Читать книгу - ""Чайки" генерала Копца - Александр Анатольевич Айзенберг"

принесёт мне список своих лучших лётчиков. А мне нужны лучшие лётчики, а не лучшие списки.

Начальник штаба улыбнулся.

— Понял.

Он вышел, Копец остался один. И-185. Значит, получилось. Не проект. Не обещание. Не опытный самолёт, вокруг которого спорят конструкторы и начальники. Первая партия. Маленькая, но первая. Он вспомнил свой прежний мир. Сколько хороших машин там не успели. Сколько решений приняли слишком поздно. Сколько возможностей существовало только в документах, опытных экземплярах и воспоминаниях. Здесь история уже пошла иначе. Не настолько, чтобы отменить войну. Не настолько, чтобы двадцать второго июня немецкие танки остановились на границе. Но достаточно, чтобы сейчас, в конце июня, где-то далеко от фронта техники готовили к испытаниям самолёты, которых в это время здесь быть не должно. Копец взял карандаш и поставил возле названия И-185 маленькую отметку. Потом посмотрел на другую запись. Та-3. Там пока стоял вопросительный знак. Эта машина задерживалась. Иван Иванович не удивлялся. Слишком многое он потребовал изменить. Двигатель. Вооружение. Конструкцию. Четыре ВЯ-23 превращали самолёт в летающую батарею, но четыре пушки мало было просто установить. Нужно было заставить машину нормально летать, стрелять и не разваливаться от собственной мощи. Пусть работают. Спешка здесь могла стоить дороже недели или двух. Телефон снова зазвонил. Копец снял трубку. На этот раз докладывал оперативный дежурный.

— Немцы. Около сорока отметок. Идут с запада.

— Высота?

Ему ответили. Копец посмотрел на карту. Район прикрывали те самые части, которым совсем недавно передали новые машины.

— Кто там сейчас?

Ему назвали полк и фамилию командира.

— Свяжитесь с ним. Передайте: новые машины использовать для верхнего прикрытия. В бой без необходимости старые типы не втягивать. Остальное — по обстановке. Он на месте видит лучше нас.

— Понял.

Копец положил трубку. Вот теперь оставалось ждать. Командующий фронтовой авиацией мог определить, где сосредоточить силы. Мог поставить задачу. Мог перебросить резерв. Но вести за руку каждую пару в воздухе он не мог и не должен был. Для этого существовали командиры на местах. Через несколько минут ему доложили:

— Яки поднялись.

Копец только кивнул. Лётчики знали, что делать. Это тоже было новым. На передовом аэродроме приказ Копца поняли без дополнительных объяснений. Командир полка майор Соколов быстро распределил силы. Двенадцать Як-3 должны были набрать высоту и держаться выше основной группы. Ещё одна эскадрилья оставалась ниже и чуть восточнее. Остальные исправные Яки находились на других площадках и в этот бой не привлекались. И-16 поднимать сразу он не стал. Они уже стояли с прогретыми моторами, но вводить старые машины в бой собирались только в том случае, если немцы прорвутся к прикрываемому району. Это было новым не меньше, чем сами Яки. Ещё неделю назад в воздух отправили бы всё, что способно взлететь. Теперь учились не только драться, но и оставлять резерв. Немцев обнаружили раньше, чем они увидели советские истребители. Впереди и выше шли «Мессершмитты». Ниже — бомбардировщики. Строй был плотным, прикрытие держалось рядом. После нескольких встреч с русскими истребителями, на бортах которых была нарисована кошачья голова, немцы тоже сделали выводы. Очень неприятные для них выводы.

— Первый, вижу группу.

— Не лезть вниз. Держим высоту.

