Читать книгу - "Капля крови на бусине дзи - Элла Чак"

по истрепавшимся уголкам и срезам, филиппинка частенько молила своего бога о защите.

Кроме карточки в комнате в глаза мне бросились и другие обереги. Каждый прикроватный ящик поверх тумбочек был наскоро измазан красной краской с символом бесконечного буддийского узла из двенадцати звеньев.

Такой узел был известен человечеству в третьем тысячелетии до нашей эры, в нем нет ни начала, ни конца. Я видела такой в форме вышивки на фартуке сбежавшей филиппинки, и сама в детстве плела подобные из сухих травинок, завязывая на запястьях брата и Лян Фана, благословляя их перед сложной контрольной или итоговым школьным тестом.

– Они явно все чего-то боялись до жути, – покосилась я на обрубок культи.

Судя по тому, что только две кровати были измяты, можно предположить – остальные сотрудники давно покинули странную обитель.

Мы с Лян Фаном вернемся позже с официальным обыском и осмотрим дом во всех деталях. Главное – узнать про руку, раз уж мне ее… подарили.

Со стороны лестницы послышался голос дворецкого, и будто я не из полиции, а воришка с культей, инстинктивно пригнулась за спинками кроватей.

– Где эта девчонка?! – ворчал дворецкий, вероятно, заглянув в спальню горничных.

Дверь хлопнула, снова поворот ключа.

– Вот ведь! – поднялась я из засады, параллельно оценивая, не так ли будет высоко, если я спрыгну через окно.

Внизу как раз возвышался удобный ящик для приземления. Возьмусь руками за подоконник, повисну на пальцах, разожму руки и через мгновение спрыгну с ящика.

– Вперед!

Обрадовавшись элементарному решению, я уже сидела на подоконнике, когда из-за стены дома показались Лян Фан и госпожа Хэй. Боковым зрением Лян Фан тут же меня заметил, сколько я ни прижималась к стене щекой (нет бы меня сейчас засосало внутрь, когда это было так необходимо!)

Капитан засуетился, принялся задавать госпоже Хэй какие-то вопросы и жестами указывать в противоположную от меня сторону. Он хвалил ухоженный сад и восхищался собранием микроскопических елей бонсай. Хозяйку сопровождали все тот же надменный дворецкий и горничная, которую он все-таки сумел отыскать.

Видимо, самые смелые из всех. Не увольняются до последнего. Рассчитывают поделить на двоих годовой бонус?

С позволения госпожи Хэй дворецкий принялся перечислять сорта деревьев, пока горничная проверяла уровень насыщения почвы влагой.

– Искусство пэньцзин[38] почитается родом Хэй вот уже две тысячи лет, – произнес с ноткой гордости дворецкий, будто и сам имел к роду непосредственное отношение. – Великие предки рода выращивали хвойные деревья, каких не видывали в Поднебесной.

– Вот как? А были у вас сорта, которые растут… со скоростью бамбука?

– К сожалению, подобных вывести не удалось, – ответил дворецкий. – Самый быстрый рост дерева – два метра в год.

– Теоретически, два метра… в секунду? Возможно?

Горничная с дворецким ответили в унисон:

– Да, но…

– Довольно! Вы утомили нашего гостя, – перебила их госпожа, – а вы, капитан Лян Фан, доверьтесь опыту мудрой взрослой женщины и запомните: увлечение сомнительными «теориями» до добра не доводит. Решив поверить, правдивы ли они… вспомните о судьбе моей Лю.

Я слышала каждое слово, пока висела на пальцах на краю карниза.

«Коза!» – чуть не выкрикнула я, когда меня осенило козьими совпадениями: шерсть козы на ленточке, которая была у Юншэна в день смерти, мальчишка с козой в поле, который первым нашел труп, иероглиф на древнекитайском в комнате Хэй Лю, означающий слово «коза». – При чем тут… все эти козы?!»

Пальцы заскользили.

