Читать книгу - "Тайны «Полярной звезды» - Анна Александровна Хотеева"

дома. Ты же слышал Тихонова? Мадам вчера ела тут рыбные котлеты.

Лоб Марка перерезала сердитая морщина. От Лили не укрылся его недовольный вид.

– То, что она тебе не нравится, ещё не повод её обвинять. Давай лучше подумаем, кто ещё мог устроить пожар? Кстати, почему ты решил, что в «Полярной звезде» был поджог?

– Мой дядя тоже так думает. Он, конечно, прямо не сказал, но точно заподозрил неладное. Говорит, блудички не допустили бы короткого замыкания.

– Звучит логично. Но ведь в доме в это время были только вы с мамой, Ник, Граф и Мадам. А на второй этаж вряд ли кто-то мог пролезть с улицы…

– Вообще, с нами был знакомый из Смоленска. Он уже уехал. Но не думаю, что это был он. И ещё…

Марк задумался, стоит ли говорить дальше. Не в его правилах было рассказывать о своих мыслях, но Лили – та самая Лили, которая даже отцу не говорит о своих проблемах в школе – почему-то внушала доверие.

– Мне кажется, на втором этаже живёт кто-то ещё. В соседней комнате. Я слышу иногда какие-то звуки.

– Звучит немного пугающе.

– Думаю, это как-то связано с отцом. Ведь он до сих пор не объявился, хотя я уверен, что дом раньше принадлежал ему. Ну а кому ещё? Может, ты его видела?

Лили покачала головой.

– Мы переехали всего пару месяцев назад, я ещё не всех знаю. Но в «Полярной» с момента нашего приезда жили только Ник, Граф и Мадам. А почему ты думаешь, что это дом твоего отца?

Марк рассказал ей о письме с подписью «А. С.».

– Ну, не знаю… – протянула Лили. – Ты думаешь, что А. С. – это Аркадий Семёнович. Так? То есть имя и отчество. Вряд ли родной отец подписался бы так официально.

– Вот именно! – разозлился Марк её непонятливости. – Это типа как: вот вам, нищебродам, дом, и отвалите. Он даёт понять, что не хочет иметь с нами дела.

– А может, наоборот? Он хочет помириться и…

– Много ты понимаешь.

Марк с досадой размял оставшийся чизкейк ложкой. Аппетит пропал. Лили нервно покусывала губу.

– Кстати, хотела спросить. Почему ты вчера решил искать лохмалеона у нас?

– Это из‑за Зубова. – Марк был рад смене темы. – И его дружков. Просто я подумал… Граф сказал, что эмпат лечит разбитое сердце. И ты была обижена на меня… В общем, я решил, что…

Марк запнулся, не зная, как лучше выразить свою мысль, и поспешно отправил кусок чизкейка в рот.

– Это ты сейчас типа извинился? – уточнила Лили, дождавшись, когда он проглотит торт.

– Ну… да.

Она улыбнулась.

– Ладно. А что ты там говорил про Графа?

Марк с облегчением выдохнул и сделал глоток чая.

– Он вроде как болен. Что-то с сердцем. В общем, он верит, что ему поможет шерсть лохмалеона.

– И ты решил помочь?

– Ну… Сначала я ему нагрубил. А потом уже решил помочь.

Лили задумалась.

– Ладно, – наконец сказала она. – Нам пора.

Попрощавшись с Тихоновым и поблагодарив за чай, они направились к «Полярной звезде». Лили молчала всю дорогу, а Марк не мог придумать ни одной темы для разговора.

– Можешь подождать меня здесь? – попросила Томская, когда они оказались у Прядильной, 10. – Я быстро.

Марк пожал плечами. Лили убежала в дом.

Не зная, чем себя занять, мальчик прошёл от одного конца «Полярной звезды» до другого и вернулся. Лев на двери фыркнул. Громоздкий козырёк надёжно защищал вратня от солнечного света.

– Чего? – Марк покосился на звероручку. – Надеюсь, ты не станешь меня позорить и откроешь дверь?

Лев прищурился и лизнул нос, давая понять, что серьёзно относится к своим обязанностям. Марк порылся в карманах, надеясь найти что-то, чем можно пощекотать вратня. Но ничего не нашёл.

Из дома напротив вышла Лили с объёмной коробкой в руках, по бокам которой были прорезаны многочисленные отверстия.

– Только обещай, что не причинишь ему вреда, – предупредила Томская.

– Кому? – спросил Марк, уже догадываясь, что услышит в ответ.

– Жоре.

– Жоре?!

– Ну да, я дала ему имя. Кстати, остатки печенья Гунны он слопал с большим энтузиазмом.

Лили вручила Марку коробку.

– Но как ты его поймала?

– Так же, как гремучку. Только вместо пенала использовала коробку. У нас их много после переезда. А приманила на печенье. И, кстати, за тобой должок. Мы разбираем квартиру. Можешь в субботу прийти и помочь оттащить всякий хлам на чердак?

– Не вопрос.

