Читать книгу - ""Фантастика 2026-34". Компиляция. Книги 1-22 - Сергей Чернов"

автомата поверх ржавого капота и методично, экономными двойками принялся прошивать ствол березы. Дерево давно сгнило изнутри, и пули калибра 5,45 легко пробивали трухлявую древесину навылет. Один из ползущих монолитовцев дернулся, захлебнулся криком и перевернулся на спину, судорожно скребя пальцами мерзлый песок.

Второй вскочил на ноги, намереваясь броситься в густой терновник, но из зарослей камыша у ручья с кошачьей ловкостью вынырнул Смитти.

Шотландец не стал тратить патроны: подскочив к сектанту сбоку, он наотмашь врезал прикладом карабина по незащищенному затылку врага, сбив того с ног, а затем одним коротким, профессиональным движением вогнал свой тяжелый засапожный нож под воротник бронежилета, прямо в подключичную артерию.

— Чисто на правом! — гаркнул Смитти, вытирая клинок о рукав убитого.

Последний очаг сопротивления оставался в глубине сосняка, где за широким гранитным валуном засел старший группы «Монолита». Сектант вел огонь расчетливо, экономя патроны и не давая наемникам продвинуться вглубь леса ни на метр. Каждая его пуля выбивала искры из камней в считаных дюймах от голов ветеранов.

Шрам перехватил карабин поудобнее, сделал глубокий вдох и присел на корточки за колесом уазика:

— Питер, дай плотную струю по валуну. Не жалей ленту, заставь его вжаться в мох на пять секунд.

— Держи, командир! — прогудел голландец.

«Миними» взревел с новой яростью. Длинная, непрерывная очередь в пятьдесят патронов буквально вгрызлась в гранитный монолит. Камень трещал, воздух вокруг валуна наполнился густым белым дымом и каменной крошкой, пули рикошетили с визгом циркулярной пилы, заставив монолитовца спрятать голову за укрытие.

Этих пяти секунд Дюбуа хватило с избытком.

Француз поднялся во весь рост, шагнул в сторону, открывая угол обстрела, и сквозь прорезь прицела поймал едва заметный край плеча сектанта, выступавший из-за камня.

Дистанция — шестьдесят шагов. Ветер боковой, слабый.

Бах-х!

Пуля Маузера вошла в расщелину между скалой и грунтом, срикошетила от внутреннего скола камня и вонзилась монолитовцу в бедро, перебив бедренную кость. Сектант от боли потерял равновесие, завалился набок, открывшись на долю секунды — и второй выстрел Пьера, последовавший без малейшей паузы, поставил точку в этом коротком, ожесточенном споре, пробив грудную клетку фанатика навылет.

Стрельба на опушке стихла так же внезапно, как и началась.

Над разбитым КПП повисла густая, тяжелая тишина, нарушаемая лишь потрескиванием тлеющего кустарника да сухим шелестом падающей с сосен хвои. В воздухе стоял удушливый запах сгоревшего бездымного пороха, паленой резины и раскаленного базальта.

Вокруг надолбов и среди сосновых стволов темнели семь неподвижных тел в серых пятнистых комбинезонах. Секция «Монолита» была уничтожена полностью, без остатка.

Ван Дейк с лязгом откинул крышку ствольной коробки своего пулемета, выбросил пустой металлический короб и загнал свежую ленту на сто патронов, удовлетворенно огладив теплый ствол:

— Хорошая разминка перед завтраком. Семьдесят патронов сжег, зато как по нотам разложили.

— Патроны казенные, не жалко, — отозвался Бранислав, подходя к телу первого снайпера и переворачивая его носком ботинка. Хорват вытащил из разгрузки убитого пару неповрежденных магазинов к СВД и сунул их в свой ранец: — Бронебойные, с черной каймой. Пригодятся.

Шрам опустил карабин, окинул своих бойцов внимательным, оценивающим взглядом. Все были целы: пара царапин от каменных осколков у Докера да пробитый пулей рукав куртки у Смитти не шли в счет.

