Читать книгу - "Фантастика 2026-219 - Артем Бах"

официально открыли совершенно новую, космическую и недосягаемую эру в нашем мировом спорте. Это безоговорочный триумф.

Итальянец на секунду замолчал, бросил короткий, обречённый взгляд в сторону судейской трибуны, где арбитры всё ещё в панике перелистывали свои блокноты, а затем горько и иронично усмехнулся:

— Скажите мне честно, Владимир... А есть ли теперь вообще хоть какой-то смысл остальным участникам соревнований выходить на этот лёд? Пожалуй, мы можем прямо сейчас сложить свои коньки в чемоданы и пойти пить пиво. Бороться здесь имеет смысл только за серебро.

Женское одиночное катание на дортмундском льду стремительно превращалось в полноценный, безжалостный и тотальный триумф советской спортивной школы. По иронии жребия наша троица шла плотной чередой, практически не оставляя европейским соперницам ни единого шанса на малейшую передышку. Это был методичный и хладнокровный каток, катящийся по старым европейским авторитетам.

Первой из советских девушек на лёд Марьиной Ро... точнее, Дортмунда плавно выкатилась статная, грациозная Лариса Новожилова. Её появление европейские судьи встретили настороженно, вглядываясь в линии её строгого, футуристического костюма. Под величественные, глубокие и строгие аккорды классического Второго фортепианного концерта Рахманинова Лариса выдала прокат невероятной, хрустальной и пронзительной чистоты. Её главным, убийственным козырем стали фантастические по скорости и центровке вращения — Новожилова буквально ввинчивалась в ледяную плоть, демонстрируя безупречную, недостижимую растяжку русского балета и меняя позиции с такой молниеносной чёткостью, что у зрителей перехватывало дыхание. Судьи ИСУ лишь растерянно переглядывались и судорожно протирали очки: такую академическую, идеальную и одновременно мощную классику в женском катании они видели впервые в своей жизни.

Следом за ней, задорно и дерзко ухмыльнувшись, на ледовое зеркало пулей вылетела шестнадцатилетняя Таня Лихарева. Действующая британская чемпионка Вальда Осборн — безоговорочный лидер европейского рейтинга тех лет и баловень английской прессы — наблюдала за советской девчонкой со своего бортика откровенно свысока. Британка надменно, чопорно поправляла меховой воротник своего пальто, пока над ареной «Вестфаленхалле» не грянули первые, оглушительные аккорды ураганного, летящего и совершенно космического ритма «Трёх белых коней», который мы в строжайшем секрете записали в Москве.

Таня начала свою программу без раскачки, с места в карьер, обрушив на публику всю мощь новой эстрады. Без долгого разгона, на бешеной, пугающей скорости она заложила крутую рёберную дугу, резко сгруппировалась и зашла на элемент, который в январе одна тысяча девятьсот пятьдесят третьего года считался абсолютной мужской фантастикой — тройной аксель! Огромный дортмундский зал дружно, в один голос ошеломлённо ахнул, а Вальда Осборн испуганно схватилась за сердце: женщины на официальных международных соревнованиях ещё никогда в истории человечества не делали этот сложнейший прыжок в три с половиной оборота с переднего хода!

Пока трибуны и арбитры приходили в себя от этого шока, Лихарева лавиной неслась дальше по катку, выдавая один технический шедевр за другим. Прямо под самым носом у судейской коллегии она с ходу, играючи закрутила зубодробительный, фантастический каскад: тройной лутц — двойной тулуп, а следом, без малейшей паузы и передышки, прошила морозный воздух чистейшим двойным флипом. Титановые лезвия её коньков со снайперской точностью врезались в лёд, послушные каждому движению её сильного тела.

