Читать книгу - "Тайны «Полярной звезды» - Анна Александровна Хотеева"

и посмотрела на мальчика в упор. – Марин спит, я дала ей таблетки.

Марк недовольно сжал зубы. Это не укрылось от мадам Сюзар.

– Вы что-то хотите сказать, молодой человек?

Он скрестил руки на груди и посмотрел на неё исподлобья. Андрей Николаевич отложил книгу и торопливо встал.

– Садись, садись, – он обнял мальчика за плечи и потащил к столу. – Гунна вот-вот подаст ужин. Её рагу из крольчатины незабываемо.

Марк вспомнил, как нож в невидимых руках резал морковь, а лопатка парила в воздухе. Да, такое он вряд ли когда-нибудь сможет забыть.

Стол, хоть и гораздо меньшего размера, чем в белом зале, был накрыт так же изысканно, как и в первый вечер в отеле. Граф усадил Марка напротив Мадам.

– Ну, и как тебе наш райончик? – Андрей Николаевич устроился рядом с мальчиком. Вид у него был весьма бодрый для человека, который ещё утром чуть не упал в обморок.

– У меня есть вопросы, – Марк с вызовом посмотрел на Мадам.

– Если ты опасаешься заунывников, то не стоит, – торопливо заговорил Андрей Николаевич. – Они только нашего Николая не жалуют. Даже мадам Дуня не может ничего с ними сделать. Не любят они Муравьёвых – и всё тут. Вот бедняге и достаётся.

– Не только от заунывников, – признался Ник. – Скрыпуны то и дело играют мне траурные марши, а прошлой зимой ветроплясы постоянно открывали окна.

– Да, бедняга заработал ангину. Но раз ты не Муравьёв, тебе не о чем беспокоиться.

Мадам прищурилась и сказала с насмешкой:

– По-моему, Андрэ, молодого человека не слишком занимают скрыпуны и ветроплясы.

– Нет? – разочарованно спросил Граф. – А что же тогда?

– Он хочет знать, почему мы все здесь, – пояснила Мадам, не дожидаясь, что скажет Марк.

Мальчик разозлился. И тут она командует.

– Дом ведь мой, так? Мой и мамин…

– Да, но мадам Дуня…

– Не стоит, Андрэ! – прервала Графа Мадам. – Пусть говорит. Мне не терпится понять, с кем мы имеем дело. Будь ваша воля, – обратилась она к Марку, – вы бы немедленно выставили нас отсюда, ведь так?

– Да! – выпалил он.

– Может, и с острова нас выселите? – Мадам коварно улыбнулась.

– Может, и так!

Француженка фыркнула. Граф сокрушённо вздохнул. Ник нервно поправил цепочку на шее.

– Что-то ещё? – насмешливо поинтересовалась Мадам.

– Я думаю, что пожар случился не просто так!

– Что? – Мадам Сюзар рассмеялась как-то уж слишком театрально. – И в этом обвиняете нас вы?

Граф крутил головой, словно филин, переводя взгляд с неё на мальчика, и выглядел совершенно несчастным.

– Игнат со мной согласен, – парировал Марк. – Он говорит, что…

– Я бы не слушала то, что говорит Игнат Волков, – отрезала Мадам.

– Это ещё почему? – Марк встал и упёрся руками в стол. – Он мне всё показал. И рассказал. Про Теменьбург, Дровяную, теневиков…

– И вы разобрались со всем этим за один день? – Мадам иронично приподняла бровь. – Я поражена!

– По крайней мере, он сделал то, чего не сделал мой отец!

– Ну хватит! – Мадам встала из‑за стола, схватила с коленей белую салфетку и задушила её в руках. – Мне надоело слушать глупого эгоистичного ребёнка.

– Я не ребёнок!

– Вот как? Вы расхаживаете здесь, сообщая всем и каждому, что вы новый хозяин «Полярной звезды». Но даже не удосужились узнать, что это за дом! Зато первое, что вы сделали, – обмотали аргуса носками и обозвали Графа психом! Извинитесь сейчас же!

Андрей Николаевич махнул рукой, будто говоря, «что было, то было».

– Откуда вы знаете про аргуса? – насторожился Марк. Историю с носками он рассказал только Лили.

Мадам проигнорировала вопрос.

– Я надеялась увидеть здесь рассудительного мальчика, такого, каким был Аркадий, но…

– Может, его гремучки покусали? – вставил Граф примирительно.

– Что? И этого тоже?

– Это не смешно! – воскликнул Марк, на секунду мысленно вернувшись в сеть небесных пауков и вспомнив руку с перстнем, тянущую вторую руку к маленьким чёрным кусачкам. – Отец – жестокий человек!

– Не говори так об Аркадии! – возмутилась Мадам.

Ник попытался что-то сказать, но его робкий голос затерялся между молниями, которые метали друг в друга Марк и Мадам.

– Он мучил Игната! Бросил нас с мамой! И… и… грифоны! Он подрезал крылья грифонам!

– Ну, кто-то ведь должен это делать, – заметил Граф.

– Достаточно! – Мадам бросила смятую салфетку на стол. – Не думала, что у Аркадия сын будет таким бессердечным чурбаном! Мне это надоело. Предпочитаю остаток вечера провести в тишине.

