряжение в мышцах от своей скорости, перехватываю летящий мне в брюхо нож… А потом метаю его обратно в тень, скользящую между деревьев.

И тут же, оттолкнувшись всеми магическими щупальцами, словно дополнительными ногами, оказываюсь рядом с таинственным противником. Это пятый бросс.

Тот совсем не ожидал, что я окажусь так быстро рядом, но худой варвар в чёрном плаще с капюшоном всё же успел увернуться от моей атаки и даже выпустил в меня несколько тяжёлых ножей. Правда, все эти ножи оказались перехвачены моей магией и отправлены обратны…

Тот показал чудеса ловкости, уворачиваясь от своих же лезвий, но увернуться от моего колена, который отправил его в ствол сосны, у него не получилось.

В этот момент сверху мне почудилась тяжёлая и грозной кричащая тень, и я, вскинув руку, просто перехватил ладонью опускающийся мне на голову молот.

Естественно, в руку мной было вложено много магии, и когда орудие встретилось с ладонью, когда воинский дух Ульва врезался в стену моего воинского духа, по поляне прокатилась настоящая волна, сшибающая снег с ветвей и взметающая позёмку с сугробов. Эта же волна сшибла с ног копейщицу, медведя и молодого, которые уже спешили на помощь.

Седобородый Ульв, тяжело дыша, застыл с широко распахнутыми глазами, глядя на мою совершенно целую руку, сжимающую голову его молота.

Затем Ульв, опустив молот, ударил себя по груди кулаком и присел на одно колено. То же самое сделали и остальные четверо, тут же оказавшиеся за спиной седобородого. К счастью, все были целы, хотя потрепал я их знатно. Но и у меня рука, правда, здорово ныла — как бы там ни было, а удар у воина был невероятно мощный, и прошибал даже магические барьеры.

— Твои слова для нас закон, посланник Матери, — сказал старик, не поднимая головы.

— Закон! — тут же повторили остальные.

Я выпрямился.

Сзади из-за ствола вывалился Виол, отряхиваясь от снега, и кое-как поднялся на ноги. Пока мы тут воевали, поляну здорово тряхнуло несколько раз, и барду это далось нелегко.

— Я как-то и забыл, что с вами, броссами, немного сложновато.

Я усмехнулся, пропуская его слова мимо ушей. Потом кивнул воинам.

— Встаньте, братья, пологих троп вам на вашем пути! Давайте, что ли, познакомимся?

Глава 14

Пятеро броссов стояли передо мной, и в их глазах и вправду не было вражды. Броссы в этом плане всегда были очень отходчивы — ну подрались, ну выяснили отношения, чего дальше-то враждовать?

Теперь они верят, что я — это я. И больше того, они уступают мне в праве сильного. Я могу командовать, и мои приказы даже не будут обсуждаться. Ну, почти…

Кстати, Виол как-то обмолвился, что царь Могута хотел после осады Камнелома осквернёнными броссами пристыдить таким образом Матерь. И отправил послов: «Мол, политическая ситуация у нас сложная, вам бы на уступки пойти, господа броссы». Царь очень хотел наконец-то поставить все точки над положением броссов, и присоединить их к Троецарии… Но не учёл эту черту характера броссов, и получил от ворот поворот.

У бросса в его картине мира на самом деле всё просто. Я тебя атаковал, значит, виноват. Ты обижен? Так нападай — мы всё поймём, но будем защищаться.

А послы с чем пожаловали в Бросские Горы? «Так, мол, и так, случилась неприятность, вы напали, и мы обижены. Но зла не держим». Ну, броссы их и развернули — «Зла не держите, и отлично. Царю привет».

Надеюсь, бард, который уже достаточно со мной покрутился, начал хоть чуть-чуть понимать эту бросскую простоту, и в то же время великую мудрость. Но какие-то там политические передряги? Из-за чувства вины наплевать на свою независимость, чтобы ты и твои внуки навеки поклонились троецарскому царю?

Так что и я не собирался использовать эту дешёвую уловку двуличных интриганов, как чувство вины. У меня с этими броссами всё было ровно.

Можно сказать, их кулаки спросили: «Ты — избранный?» И мои кулаки ответили: «Да!»

— Вижу, луна не просто так окрасила твою бороду, — обратился я к Ульву, который нервно сжимал в руках свой молот, — И Хморок, уйдя в вечность, оставил свою