Читать книгу - "Тайны «Полярной звезды» - Анна Александровна Хотеева"

Продолжая поиски, Марк вышел в коридор, добрёл до читального уголка и обнаружил, что он не единственный, кому нужна зарядка. Мама уже отыскала розетку рядом с одним из книжных стеллажей, но замешкалась, распутывая провод.

– Ага! Попалась!

Мама вздрогнула и обернулась.

– Ну да, ты меня поймал, – она немного помолчала, так и застыв с проводом в руках. – И как тебе всё… это?

– Ты о доме? Или о том, что это отель? Или о странных постояльцах, среди которых есть те, кто, похоже, мечтает нас убить?..

– Не говори так. Уверена, мадам Дуня́…

– Любезнейшая женщина, ага. Ты обо всех так говоришь. А по мне – так она просто вампирша. Что это вообще за история? «Имеем право на постоянное проживание». Ага, как же! Так я им и поверил.

– Стой! Стой! Стой! Притормози-ка. Ты думаешь, они какие-то мошенники? Но Тихон Ефимович сказал, что нам не о чем беспокоиться.

– Не знаю… Мне они не нравятся. Один какой-то дёрганый, другой несёт всякую чушь, а третья – просто бррр!

– Ты всегда тяжело привыкал к новым людям, – усмехнулась мама.

– Но они так и не объяснили, как тут оказались. Вдруг они узнали про дом и подстроили какую-то афёру?

Марина поморщилась.

– Теперь я понимаю, откуда у тебя тройки за словарные диктанты. Правильно говорить «афера».

– Суть это не меняет. Они что-то затевают.

– Не похоже, чтобы Мадам нуждалась в деньгах. Ты видел её серьги? А жемчужное ожерелье? Как думаешь, зачем даме её возраста какие-то махинации?

Марк пожал плечами.

– Вот именно. Серьги, ожерелья, шкатулки с изумрудами… По-твоему это нормально? Тут точно что-то не так.

– Думаю, ты слушаешь слишком много криминальных подкастов.

– А я думаю, что не стоит быть слишком доверчивой.

И в подтверждение этих слов Марк ловко юркнул к розетке, чтобы первым подключить телефон. Что-то щёлкнуло, и внезапно свет погас.

– Упс…

– Надеюсь, это только одна розетка, – раздался голос мамы в темноте.

– Наверное, скачок напряжения. Надо включить автомат…

– Отличная идея! Ещё бы знать, где он находится!

– Но разве ты не нашла щиток, когда осмат-ривала дом?

– Нет.

Их глаза постепенно привыкли к темноте. Теперь, чтобы различать друг друга, хватало слабого уличного освещения. Мать и сын уселись на пол, как сидят после отбоя в загородном лагере, и перешёптывались, боясь, что их застукает строгая вожатая.

– Свет, наверное, включил кто-то из постояльцев, – прошептала Марина. – Правда, я так и не поняла, когда они пришли.

Со стороны греческой лестницы послышались недовольные шаги, острые, будто кто-то вколачивал гвозди в пол. Тьма в коридоре испуганно попятилась от надвигающейся свечи.

– Это просто возмутительно! – услышали они голос Мадам, прежде чем из коридора выплыла её высокая фигура с подсвечником в руках. – Первый день в доме – и уже такое безобразие!

– Но я только хотел…

– Хотеть недостаточно! Впредь советую думать! – отрезала Мадам.

На лестнице показался Ник, одетый в спортивные штаны и футболку, на которой красовалось тёмное пятно.

– Опять шалят? – спросил он, нервно тронув цепочку на шее.

Сверху послышался шум. Это спускались Граф и Тихон Ефимович. На обоих были надеты одинаковые полосатые пижамы. Правда, пуговицы на рубашке Смирницкого застегнулись с трудом.

– Что случилось? – нотариус зябко переступал босыми ногами по полу.

– Нельзя заряжать мобильные телефоны, когда внизу работает стиральная машинка! – назидательно произнесла Мадам.

Смирницкий понимающе кивнул.

– Ну, конечно, телефоны! Все беды от них.

– Так я же не знал! – воскликнул Марк.

– И вообще про телефоны лучше сразу забыть! – отрезала Мадам.

– Но для школы…

– Есть библиотека! Или вот, – Мадам указала рукой на стеллажи, – читальный уголок! Если, конечно, вы умеете читать что-то длиннее эсэмэс.

– Ого! Не думал, что вы знаете, что это такое! – парировал Марк.

Ник фыркнул. Мадам на секунду потеряла дар речи от такой наглости.

– Один – ноль! – весело сказал Граф и, поймав на себе взгляд Мадам, который даже в темноте обжёг его негодованием, поспешно добавил: – В пользу мадам Дуня, разумеется!

– Ну что ты застыл, как околевший сфинкс! Немедленно вытащи свой поганый телефон из розетки! – скомандовала Мадам.

Марк послушно отключил зарядник, и тут произошла очередная странность: свет мгновенно включился.

