Читать книгу - "Гармония клинка и струн - Алёна Алексеевна Казаченко"

соглашаясь с доводами юноши. Он казался таким же рассудительным, как племянник, но более общительным и жизнерадостным.

– Что известно о твоем отце?

Джи пожал плечами:

– Знаю только, что у него такие же волосы и глаза, как у меня, и что он хорошо разбирается в оружии и кузнечном деле. Мама рассказывала, что он похож на иностранца, но он не упоминал, откуда приехал. – Джингшен догадывался, что Кси, скорее всего, знала, из какого государства прибыл Хо Ян, но не говорила, чтобы у сына не было соблазна туда уехать.

– Это усложняет поиски, – задумчиво протянул Цзимин.

Пока Чанчунь убирала со стола, Энлэй снова завел разговор о Хэ:

– Дядюшка, а как вы познакомились с благородным генералом? Наверняка это была невероятная встреча!

– И какая неожиданная! Когда я был маленьким, родители оставляли присматривать за мной моего старшего брата. Но тот был в самом расцвете юности: кому захочется в таком возрасте сидеть с неугомонным ребенком? Поэтому он просил меня посидеть несколько часов одному, а сам уходил к друзьям. Мне же быстро надоедало сидеть в одиночестве, и я убегал порезвиться в лесу.

Я успевал возвратиться до его прихода, но однажды, когда мне было десять лет, забрел в чащу и заблудился. Несмотря на пылающие ярко-красным клены, стояла зима, и я начал мерзнуть. Поплотнее запахнув меховой воротник, я растерянно оглядывался вокруг и внезапно почувствовал густой, тяжелый и приторно-сладкий запах камелии. Идя на этот аромат, я нашел кусты с алыми цветами, коснулся веток – и у меня закружилась голова. А когда очнулся от дурмана, обнаружил, что стою перед храмом с крышей цвета киновари. За ним блестел замерзший водоем, и я догадался, что это река Байхэ. Потоптавшись на пороге, я вошел в храм и увидел алтарь. На столе стояла курильница, от которой тянулся дымок, а на стене висела картина с изображением воинов в темных доспехах. Так я понял, что святилище построено в честь армии Сэн Лина, храбро сражавшейся во время войны за Центральные земли.

Я с детства мечтал стать императорским стражем, поэтому проникся большим уважением и сочувствием к погибшим солдатам. Я вышел наружу, нарвал букет алых цветов и, вернувшись, возложил их у алтаря. Помолившись о душах погибших, я уже собрался уйти, но когда обернулся, увидел в дверях хмурого молодого мужчину со странной меткой на лбу. Он спросил меня, как я сюда попал, и я рассказал ему о запахе камелии. Оказалось, храм спрятан от людских глаз и найти его можно, только прикоснувшись к определенному кусту.

Незнакомца удивило, что ребенок смог сам отыскать дорогу в надежно укрытое древнее святилище. Увидев, что я продрог до костей, он предложил мне чаю, и за беседой я спросил у него: «Вы бессмертный Хэ?» Мужчина поинтересовался, почему я так решил, но, заметив мой пристальный взгляд на ожог у него на лбу, Хэ понял, что уже не отвертеться, и с неохотой рассказал свою историю.

После войны он долго бродил по уцелевшим от пожара деревням, но не мог найти себе места. Хэ был буквально убит горем, и любое общение с людьми причиняло ему невероятную боль – в их лицах он видел погибших товарищей и родных, а любая привязанность вызывала у него навязчивый страх вновь остаться покинутым. Поэтому генерал построил храм и наложил заклятие, скрывающее его от чужих глаз. Хэ сотни лет скорбел в одиночестве, охотился на зверей и истреблял нечисть. Он покидал свой лес раз в десятилетие, чтобы купить бумаги и другие необходимые вещи, но даже тогда скрывал свое лицо, притворяясь бродягой. Он не хотел, чтобы любопытные прохожие тыкали в него пальцами и кричали: «Смотрите, бессмертный идет!» За все это время он почти ни с кем не разговаривал, а заклятие изоляции стало потихоньку слабеть, и я оказался первым человеком, который нашел дорогу к его жилищу.

Я разговаривал с ним до самого вечера, и только когда за окном потемнело и повалил снег, вспомнил, что давно должен быть дома. Хэ проводил меня до окраины леса и молча ушел, уверенный, что мы больше не встретимся. Но я был маленьким упрямцем и через несколько дней снова сбежал из дома в лес Вечных кленов. Видели бы вы удивленное лицо учителя, когда я постучал в двери храма и, лучезарно улыбаясь, двумя руками протянул ему свой игрушечный деревянный меч! Он строго взглянул на меня, и я объяснил, что хочу служить в армии Шанлу и стать таким же талантливым воином, как он. Поначалу Хэ отказывал мне, но через пару недель моих настойчивых просьб, видимо привыкнув ко мне, согласился.

Цзимин выдохнул и улыбнулся. В глазах его отражалось теплое чувство ностальгии по тем временам, когда он был еще совсем юн и неопытен. Сделав глоток горячего чая, он продолжил:

– Каждые выходные в течение четырех лет я убегал в лес, чтобы выучить новый фехтовальный прием и потренироваться в меткости. Сначала Хэ держался со мной очень сдержанно и холодно, но с годами все больше оттаивал и открывался, пока мы не стали хорошими друзьями. Сам поражаюсь, как могли сойтись энергичный и веселый десятилетний ребенок и замкнутый, строгий семисотлетний бессмертный.

Все сидящие за столом внимательно слушали историю Цзимина и тоже удивились, как такое могло случиться. Даже Чанчунь, похоже, узнала о знакомстве своего мужа с благородным генералом только сейчас.

– В этом нет ничего странного, – неожиданно сказал Джингшен. – Моя наставница старше меня почти на четыреста лет, но мы отлично ладим. Неважно, какая у людей разница в возрасте и кем они приходятся: родственниками, возлюбленными, друзьями или учителем и учеником. Если двум душам комфортно друг с другом, если каждый понимает мечты и желания другого и если их отношения проникнуты взаимным уважением, никакие преграды им не помешают.

Энлэй задумчиво посмотрел на него, и Джингшен, почувствовав на себе его взгляд, повернулся к нему. Их глаза – цвета темного золота и светлого серебра – встретились, и оба юноши не смогли сдержать улыбки.

– Теперь я понял, почему ты смог найти общий язык даже с призраком! – тихо побормотал Энлэй.

– Согласен с тобой, юноша! Я тоже считаю, что неправильно сравнивать возраст души и возраст тела, – закивал Цзимин. – Я очень благодарен Хэ за все знания, которыми он со мной поделился. Он научил меня не только держать меч и наносить удары, стрелять из лука и рисовать амулеты – Хэ развил во мне внимательность, сосредоточенность, терпение, храбрость и бодрость духа. Все эти качества помогли мне легко пройти обучение в столичном военном колледже,