Вальда Осборн, напрочь позабыв про всю свою чопорную британскую спесь и вековое величие короны, бледнела на глазах, судорожно вцепляясь пальцами в барьер. Она лихорадочно, заикаясь, шептала своим онемевшим тренерам:

— Это... это невероятно... Тройной аксель в женском катании?! Этого просто не может быть! И каскад с тройным лутцем на такой бешеной скорости? Как эта русская девчонка вообще умудряется намертво держаться на лезвиях при таком сумасшедшем, противоестественном наклоне корпуса?! Это ломает всю физику!

Финальная, агрессивная дорожка шагов Тани Лихаревой окончательно добила искушённую немецкую публику. Советская девчонка буквально вихрем носилась по дортмундскому катку, на бешеной скорости меняя направления движения, закладывая глубокие, звенящие рёбра и выполняя сложнейшие рваные шаги с такой филигранной, математической точностью, что зрители на трибунах панически затаили дыхание, боясь пропустить хоть миг.

А её заключительное, коронное вращение в заклоне — с тремя молниеносными, хлёсткими сменами анатомических позиций за какую-то долю секунды! — стало последней каплей. Огромный ледовый дворец в едином, безумном порыве буквально вскочил со своих мест. Люди кричали, топали ногами, аплодировали, полностью покорённые этой ледовой бурей из будущего.

Когда музыка грядущего века наконец стихла над ареной и Таня замерла в финальной, гордой позе посреди катка, трибуны «Вестфаленхалле» сорвались в форменное безумие. Оглушительные аплодисменты, топот и громоподобные крики «Браво!» на трёх языках не смолкали добрые три минуты. На судейском мостике арбитры ИСУ лишь обречённо качали головами, понимая, что им снова придётся ломать всю систему оценок ради русских.

Потрясённая, бледная и полностью раздавленная Вальда Осборн под пристальными взглядами сотен фотокамер медленно подошла к тяжело, прерывисто дышащей Лихаревой у самого бортика. Английские тренеры за её спиной застыли каменными изваяниями. Действующая чемпионка Европы перевела дух и искренне, с глубоким уважением протянула советской спортсменке руку:

— Вы... вы сегодня полностью и навсегда изменили наше представление о возможностях женского фигурного катания, Владимир... то есть, Татьяна, — заикаясь от избытка эмоций, тихо произнесла Вальда, крепко пожимая пальцы Тани. — Это было настоящее, чистое и пугающее своей мощью волшебство. Поздравляю с золотом, королева.

Жирную, сокрушительную точку в тотальном женском разгроме поставила вышедшая следом Тамара Братусь. Под чарующие, торжественные и величественные звуки «Песни о фигурном катании» Тома предстала перед притихшей Европой как истинная, царственная королева льда. Обладая от природы феноменальной, поистине балетной гибкостью, идеальной растяжкой и запредельной координацией, Тамара устроила для Дортмунда потрясающую, ошеломляющую презентацию своего уникального элемента.

Заложив крутую дугу, она закинула ногу далеко за спину, подняла её намного выше головы и на огромной, сумасшедшей скорости закрутилась на опорной ноге, удерживая титановое лезвие конька обеими руками над макушкой. Тело фигуристки вытянулось в безупречную, изящную вертикальную каплю. Судейский корпус ИСУ в полном оцепенении замер на своих местах, а затем лихорадочно, ломая карандаши, принялся строчить в протоколах. Арбитры понимали: этот фантастический, невиданный ранее элемент в этой переписанной реальности отныне навсегда будет официально зафиксирован и внесён в мировые учебники как «вращение Братусь»!

Под самый занавес своей грандиозной программы Тамара абсолютно чисто, легко и с огромным, царским запасом по высоте приземлила сокрушительный тройной тулуп, намертво, железобетонно запечатав за Советским Союзом весь пьедестал почёта в женском одиночном разряде. Борьба за медали для Европы официально закончилась, не успев толком начаться.

Парное катание на чемпионате Европы в Дортмунде окончательно превратилось для западного спортивного истеблишмента в форменный, сокрушительный нокаут. Против старого, излишне академичного и скованного катания европейцев мы хладнокровно выставили