– Вот и славно, – сказала Мадам, будто успокаивая саму себя. Задула свечу и объявила: – Прошу всех разойтись по комнатам. Здесь абсолютно не на что смотреть.

Постояльцы ушли, а Марк всё ещё продолжал стоять с зарядником в руке и открытым ртом.

– Если они все были здесь, – наконец сказал он, – кто тогда включил свет?..

Марина потрепала его по плечу.

– Здесь старая проводка. Ты же слышал? Что-то там со стиральной машинкой. Завтра во всём разберёмся.

Марк больше не рискнул экспериментировать с электричеством, в задумчивости вернулся к себе и снова осмотрел новые владения. В комнате властвовали тени. Горела лишь настольная лампа с зелёным абажуром. Другого источника освещения мальчик так и не обнаружил.

Внимание привлекло зеркало у шкафа. Большое, в человеческий рост, и явно старинное. Отражение в нём было чуть размытым и неточным. Марк коснулся пальцами почерневшей от времени деревянной рамы. Ледяная!

Сердце тревожно застучало. Как такое возможно? Дерево не может быть ледяным. Или это не дерево, а какой-то металл? Мальчик ещё раз осмотрел зеркало и поёжился, увидев на верхней части рамы вырезанный силуэт глаза.

– Жуть какая, – прошептал Марк. – Завтра же отправлю тебя на свалку.

Не успел он это сказать, как что-то хлопнуло за спиной. Это свалился рюкзак, который Марк поставил на стол, когда искал зарядник. Из рюкзака показался краешек папки с документами. Марк достал письмо и покрутил в руках.

«Нужно обязательно поговорить с этим Безбородко, – подумал мальчик. – Он должен знать, кому принадлежал дом и почему мадам Сюзар тут командует».

Марк сел на кровать и снова, сам того не желая, посмотрел в зеркало. В нём отражалась почти вся комната. Да, тут полно всякого старья, и стены не помешало бы покрасить. Но теперь это их дом. Его и мамы. И он не позволит соседям всё испортить и на этот раз.

Умываться не хотелось. Усталость после долгой дороги давала о себе знать. К тому же замечания Мадам отбили всякую охоту лишний раз выходить из комнаты. Старая француженка ужасно бесила. Наверняка она думает, что он плохо воспитанный грубиян. «Да и ладно», – решил он. В конце концов он теперь хозяин дома, так что может вести себя как пожелает.

Марк плюхнулся на кровать и закрыл глаза. Мысли скакали, как саранча в сачке: кто оставил ему этот дом? Отец? Но тогда почему он до сих пор не объявился сам? И почему разрешил всякому сброду жить в «Полярной звезде»? И что это за название такое?..

Мальчик раздражённо вздохнул, поняв, что уснуть не удастся. Открыв глаза, он увидел над головой павлинье перо. Зелёно-золотистое, с голубым глазом посередине, оно торчало над изголовьем и покачивалось на сквозняке. Марк схватил перо, надеясь выдернуть его из стены. Павлин сидел крепко. Пришлось встать и поднапрячься.

Стержень помялся, волоски растрепались, но перо по-прежнему насмешливо покачивалось из стороны в сторону. Правда, вид у него теперь был взъерошенный и недовольный. Не придумав ничего лучше, Марк достал из рюкзака запасные носки и натянул на перо. Затянул как следует, чтобы проклятый павлин и не думал шевелиться. Завтра он найдёт ножницы и срежет эту дрянь. Под тяжестью ткани перо повисло вдоль стены, будто догадавшись, какая участь его ожидает.

Спать окончательно расхотелось. Марк спустил ноги с кровати. По деревянному полу гуляли сквозняки. Мальчик зябко переступил с ноги на ногу, прошлёпал босиком по комнате и выглянул за дверь.

В коридоре было тихо. Светильники уже погасили, и вокруг царил полумрак. Лишь в конце коридора мягко горел торшер в читальном уголке.

Все комнаты, кроме отведённых для них с мамой, оказались заперты. На каждой красовались ручки в виде животных. Марку досталась собака. С других дверей скалились застывшие морды обезьяны, медведя и быка.

Проходя мимо одной из комнат, Марк уловил какой-то звук. Мальчик был уверен, что на втором этаже, кроме него и мамы, никого нет, но теперь засомневался. Он стоял у комнаты с номером двадцать пять, раздумывая, стоит ли постучать. С двери на него скалилась звероручка в виде шакала.

Снова почудился звук: будто кто-то шуршал конфетной обёрткой. Марк прижался ухом к двери.

– Там кто-нибудь есть?

Вместо ответа – тихий глухой удар где-то в глубине комнаты. И вновь тишина.

– Ты чего застыл?

Марк вздрогнул от неожиданности, не сразу сообразив, что это мама выглянула из читального уголка в конце коридора.

– Фух! Ты меня напугала!

– Решила почитать перед сном.

Марина куталась в голубую шаль, на вид старую, но ужасно