Читать книгу - ""Фантастика 2026-212". Компиляция. Книги 1-25 - Владимир Матвеев"

тот поворот, за которым она исчезла. За время моего лесного похода я видел десятки подобных изломов тропы, поэтому ожидал, что и дальше будет все то же: стремящаяся вперед дорожка, конвой деревьев справа и слева, еловые шишки и жухлая трава под ногами.

Но все изменилось.

Свернув, я оказался на краю пропасти. Не буквально на кромке, за которой раскрыла пасть бездна — до нее было еще несколько шагов, но я сразу понял: вот оно, место, которое я хотел увидеть, к которому подошел испуганный, потерявшийся, едва ли не раздавленный.

Черная Падь простиралась передо мной — впереди и внизу. Я стоял на небольшой площадке, а дальше — громадный, заросший деревьями обрыв. Шагни неосторожно, соскользни по мокрому мху — и полетишь вниз.

Земля резко уходила вниз тяжелым каменным срывом, будто пласт почвы в этом месте надломился и провалился. Под ногами у меня серели плоские глыбы, поросшие мхом. Камни были старые, слоистые, с темными трещинами, куда набилась хвоя и прошлогодняя черная листва. Одни валуны спинами выпирали из земли, другие нависали над пропастью.

Дно Черной Пади было далеко внизу. От высоты воздух казался пустым и ледяным, как космическая невесомость. Впереди на склонах громоздились косматые ели — упрямо цеплялись корнями за камни, росли криво и косо, а между стволами белели осыпи, торчали острые обломки породы, и кое-где камень уходил в такую черноту, что трудно было понять, тень это или вход под скалу, в царство дивьих людей.

В самом низу лес сливался в неровную массу — глухую, влажную, неподвижную, оттуда тянуло влажным холодом, как из погреба. Повсюду царила все та же мертвая, тяжелая тишь — ни треска ветки, ни птичьего крика. Только иногда с осыпи срывался мелкий камешек, цокал один раз, второй, третий — и пропадал внизу.

Я смотрел, почти не сознавая, что меня окружает, понимание пришло позже, когда я вспоминал этот момент.

А когда тропа вывела меня к Черной Пади, я видел перед собой не колоссальный обрыв, не чудо природы, не предполагаемую обитель потусторонних существ.

И даже не Полину, которую силился догнать.

На краю Черной Пади меня ждала Маргарита.

Глава шестнадцатая

Неужели я мог так ошибиться, принять одну за другую? Нет, невозможно! Да и одета Маргарита была иначе: бежевое пальто, перехваченное поясом в талии, коричневые высокие сапоги. Волосы собраны в хвост, на лице — улыбка.

— А вот и ты. Наконец-то, — сказала она. — Я все гадала, хватит ли у тебя смелости прийти, узнать правду. Все-таки я в тебе не ошиблась.

— Я не понимаю…

— Конечно, — голос ее звучал ласково, — трудно во всем разобраться, милый. Но я помогу. Теперь, когда ты здесь, все будет в порядке.

Она протянула ко мне руки ладонями кверху.

— Иди ко мне. Что же ты?

Я шагнул вперед.

— Выходит, это правда? Ты и впрямь ведьма? Узнала тайну дивьих людей, они помогли тебе добиться успеха?

Знаю, это звучало по-детски, глупо и наивно, но я плохо соображал. Не мог отойти от встречи с Полиной (которой, по всему видать, не было, она мне померещилась), голова кружилась (я всегда боялся высоты), воздуха все еще не хватало, а теперь передо мной стоит невесть откуда взявшаяся Маргарита.

Она слегка запрокинула голову и рассмеялась.

— Ты хочешь того же, верно? Написать бестселлер, который прочтут миллионы людей по всему миру. Зарабатывать кучу денег, не прикладывая особых усилий. Хочешь быть звездой, милый? Я могу помочь. Верь мне.

Я подошел ближе. С такого близкого расстояния должен был чувствовать чувственный запах духов Маргариты, но пахло все так же: прелой листвой, хвоей, подвальной сыростью, поднимавшейся из пучины.

— Как ты узнала, что я приду сюда? Почему ждала здесь? — спросил я.

Ее улыбка чуть дрогнула, уголки губ опустились, во взгляде мелькнуло замешательство — впрочем, лишь на краткий миг. А быть может, я смотрел слишком пристально, глаза стали слезиться; я так сильно хотел узнать правду, что начал обманывать сам себя.

— Это было просто, Рома. Я объясню, и ты поймешь. Нам, ведающим, подвластно многое. Ты научишься. Но хватит разговоров. — Маргарита нетерпеливо притопнула ногой и вновь сделала приглашающий жест, поманила меня. — Нам пора.

— Куда? Ты покажешь мне вход в…

— Бога ради, с кем ты говоришь? — прокричал женский голос.

Я замер, а потом медленно повернул голову.

У кромки леса, где кончалась лесная тропа и начиналась площадка, нависающая над Черной Падью, стояла Соня. Что за аншлаг! Еще и она!

— С Маргаритой, разумеется, — ответил я.

Ее глаза казались еще больше, чем обычно. Соня облизнула губы и произнесла успокаивающим тоном:

— Стой, где стоишь, хорошо? Не двигайся, не делай резких движений.

— Что происходит?

Она пошла мне навстречу — неспешно, но твердо, протягивая в мою сторону руки точно так же, как и ее мачеха только что. Маргарита почему-то молчала, никак не реагируя на неожиданное появление падчерицы.

Я недоумевающе повернулся в ее сторону и почувствовал, как меня хватают за руку, потом ощутил сильный рывок, а в следующую секунду обнаружил себя на середине площадки.

Оттащив от края, Соня обнимала меня, буквально прилипнув всем телом, я чувствовал исходящий от нее жар. Куртка девушки была расстегнута, волосы растрепались, лицо раскраснелось, как от быстрого бега.

— Слава богу, успела! — твердила она, чуть не плача. — Господи, слава богу!

— Где Маргарита? — тупо спросил я, хотя уже начал понимать.

— Ты что, не соображаешь? — выкрикнула Соня. — Посмотри, где ты стоял! На краешке! И хотел шагнуть, и шагнул бы, если бы…

Она была права. Маргарита, вернее, создание, которое заманивало меня к краю пропасти, не остановилось бы, пока я не полетел вниз, ломая кости. Зловещая тварь звала, секунда — и я сделал бы последний шаг навстречу смерти.

— Ты спасла меня, — неуверенно проговорил я.

Слезы вовсю лились из Сониных глаз.

— Я тебя чуть не потеряла, я…

Соня поцеловала меня.

Никто не целовал меня с такой отчаянной страстью, с неумелой, ошеломляющей горячностью — так, словно это было последнее, что удастся сделать в жизни, и при этом первостепенное, самое важное.

Я ответил на ее поцелуй, и мы стояли возле обрыва, целовались, не в состоянии расцепить объятия, держась один за другого, спасая друг друга от неведомой, непонятной беды.

— Пойдем отсюда, — прошептал я через некоторое время.

Она кивнула, пряча взгляд. Жалела о своем порыве? Не стоило. Ведь я его поддержал, это было нужно нам обоим.

Согласен, я полный мудак. Одновременно крутить роман с мачехой и падчерицей — это черт знает что. К