Решив, что пора спрыгивать, я разжала хватку. Ноги приземлились на крышку ящика, но всего на мгновение, пока та не треснула и я не ушла с головой во тьму.

От неожиданности (ящик торчал над землей только на один чжан, а на самом деле был зарыт на четыре чжана вглубь) я упала на колени и ладони, успев сгруппироваться, но культя выскочила из-под ремня. Пальцы нащупали телефон. Свет фонарика забегал по каменной кладке, отбрасывая странные шевелящиеся тени, от которых слышалось шипение, бой крыльев, стрекот и шаркающее гортанное многоголосье.

– Кто здесь?! Ни с места! Я из полиции!

Свет фонарика выхватил валявшуюся на полу вверх пальцами руку, а на стенах, выкрашенных в черный цвет, теперь уже белой краской были начертаны такие же иероглифы, как в помещении второго этажа.

Иероглиф «коза» выглядел зеркально.

– Что за ящик Пандоры ты распахнула, Хэй Лю? – таращилась я на луч будто из проруби у себя над головой, сквозь которую рухнула.

– Чжоу Шэнь, ты цела?! – звал меня Лян Фан.

Еще бы, покинуть дом бесшумно и незаметно у меня явно не получилось.

– Да! Цела!

– Есть выход? Сможешь выбраться?

– Нет, тут огромное пустое пространство размером с площадь дома.

Черные стены с белыми иероглифами вздрогнули, как вздрогнули и мои поджилки.

– Лян Фан… тут что-то странное…

– Кто там? Люди?

– Нет! Это не люди! – издевательски ответила я. Не признаваться же, что все иероглифы, на которые я смотрела, превратились в тени сколопендр, пауков, змей, жаб и ящериц?!

Теперь было ясно, кто издавал шипение и бил крыльями.

– Трупы? – уточнил он.

– Скоро один будет точно! Лян Фан! Веревку! Быстрее!!!

Я прислонила пистолет к предплечью, разместив телефон с фонариком внизу, и резко водила лучом света из стороны в сторону.

– Лян Фан! Вытащи меня! Их все больше!

Огромные тени наползали. Клешни сколопендр дважды сомкнулись возле моей шеи, а жало скорпиона ударило в точку, где я только что стояла. Отпрыгивая, я перешла на бег, оказываясь все дальше от спасительного луча подпольной проруби.

«Сюда», – подсказал мне голос, и я обернулась.

Резко развернувшись, я побежала обратно к выходу.

«Сюда!» – повторил молодой женский голос, и я резко взяла в сторону, увернувшись от пронесшегося мимо языка ядовитой жабы.

– Хэй Лю! – кричала я, задыхаясь. – Это ты?!

Но ответ был таким же бестолковым, как и тот, что я уже слышала в белой комнате:

«Зонтики… Зонтики из бумаги… отправь их ему…»

– Какие зонтики?! Скажи мне имя убийцы!

«Держись!»

– За что?! – не понимала я, ведь ни веревки, ни Лян Фана до сих пор не было

Из всех предметов, за которые я могла схватиться, здесь была только отрубленная рука, возникшая перед моим лицом. Ничего не оставалось, и я крепко схватила руку, и ледяные пальцы сжали мою кисть в два раза сильнее. В конце концов, если я была готова принять демоническую истину происходящего, то и отрубленную руку приму – единственную, что была готова вытащить меня.

Рывок.

Ослепительная вспышка света, и я распахнула глаза, распластавшись по газону.

– Можешь отпустить, – велел мне голос, и я была уверена, что со мной разговаривает ледяная отрубленная кисть – корявые длинные пальцы, грубая бугристая кожа, как наждак.

Разжав рукопожатие, я резко села и на всякий случай, помогая себе руками, отползла подальше от обрубка, стараясь отдышаться. Я увидела Лян Фана. Солнце било ему в спину, и одежда была на нем совсем другой. Не полицейская форма, а огромный черный костюм с сапогами и воротником в форме корня.

– Лян Фан? – пробовала я сфокусировать зрение, жмурясь на солнце.

Человек, который говорил сейчас