Француженка удалилась, гордо подняв подбородок и злобно цокая каблуками.

– На моей памяти, это первый раз, когда мадам Дуня пропускает ужин, – горестно сообщил Граф.

На следующее утро Марк догнал Лили по дороге в школу. Некоторое время он просто шёл рядом. Девочка молчала. Её ангельское личико не выражало ничего.

– Извини, – бросил он, когда они миновали кафе Тихонова. – Вчера я что-то не то сказал. Ну, то есть я понимаю, что тебе просто было интересно, поэтому ты и…

На самом деле он понял это далеко не сразу. Потребовалось две чашки горячего шоколада, приготовленного Гунной, чтобы совершить это простое открытие. Невидимая служанка не только оказалась отличным кулинаром, но и умела выслушать и дать хороший совет.

– Ладно, – вздохнула Лили. – Проехали.

Разговор не клеился, и Марк подумал, что они так и будут молчать до самой школы. Однако проходя мимо поворота на Дровяную, Лили вдруг остановилась.

– Смотри!

Ближайшее к Прядильной здание сложилось, словно карточный домик. От чёрных руин всё ещё поднимался сероватый дым. Уцелело лишь несколько стен. Перекрытия обвалились, и теперь невозможно было понять, как помещения выглядели раньше.

– Это что, тефралиты? – Марк вспомнил объяснения дяди насчёт Дровяной и не решился подходить ближе.

Разглядывая всё, что осталось от дома, они не заметили, как к ним подошёл Артём Зубов, который жил в двух минутах ходьбы.

– Чего уставились? – сказал он. – Пожар начался вечером. Отец собрал егерей.

– Просто чудо, что Дровяная не сгорела, – прошептала Лили.

– А по мне, пусть бы и сгорела! – Артём пнул валявшийся под ногой булыжник и повернулся к Лили. – Что, ведьма, опять побежишь всех жалеть? «Бедненькие тефралиты…»

Он закатил глаза и потряс головой, как припадочный. Очевидно, так в его представлении выглядела Томская. Марк заметил, что его левая бровь рассечена.

Лили молча отвернулась и поспешила к мосту Спящего атланта, но Артём ухватил её за рюкзак.

– Отстань от неё, – Марк вцепился Зубову в куртку.

– А ты откуда взялся такой борзый? – процедил Артём. – Игнат сказал, что ты свой. Но свои с ведьмами не водятся.

Внезапно за спинами сцепившихся мальчишек раздался сигнал полицейского автомобиля. Они обернулись. Неподалёку остановилась патрульная машина. Водитель высунулся из окна. Это был майор Томский.

– Лили, садись в машину, – скомандовал он.

Артём ослабил хватку, и Марк вырвался. Девочка схватила друга за запястье.

– Пошли. Папа нас подвезёт.

Зубов отступил, как отступают в тень заунывники, и проводил угрюмым взглядом отъехавшую машину.

– Ну, папа, – сказала Лили, пристегнув ремень, – я ведь просила меня не провожать!

– Это вместо спасибо? – майор поднял бровь и вопросительно взглянул в зеркало. Дочь сидела сзади, точно нахохлившийся воробей.

– Спасибо, – вздохнула она.

– Кто это был? Одноклассник? Как его фамилия?

– Я не буду отвечать без адвоката.

– Послушай, если это как в прошлой школе, я должен знать!

Лили замотала головой.

– Это не как в прошлой школе. И Марк не даст меня в обиду, да?

Она повернулась к мальчику.

– Ну… – Марк посмотрел в её умоляющие голубые глаза. – Да.

– Останови на повороте. У школы тебе будет неудобно разворачиваться.

– Ага, как же, – проворчал Томский, но всё-таки сделал так, как она просит.

Марк первым выскочил из машины. Единственным желанием было поскорее сбежать. Но он понял, что со стороны это будет выглядеть ужасно глупо, поэтому решил дождаться Лили. Она попрощалась с отцом и направилась в школу.

– Ничего не говори, – сказала она, проходя мимо Марка.

Учитель математики задерживался. В ожидании урока восьмиклассники толпились у кабинета. Толкались, шумели, что-то бурно обсуждали. Томская и Волков оказались за бортом социальной жизни класса, но это их вполне устроило.

Вскоре появился Артём и вразвалку направился в их сторону. Марк стиснул зубы, мысленно прикидывая, последует ли продолжение начатой на Прядильной «беседы». Но сын егеря лишь презрительно ухмыльнулся и прошёл мимо.

– Думаю, он больше к нам не полезет, – сказала Лили, заметив заходившие на скулах друга желваки. – По крайней мере пока. Видел его бровь? Ему наверняка досталось от отца.

– Из‑за гре…

– Тише! – перебила Томская и понизила голос. – Мы не должны говорить про… про дела острова. В нашем классе есть дети егерей, но большинство не в курсе.

– Чего? – Марк наклонился, чтобы лучше расслышать её слова. – Кругом так орут, что я тебя почти не слышу.

В коридоре действительно было шумно. До звонка оставалось несколько минут. И школьники проводили последние мгновения перед