Ведущий первой пары едва заметно довернул машину. Раньше само присутствие немецких истребителей выше заставляло думать прежде всего о том, как пережить первую атаку. Теперь высота была у них. Два Bf 109 начали подниматься навстречу. Советская пара не стала принимать лобовую. Ведущий ушёл вправо, ведомый остался чуть сзади и выше. Немец довернул за первым Яком и почти сразу оказался под огнём второго. Короткая очередь прошла мимо кабины, зацепила крыло. «Мессершмитт» резко отвернул. Никто за ним не пошёл.

— Не тянуться. Задача — бомбардировщики.

Это правило уже успели вбить в голову каждому «Коту». Сбитый истребитель был хорош только тогда, когда помогал выполнить задачу. Уйти за повреждённым немцем на несколько километров и оставить дыру в прикрытии означало проиграть, даже если потом удастся записать победу на свой счёт. Немцы попробовали иначе. Четвёрка Bf 109 пошла вверх, явно пытаясь связать верхнюю группу боем, а ещё несколько машин остались непосредственно возле бомбардировщиков. Соколов понял замысел сразу.

— Вторая, держаться. Первая — сверху через них. Не увлекаться.

Яки пошли в атаку не всей массой. Первая эскадрилья заставила немецкое верхнее прикрытие разворачиваться и набирать высоту. Вторая тем временем получила несколько секунд, когда дорога к бомбардировщикам оказалась почти открыта. Этого хватило. Первая пара проскочила между двумя «Мессершмиттами» и ударила по крайнему He 111. Пушка и два крупнокалиберных пулемёта били почти одновременно. На левом моторе «Хейнкеля» появилась дымная полоса. Бомбардировщик начал отставать, но строй не развалился. Вторая пара зашла с другой стороны. Немецкие стрелки открыли огонь заранее. Трассы прошли перед кабиной ведущего, и тот не стал упрямо держать прицел. Отвернул, пропустил очередь и потянул вверх. Ведомый остался рядом. Именно этого от них и требовали. Не один красивый заход любой ценой. Несколько атак, после каждой из которых пара сохраняется и может ударить снова. Сверху снова свалились «Мессершмитты». На этот раз один из них успел открыть огонь. Очередь прошила хвост Яка. Машину дёрнуло, но пилот удержал её.

— Третий, повреждён?

— Управление есть.

— Домой.

— Могу остаться.

— Домой, я сказал.

Спорить не стали. Повреждённый Як ушёл на восток под прикрытием ведомого. Две машины выпали из боя, зато пилот и самолёт имели шанс вернуться. Немцы добились своего — верхняя группа стала меньше. Но и бомбардировщики уже начали нервничать. Один «Хейнкель» горел. Второй отстал. Ещё один сбросил бомбы раньше цели после атаки, которая вообще не закончилась попаданиями. Остальные продолжали идти вперёд, однако строй растянулся. Тогда Соколов ввёл резерв.

— Ишаки, взлёт. Работать только по бомбардировщикам, которые пройдут восточнее рубежа. За истребителями не ходить.

Старые И-16 поднялись тогда, когда немцы уже были связаны Яками. Теперь им не требовалось пытаться догонять Bf 109 или принимать бой на невыгодной высоте. Их задача была проще: встретить прорвавшиеся бомбардировщики над прикрываемым районом. Именно ради этого Яки держали немцев наверху. Командир немецкой группы тоже понял, что происходит. Русские больше не бросали все машины в одну драку. Новые истребители не пытались обязательно уничтожить прикрытие. Они заставляли его тратить высоту, время и боезапас, открывая дорогу другим.

— Всем истребителям оставаться с бомбардировщиками! Не уходить за русскими!

Приказ был правильным. Но опоздал на несколько минут. Очередная пара Яков прошла сверху, ударила по головной тройке и сразу ушла вверх. Один бомбардировщик резко отвернул, ломая строй соседям. Почти одновременно снизу показались И-16. Немецкие бомбы всё-таки упали. Но большая часть — не туда, куда их собирались сбросить. Несколько машин развернулись раньше цели. Остальные отбомбились