Читать книгу - ""Фантастика 2026-34". Компиляция. Книги 1-22 - Сергей Чернов"

На бойцах висели лохмотья из грубой мешковины и промасленной кожи, натянутые прямо поверх ржавых армейских бронежилетов и титановых пластин. Лица большинства скрывали куски брезента с прорезями для глаз, а у тех, кто шел с открытой головой, кожа была покрыта ритуальными рубцами, ожогами и темно-синей тушью языческих знаков. На шеях болтались связки высушенных пальцев и ушей, а в руках сектанты сжимали охотничьи ружья, укороченные карабины и тяжелые самодельные топоры из рессорной стали.

Один из дозорных на мостках — тощий урод в длинном балахоне с капюшоном — внезапно замер, втягивая ноздрями холодный воздух, идущий от оврага. Запах паленого сала псевдогиганта и оружейного дыма выдал наемников вернее любого шума.

Сектант вскинул руки к серому небу и издал дикий, захлебывающийся вой — протяжный, звериный, переходящий в безумный фальцет.

— Нечистые-е-е! — взвизгнул фанатик, и его голос эхом покатился по железным фермам копра. — Плоть грешная к порогу пришла! Зона требует крови! Напоите камень! Напоите железо!

Из черного жерла штольни, из караулок и завалов пустой породы навстречу наемникам с лаем и воем высыпала толпа. Их было не меньше двух десятков. Они не прятались за укрытиями, не выстраивали боевой порядок — греховцы неслись вперед по шпалам в слепом религиозном раже, размахивая оружием и паля в белый свет как в копеечку.

В воздух ударил сплошной, оглушительный треск дробовых залпов. Свинцовая картечь и рубленые гвозди забарабанили по ржавому борту вагонетки с яростью града, сдирая хлопья окалины и взбивая фонтанчики гравия вокруг наемников.

— Началось, мать их за ногу! — рявкнул ван Дейк, с лязгом опуская сошки пулемета на край колесной оси. — Пьер, разреши открыть лавочку!

— Работай, Питер! — скомандовал Шрам, снимая BT APC45 с предохранителя. — Не подпускать ближе тридцати шагов! В штольню входим на их плечах!

Тяжелый пулемет голландца заговорил первым.

Это был не просто огонь — это был сокрушительный свинцовый молот, перемалывающий все на своем пути. Ван Дейк длинной, непрерывной очередью в пятьдесят патронов полоснул по наступающей толпе. Тяжелые пули калибра 7,62 с бронебойными сердечниками рвали самодельные доспехи сектантов, словно промокашку. Первых трех нападавших буквально разорвало на части: ошметки мешковины, костяных бус и мяса взметнулись в воздух, тела переломило пополам и швырнуло на рельсы.

Следом ударил Бранислав. Хорват бил расчетливыми одиночными, методично снимая стрелков на галерее козырька. Каждый его выстрел срывал с бревен очередного фанатика, отправляя того в шестиметровый полет головой вниз на бетонные ступени.

— Докер, расчисти вход! — крикнул Дюбуа, поднимаясь на одно колено.

Англичанин вскинул револьверный гранатомет, прищурился сквозь пороховую гарь и всадил две сорокамиллиметровые гранаты прямо под козырек шахтного ствола, где толпились сектанты со станковым пулеметом Дегтярева на треноге.

Бум! Бум!

Два огненных шара разорвали полумрак портала. Осколки срезали бревенчатый настил вместе с расчетом, пулемет с искореженным диском полетел в грязь, а вход в штольню заволокло густым клубящимся дымом.

— Вперед! — рявкнул Шрам. — За мной, клином!

Пятерка сорвалась с места, стреляя на ходу.

Они преодолели последние тридцать метров открытого пространства за пять секунд, добивая раненых фанатиков в упор и не сбавляя скорости. Смитти на бегу перехватил секач, летевший ему в грудь, сбил сектанта с ног прикладом карабина и вогнал нож тому под челюсть, даже не притормозив.

