Читать книгу - "Некоторые вещи уже произошли - Татьяна Михайловна Замировская"

кулаком Мише по голове. Ничего противнее с ней не происходило: Миша был пустой, незнакомый, от него пахло чужим человеком, и ей казалось, что он облизывает ее, как сахарную куклу, а не живую женщину в посттравматической депрессии.

Но если уж решилась разорвать этот круг – нужно терпеть, сказала себе Ксения. И дотерпела до конца, отворачиваясь и иногда кусая себе руки, чтобы не расцарапать ими не виноватому ни в чем Мише лицо. Миша, казалось, даже не заметил, что Ксения еле сдерживается, – он был наверняка и точно счастлив, кошмар в его жизни наконец-то закончился.

– Это какое-то рождественское чудо, – сказал он. – Все вернулось на свои места. Реальность как будто сдвинулась чуть-чуть и снова исправилась.

– Угу, – сказала Ксения. Она думала о том, может ли это считаться изнасилованием. Если она сама на это согласилась – получается, что нет. Но если мужчина не понял, что ей невыносимо противно, неприятно и брезгливо, – тогда, наверное, это все-таки изнасилование?

Миша по-прежнему был для нее чужим, незнакомым человеком. Ничего не изменилось.

– Все изменилось, – восторженно сказал Миша. – Как будто ангелы запели.

– Мне нужно кое-куда съездить, – беспечно сказала Ксения, когда они уже оделись, выпили чаю и спланировали поездку на Новый год к каким-то Мишиным друзьям, о которых она услышала впервые в жизни. – Можешь меня дома подождать, хорошо?

Миша заулыбался: наверное, он подумал, что новенькая, вернувшаяся Ксения решила поехать выбрать ему подарок.

Ксения действительно поехала в центр города – там была новогодняя ярмарка. Ей понравилось блестящее, расшитое парадом дивных животных одеяло-накидка – то ли платок, то ли произведение искусства, то ли письмо из неведомой реальности, где процессия животных сообщает не столько ветхозаветное додарвиновское перечисление видов, но является неким письмом из будущего, где все упорядочено, для каждого найдется место, а человека больше нет, и быть не может, и не будет больше никогда. Это была какая-то домотканая газета «Вестник постгуманизма».

Ксения поняла, что хочет купить это одеяло, протянула руку к серебряному оленю, чтобы ощутить его текстуру, – и тончайший, серебрящийся переплетениями чужих нитей и взглядов олень прошел сквозь и мимо руки – или рука прошла сквозь оленя, который чуть-чуть покачался, как будто сквозь одеяло прошла волна невидимого ветра. Сбылась моя мечта, подумала Ксения, я исчезла.

Оздоровительная гимнастика

Не придумывалась хорошая шутка для соцсетей о том, что и правильно, в общем-то, не выбросила елку. Когда рождественский подарок доставляют только 25 января, c елкой можно вообще не дергаться: сайт производителя еще пару недель назад сообщил, что на новинку большая очередь и придется подождать. Видимо, все сейчас дарят друг другу на Рождество шлем виртуальной реальности, поняла она; видимо, теперь это лучший подарок. Да и что теперь увидишь в реальной реальности, ничего не видно. Рябит в глазах, и серая клеточка мелко-мелко бежит-едет по темно-зеленому икеевскому покрывалу: то ли аура мигрени, то ли зрительная кора тает, как хрустальная наледь, от плывущей в горизонт сетчатости.

Шлем виртуальной реальности был белый и колкий, как купол яйца, – к нему не хватало серебряной ложечки в локоть длиной. Она снова пожалела, что не распаковывает в прямом эфире, это же буквально как коробка конфет: упругие пластмассовые рожки ручных контроллеров словно требовали горку пластикового мороженого, молочный курок жалко жался к пальцу. Но лучше уж без соцсетей, вздрогнула она, когда глянула в бледный блокнот инструкций и увидела, что без них не обойтись. Как-то обойтись бы.

Кое-как вспомнив пароль и натянув шлем, она оказалась в сладостно, удивительно, запредельно сероватой сепии квартиры и, заулыбавшись тому, как крупнозернистая цифровая угловатость одомашнивает мерзкую цветную неприятно мягкую мебель, стала настраивать уровень пола, пытаясь уложить на него повисшую на уровне ее ладоней сеточку. Пол все не спускался, она похлопала по сеточке, как по воде. Ничего не брызнуло, но пол ниже не шел, упирался.

Мало места из-за коробок, которые стоят на полу, поняла она. Она не выбрасывала коробки, как будто коробками было что-то другое или за коробками было что-то еще. Но вдруг что-нибудь из тех декабрьских покупок окажется неисправным, например кофе-машина, и обратно без коробки не примут, нельзя выбрасывать.

Не снимая шлема, она кое-как перенесла коробки на кровать. Спать можно и на полу, зачем-то подумала она. Хотя теперь пол – зона для игры, сообщил ей шлем, опустив решетку куда надо и потребовав освободить квадрат со стороной в шесть футов для выстраивания защитной сетки. Это, наверное, мой рост, подумала она и быстро легла на пол. На полу было очень деревянно и удобно лежать. Она поняла, что и правда будет спать на полу. Но надо было подняться, сообщил шлем, и лечь еще три раза, чтобы был квадрат. Жалко, что никто не видит, как я четыре раза лежу на полу, подумала она, если бы кто-то видел, смеялся бы. Пост был бы смешной в твиттере. Или в тиктоке. Как бы вернуться в 14 лет – но не своих, чужих – и завести тикток.

Тут зазвонил телефон, и ей пришлось нашаривать его за игровой зоной, погружая руки в укоризненно расширяющиеся красные дыры в защитной сетке.

– Ты где? – спросила подруга.

Она сказала где.

– Ты что, не приедешь? – спросила подруга.

Она подумала и сказала, что нет, не приедет.

– Давай тогда я приеду, – быстро сказала подруга.

– Зачем я тебе? – спросила она.

– Ты точно в порядке? – спросила подруга. – Я приеду, дождись меня.

– Я в порядке, – сказала она.

Потом она немного полежала на полу, потом выбирала игру: спорт, скалолазание, упражнения, аэробика, прыжки. Ей нужно больше двигаться, нужно выбрать что-то спортивное, чтобы размахивать руками или хотя бы подпрыгивать на месте.

Скачала оздоровительную гимнастику, какой-то фитнес среди водопадов – вокруг тут же раскинулись дымные, бьющие в дно земли парные выси. Под ногами стелился мелкий пляжный песочек, за спиной восставало что-то вроде тропического леса. Мосластая крепкая девица невысокого роста (пять футов), зависнув над рекой, делала энергичные взмахи ногами под бодрую музыку, приглашая к сотрудничеству и отзеркаленной выработке эндорфинов. Но это было не совсем то, почти сразу поняла она. Пришлось немного покопаться в настройках, наверняка там можно добавить еще один уровень сложности, где стреляют. Во всяком случае, когда она читала описание игры с американскими горками, там можно было докупить уровень, где стреляют. Тут, наверное, тоже было бы неплохо стрелять, чтобы расслабиться. Хотя кого тут можно стрелять? Девицу-инструктора с круглыми ненавистными коленками – за то, что посмела попрать гравитацию? Ну, может, какие-то кубики вылетят. Придется охотиться на кубики.

Наконец-то у