Читать книгу - ""Фантастика 2026-212". Компиляция. Книги 1-25 - Владимир Матвеев"

его указаниями, я легко нашел студию. Располагалась она на первом этаже пятиэтажки, с торца. Поднявшись на невысокое крыльцо, я вошел под аккомпанемент дверного колокольчика.

Как выяснилось, в студии можно было сфотографироваться на документы, заказать фотосессию, сделать семейный или групповой портрет — на стене был прикреплен лист с весьма скромными расценками.

Две тесных комнатки: в дальней происходило таинство фотографирования, в ближней располагались стойка администратора, пара стульев для посетителей, рабочий стол с компьютером. На стенах висели фотоработы в разных жанрах, снимки детей и девушек в свадебных платьях.

— Убого, знаю. Вы, наверное, к другому привыкли. Но на хлебушек хватает, и ни одна сволочь над душой не стоит, сам себе начальник, — произнес мужской голос.

Я думал, в помещении никого нет, но хозяин вынырнул из дальней комнаты. Выглядел он настолько необычно, что мне пришлось сделать усилие, чтобы не пялиться на него во все глаза. Внешность у Михея была колоритная: нечесаные рыжие волосы, торчащие в разные стороны, похожие на клоунский парик, крупная голова на тонкой шее, тщедушное тело, круглые очки, за стеклами которых глаза казались огромными. Прибавьте к этому сочный бас и чуть ли не двухметровый рост. На Михее была толстовка, в которую можно было запросто уместить троих таких, как он, и широченные вельветовые штаны.

— Добрый день, — сказал я, — ничего, что немного пораньше?

Михей мотнул головой, что означало: плевать, ничего страшного.

— Один хрен клиентов ноль. Суббота, мать ее за ногу. — Он яростно почесал голову, взлохматив космы еще сильнее. — В другие дни еще туда-сюда, а в субботу ни одна собака не идет.

Михей прошел мимо меня, запер дверь и перевернул табличку.

— Закрыто на выходные, — сказал он, хотя пояснений не требовалось. — Выпьешь? — Михей непринужденно перешел на ты и, не слушая моего ответа, проговорил: — А я выпью. Конец рабочей недели, имею право.

Он направился в комнату, которая служила студией, и я последовал за ним.

— Садись. — Михей указал на стоящее в углу кресло.

Себе он притащил стул, затем достал из ящика письменного стола бутылку из темного стекла, два пластиковых стаканчика и шоколадку.

— Бальзам, — сказал он, разливая жидкость по стаканам, — для сердца и сосудов хорошо.

Жидкость пахла сиропом от кашля, на вкус оказалась еще противнее. Я понюхал и отпил чуть-чуть, чтобы не обидеть хозяина; тот расправился со своей порцией одним глотком, крякнул и протянул мне руку.

— Михаил Шатунов. Зови Михеем. Все с детства так звали, так что, когда надо было псевдоним придумать, я ни секунды не думал. Михей Шатун — нормально же?

— Не поспоришь.

— А у тебя свое имя? Или в издательстве придумали? Роман Аверьянов — звучит хорошо. Прости, брат, книги твои не читал.

Многие, узнав, что говорят с писателем, считают своим долгом подчеркнуть это — и почти всегда при этом чувствуешь себя виноватым не пойми в чем.

— Ты прощен, — ответил я.

— Ладно тебе, не сердись, — отреагировал Михей. — Книжку про «Дивью» пишешь, значит. Хорошо платят, небось? У ведьмы денег куры не клюют.

— Ведьмы? — встрепенулся я.

— Забей. — Михей укоризненно посмотрел на мой практически полный стакан и плеснул себе еще, зашуршал оберткой шоколадки. — Ее так называют, типа клички. Ерунда.

«Соня бы с тобой поспорила», — подумал я.

— Фабрика была так себе, а она смотри как ее подняла! И как только сумела! Не иначе ведьма! — Михей хохотнул, поднес стакан ко рту, но пить не стал.

Поставил его на стол и посмотрел на меня ясным инквизиторским взором.

— Рассказывай, зачем явился. Ты написал, хочешь встретиться, пару вопросов о Чернопади задать. Что за вопросы?

Куда делись смешки и некоторая придурковатость? Я даже забыл о его странной внешности, так меня поразил этот переход.

— Город меня пугает, — не ожидая от себя такой откровенности, признался я. — Творится что-то непонятное, несколько человек говорили, мол, лес особый, места опасные. Но это бы ладно, я жить здесь не собираюсь. Просто и сам видел кое-что пугающее. Кажется, что сходишь с ума и… Мне надо разобраться. Возможно, помочь кое-кому, а может…

Я запутался, но ведь и ситуация была запутанной. Кому я хотел помочь — Соне или Маргарите? Кому из них верил?

Михей покивал задумчиво, снова почесал голову.

— Почему решил обратиться ко мне? Тебе посоветовали? Кто?

— Никто, — честно ответил я. — Моя жена… бывшая девушка была журналисткой. Она говорила, задача журналиста — быть в курсе и искать ответы. Прессы в Чернопади не то чтобы много. В пресс-центр администрации пойти — вряд ли удачная идея, остаешься ты.

Михей улыбнулся, явив мне широкую щербину между передними зубами.

— Меня многие считают двинутым, — доверительно сообщил он. — Я ничего не боюсь, говорю, что думаю. Зато все читают Михея Шатуна — весь город. Что случись — я всегда в курсе, обо всем пишу, ничего не боюсь, ни перед кем заискивать не стану.

— Двинутым-то почему считают? — не понял я.

— Из-за дивьих людей, — ответил Михей. — Я ищу доказательства, что они существуют. Ходил к Черной Пади — один, ночевал там.

— Кажется, чего-то не улавливаю. Куда ты ходил? И зачем?

Михей откинулся на спинку стула.

— Ну да, ты же не местный. Говоришь, слышал, что лес у нас особый, а почему, знаешь? Не весь он, кстати, особый — только возле Черной Пади. Название городу дано в ее честь. В той стороне, — Михей указал себе за спину, — если через лес пройти, в трех километрах примерно есть Черная Падь — глубокая расщелина. Жутковатое местечко, скажу я тебе. Стоишь на краю — и не видишь дна, оно теряется под густым ковром — черными кронами елей и туманом. Ты только знаешь, что перед тобой бездна, и иногда слышишь доносящиеся снизу звуки, напоминающие голоса.

Мне показалось, Михей по памяти пересказывает одну из своих статей.

— Склон почти отвесный, крутой каменистый спуск, заросший скользким мхом, тут и там торчат острые валуны. Короче, свалишься — все кости переломаешь, живым не выберешься.

— Зачем тебе понадобилось ходить туда и ночевать?

Михей укоризненно глянул на меня.

— Погоди, не гони лошадей. Дойдем и до этого. Уясни пока, что место страшное, ходить туда опасно. Но все равно люди ходят. Сейчас скажу, почему. Итак, дивьи люди. Слышал о таких?

«Черно в лесу, а дивьи люди ждут!» — прокричала в моей голове баба Фира, и я ответил, заглушая ее слова:

— Рассказали. Насколько я понимаю, на Урале есть легенда о подземном народце, который живет внутри гор…

— Да-да, — вскричал Михей, — прекрасные собою эльфы, которые поют дивными голосами и сторожат несметные сокровища! Только это чушь собачья! Дивьи