Наемники ворвались под бетонные своды входного штрека.

Здесь дневной свет мгновенно умер, уступив место красноватому, колеблющемуся чаду факелов, чадивших в железных скобах на стенах. Пахло сырым карбидом, прелыми крепежными лесами, серой и застарелой человеческой кровью.

Штольня представляла собой узкую, давящую каменную кишку шириной метра в два с половиной и высотой едва ли в человеческий рост. Под ногами блестели мокрые узкоколейные рельсы, утопавшие в вязкой рыжей жиже, с потолка непрерывно капала холодная вода, а бревенчатые крепи трещали под чудовищным весом лежащей выше гранитной толщи.

Именно в этой тесноте и начался настоящий ад.

Греховцы знали свои катакомбы до каждого скола на породе. Из боковых разведочных штреков, из вентиляционных сбоек и темных тупиков навстречу группе полезли новые толпы сектантов. Они стреляли из темноты в упор, выскакивали с тесаками из-за бревенчатых стоек, хрипели проклятия и лезли прямо на стволы, не обращая внимания на потери.

— Питер, держи центральный ствол! — Дюбуа вжался спиной в гранитный выступ, пропуская гигантского голландца вперед.

Ван Дейк в этом подземном коридоре превратился в ожившую турель. Пулеметчик шел в полный рост, чуть пригнув голову в каске под низкими сводами. В замкнутом пространстве грохот его пулемета звучал чудовищно, раскалывая барабанные перепонки и выбивая каменную крошку из потолка. Вспышки выстрелов озаряли сырые стены рваным стробоскопом. Свинцовая струя сносила сектантов целыми пачками, рикошеты с визгом кружили по штольне, превращая деревянные крепи в труху и перемалывая фанатиков в кровавый фарш вместе с их топорами и обрезами.

— Жри, мразь! Жри железо! — басом рычал голландец, и его глаза за бронестеклом очков горели бешеным огнем боя.

Шрам тем временем взял на себя самую грязную и ювелирную работу.

Пока пулемет держал центральный коридор, из боковых отнорков наперерез группе пытались выскочить ударные группы сектантов. Пьер действовал на опережение.

Француз вскинул BT APC45, опустив тепловизор на правый глаз. В темноте боковых штреков тепловые контуры людей горели яркими багровыми мишенями. Дозвуковой сорок пятый калибр работал без грохота и пламени — глушитель выдавал лишь сухие, хлесткие хлопки, но каждый выстрел обладал чудовищной убойной силой.

Тхлеп-тхлеп.

Двое сектантов в кожаных куртках вылетели из вентиляционной сбойки с длинными пиками, сделанными из арматуры. Дюбуа даже не шелохнулся — две тяжелые экспансивные пули вошли первому в грудину, разворотив ребра и легкие, а второй схлопотал свинец точно в переносицу. Тела рухнули под ноги наемнику, не успев даже замахнуться.

Тхлеп-тхлеп-тхлеп.

Француз шагнул к следующему боковому карману, откуда доносился звон взводимого курка. Из темноты блеснул ствол обреза — Шрам срезал стрелка короткой тройкой через дощатую перегородку. Пули калибра.45 пробили дюймовые доски навылет, разорвав фанатику живот.

— Сзади чисто! — крикнул Смитти, меняя магазин карабина и прикрывая Бранислава, который добивал раненых на рельсах. — Пьер, впереди завал! Они там наглухо окопались!

Наемники продвинулись вглубь горы метров на сто пятьдесят, когда центральный штрек уперся в массивную баррикаду, перегородившую путь в главный зал шахты.

Сектанты подошли к обороне с маниакальной основательностью. Поперек тоннеля стояли три груженые гранитом вагонетки, намертво приваренные к рельсам. Промежутки между ними были забиты мешками с рудой, толстыми бревнами и стальными листами, содранными с подъемных механизмов. За этой циклопической