Француз поднял глаза к темнеющему пологу Рыжего леса.

Деревья впереди стояли плотной, непроницаемой стеной, скрывая в своих недрах главную угрозу — территорию секты «Грех» и старые шахтные штреки, где людей ждали не правильные снайперские засады, а первобытный, нечеловеческий кошмар.

— Оружие на предохранители, — скомандовал Дюбуа, поправляя ремень за спиной. — Трофеи собрать за две минуты, гильзы присыпать песком. Входим под кроны. До шахт еще четыре километра по аномальным оврагам, и там нас встретят твари похуже этих сектантов. Вперед, джентльмены. Время не ждет.

Глава 24

Под кронами Рыжего леса день окончательно сменился мутным, ржавым полумраком. Вековые сосны здесь не просто погибли — радиация и пси-удары законсервировали их в мертвом, одеревеневшем величии. Буро-оранжевая хвоя устилала землю сплошным ватным ковром в ладонь толщиной, напрочь глуша звуки шагов, а в воздухе стояла густая, удушливая взвесь из мелкой едкой трухи и озона. Лица наемников под слоем сажи и пота покрылись рыжим налетом, а во рту поселился привкус жженой кости, который не брали ни глоток рома из фляги, ни ядреные леденцы Смитти.

Тропа, заваленная полусгнившим валежником, круто забирала вниз, к Чертову оврагу.

В советские годы через эту глубокую промоину был переброшен железобетонный мост, по которому тяжелые лесовозы и самосвалы ходили к карьерам. Теперь от переправы остался лишь изуродованный скелет: центральный пролет рухнул на дно оврага, разломившись пополам, а из раскрошенных опор во все стороны торчали пучки ржавой арматуры, облепленные бурыми лохмотьями ядовитого лишайника. По дну разлома змеился мутный, почти черный ручей, лениво омывавший покрытые зеленой слизью валуны.

Шрам шел третьим в колонне, держа BT APC45 наготове, но то и дело прикладываясь пальцами к затылочному аккумулятору шлема: тепловизор работал непрерывно, оттягивая шею непривычной тяжестью. За спиной француза мерно хрипел ван Дейк, волоча свой пулемет, а замыкавший шествие Бранислав поминутно оглядывался на пройденный подлесок.

Стычка с «Монолитом» не прошла даром.

Кровь семерых убитых сектантов, щедро пролитая на опушке, для здешней голодной фауны послужила сигнальной ракетой. Ветер, развернувшись с юга, гнал тяжелый дух свежей бойни прямо в самое сердце чащи, и глухомань оживала, ощетиниваясь когтями и клыками.

— Сержант, — негромко позвал Бранислав, присаживаясь за толстым вывороченным пнем и прижимая приклад автомата к плечу. — Сзади ветки трещат. Не птицы и не собаки. Кто-то идет широким фронтом, держится по ветру в трехстах метрах.

— Знаю, — Дюбуа остановился на краю обрыва перед рухнувшим мостом. — За нами пастухи увязались еще от надолбов. Ждали, пока выйдем на открытое.

— Так давай я им гостинец оставлю, — осклабился Докер, нащупывая на поясе круглую шайбу прыгающей мины. — Растяну шнурок между сосен, пусть порадуются шрапнели.

— Не успеешь, — коротко отрезал Шрам.

Земля под коваными подошвами наемников мелко, противно задрожала.

Сначала это походило на отголоски далекого подземного толчка, но уже через пару секунд вибрация превратилась в ритмичные, тяжелые удары. Бум… Бум… Бум… С каждым толчком из щелей растрескавшихся плит моста выбивало струйки сухой серой пыли, а вода в ручье внизу покрылась мелкой рябью, расходящейся правильными концентрическими кругами.

Следом с противоположного склона оврага, ломая вековые сосны с оглушительным сухим треском артиллерийского залпа, вывалилась смерть.

Это был