Марк повернулся к дому, но увидел вратня и замялся. Голова льва смотрела на него то ли с любопытством, то ли с издёвкой.

– Эээ… А ты не могла бы постучать в дверь, чтобы Гунна мне открыла? А то руки заняты.

Глава 16

Зеркало ведьмы

Марк исполнил обещание. В субботу утром он набрал код на двери Прядильной, 10, поднялся на второй этаж и постучал. Лили открыла почти мгновенно. На девочке были рваные чёрные джинсы и толстовка с металлическими заклёпками.

– О, ты вовремя! – сказала она вместо приветствия и тут же вручила Марку объёмную коробку. – Поможешь отнести на чердак.

Это была такая же коробка, как та, в которую Лили заманила Жору, но на этот раз без дырок. Внутри что-то перекатывалось и гремело.

– Вещи бабы Аграфены, – пояснила Томская, подхватывая вторую коробку. – Всё времени не хватало их разобрать.

– И что тут? – Марк осторожно направился вверх по лестнице. – Какие-нибудь ведьмовские штуки? Хрустальный шар или что-то вроде этого?

Лили засмеялась.

– Миксер.

– Миксер?

– Ну да, баба Аграфена хоть и прожила больше ста лет, но была вполне современной ведьмой. У неё и миксер, и пароварка, и электробигуди. Но мы привезли свою посуду и кое-какую технику. Так что миксер оказался лишним.

Они поднялись на чердак по маленькой металлической лестнице, оставили там коробки и спустились за новыми.

– Мы переехали в Питер в конце лета, – пояснила Лили, снова нагружая Марка. – А сейчас начали ремонт. Так что после работы носильщиками нас ждёт ещё одно увлекательное дельце.

Потребовалось семь походов со второго этажа на чердак, чтобы перетащить все вещи. Доставив последние коробки, Марк и Лили без сил рухнули на пол чердака.

– Знаешь, – сказал Марк, немного отдышавшись. – Если твоя прабабка умела накладывать проклятия, то это, наверное, одно из них.

– Не, – Лили встала и отряхнула джинсы, – никаких проклятий. Я же говорю, она была гадалкой.

Томская обошла коробки и позвала Марка. За грудой вещей, у небольшого слухового окна, лежал набитый мешок, служивший креслом. На нём сидел плюшевый заяц. Рядом, на деревянном ящике, лежала книга с плетёным ремешком вместо закладки. Чуть поодаль, на балке, валялся пауэрбанк со вставленным проводом.

Марк осмотрелся. Похоже, Лили привела его в своё тайное убежище.

– В Смоленске мы тоже жили в старом доме, – заметил он, – и я тоже любил торчать на чердаке.

– Ну, если замучает ностальгия, приходи. Мой чердак в твоём полном распоряжении.

Девочка достала жестяную коробку из-под печенья и уселась на пол, скрестив ноги по-турецки.

– Вот, смотри, – она открыла жестянку, – Тут бабушкины гадальные карты, игральные кости, старинные монеты, перья грифонов, свечи… Была ещё турка для кофе, но я оставила её в квартире.

– Ого! – Марк заметил знакомую карманную подзорную трубу. – А это у неё откуда?

– Калейдоскоп?

– Это необычный калейдоскоп. У моего дяди такой же. Через него можно увидеть следы теневиков.

Он заглянул в подзорную трубу и осмотрел чердак. Там, где лучи солнца заглядывали под крышу, ничего необычного не было. Но в тёмных уголках отчётливо виднелись многочисленные следы.

– Ух ты!.. Да тут, похоже, не только лохмалеон побывал.

– Дай посмотреть!

– Осторожно, холодный, – предупредил Марк, протягивая калейдоскоп.

Лили заглянула в подзорную трубу.

– Конечно, холодный! Как и всё, к чему приложили руку ведьмы.

Марк невольно коснулся следа на шее, оставленного ледяной печатью. Метка уже не болела, но под пальцами до сих пор ощущался холодок.

– Баба Аграфена говорила, что такие вещи даже в огне не горят, – она медленно осматривала чердак. – Ага, вот это следы Жоры. Он ходил кругами, принюхиваясь к печенью. А те маленькие, наверное, оставили ветроплясы.

– А они как выглядят?

– Вроде мелких пронырливых дракончиков. И они не терпят закрытых окон. А ещё баба Аграфена рассказывала, что они любят подслушивать.

Лили оторвалась от калейдоскопа и протянула его Марку.

– Хочешь, возьми себе. Зубов обзавидуется.

– Правда?

– Ага. Они из нового поколения егерей, так что всяких старинных штук у них нет.

Вскоре ребята вернулись в квартиру Томских. Людмила встретила их недовольным мяуканьем. С кухни раздалось жужжание, и кошка моментально ретировалась в одну из комнат.

– Похоже, папа проснулся.

Они заглянули на кухню. Майор Томский стоял у плиты в цветастом фартуке, прикрывавшем домашнюю футболку и вытянутые спортивные штаны.

– У нас гости? – он вылил на сковороду половник теста, после чего протянул руку Марку. – Михаил