Читать книгу - "Сообщница Злодея - Ханна Николь Мерер"

Она не успела договорить, как табличка оказалась у неё в руке. Эви убрала вазу с колонны, затем поставила Кингсли на мраморный пьедестал, чтобы он оказался на уровне глаз своих родителей.

– Давай, Кингсли. Покажи им – покажи своим родителям, что это ты.

В зале повисло напряжённое ожидание, все затихли, затаив дыхание.

Но Кингсли ничего не делал.

– Александр, – позвал Тристан, но ответа не последовало. Только широко раскрытые лягушачьи глаза, смотрящие сквозь них. Там была пустота, в глазах не осталось золота – только чёрное. – Нет! – взревел Тристан. – Нет, Александр, вернись. Вернись сейчас же!

Ничего. Ни проблеска осознания, ни внезапного пробуждения от магии, что угасла в нём. Не осталось Кингсли, не осталось принца.

Осталась только лягушка.

– Он ушёл? – Глаза Клэр наполнились слезами. – И всё? На этот раз он не вернётся?

– С меня довольно этого фарса! – воскликнул король. – Как жестоко. Поманить нас призрачной возможностью вернуть сына и тут же отнять её. Покончим с этим.

– Гэвин, – неуверенно произнесла королева Брина. – Пожалуйста, успокойся.

Король взглянул на Славных гвардейцев и Рыцарей Кувшинки, игнорируя просьбу королевы.

– Убейте чародейку. Решено.

Приказ был отдан. Не осталось времени на возражения. На реакцию. На мольбы, на крики, на вежливые просьбы остановиться.

Потому что в одно мгновение чародейку швырнули на пол, а в следующее она превратилась… в камень.

Уинни закричала, и Татьянна обняла её, увлекая прочь.

– Не смотри!

Это было хуже смерти. Мать Уинни, навеки застывшая на коленях, с выражением ужаса, который испытывала в последние мгновения, запечатлённым на всеобщее обозрение.

Королева покачала головой, будто вся сцена была ей отвратительна.

– Отведите их в подземелья и отправьте депеши королю Бенедикту, что у нас в плену его Злодей.

Один из Рыцарей Кувшинки бросился к большим открытым дверям, но успел сделать всего три шага…

Вдруг окна над тронным залом разлетелись вдребезги, и внутрь ворвалось огромное существо.

Стекло полетело во все стороны. Тристан накрыл руками голову Эви, защищая её своим телом. Знакомое создание приземлилось прямо в центре зала, Рыцари Кувшинки бросились врассыпную, а некоторые повели короля и королеву в безопасное место.

– Я же говорил – через парадный вход, Пушок! – ругался Блэйд, и Эви была так рада услышать его голос, что вцепилась в рубашку Тристана и расплакалась.

– Эви! – Лисса тоже была на спине Пушка, как и Бекки, которая смотрела на разрушения так, словно вот-вот сойдёт с ума.

Лисса соскользнула по крылу Пушка и бросилась к Эви, а Эви – к Лиссе.

Когда они, наконец, обняли друг друга, Эви сжала сестру изо всех сил.

– Ты спасла нас, Лисса.

В зале было столько потерь, столько всего, чего уже никогда не вернуть, но этого не отнять: её сестру, её семью, – и пока у Эви есть Лисса, есть ради чего продолжать.

Сестрёнка отстранилась и достала из кармана смятый листок бумаги.

– «Второе правило злодейства. Защищай то, что любишь больше всего. Не считаясь с ценой».

Эви взглянула на список и бросила на Тристана проницательный взгляд.

– Интересные беседы за чаем?

Тристан скрестил руки на груди, не поддаваясь.

– Маленькая злодейка, какое шестое правило?

Лисса пробежала глазами по списку и выпучила глаза, когда нашла его.

– «Не рассказывай никому о Правилах злодейства…» Ой. Ой-ой.

Она сложила ручки за спиной, её коса перекинулась через плечо.

– Преступница!

Эви повернула голову как раз в тот момент, когда Рыцарь Кувшинки метнул клинок прямо ей в грудь. Она ахнула. И тут перед ней оказался Артур, широко раскрывший глаза, меч ударил в него.

Нет.

У Эви защипало в глазах, когда она всё осознала.

Артур удивлённо посмотрел вниз и увидел, что меч прошёл навылет через его живот.

Изо рта потекла кровь.

А потом он упал.

– Артур, – прохрипела Амара, впервые проявив признаки человечности, а не только эгоизма. Она бросилась к мужу, зажав рот ладонью.

– Убирайся! Прочь от нас, мерзкая стерва! – закричала на неё Клэр с таким презрением к матери, какого Эви никогда прежде не видела.

Амара отшатнулась, ошеломлённая. Клэр закричала:

– Боги! Татьянна, кровь!

– Тащите его на Пушка. Быстро! – Татьянна прикрыла рот рукой, увидев меч и то, как глубоко он вошёл.

– Не могу. Уф… – Артур рухнул на Эви, пока они усаживали его на дракона. – Я не чувствую ног.

Звуки стали приглушёнными, будто под водой.

– Пора уходить! – глухо произнёс Тристан, подхватив Эви одной рукой, а Лиссу – другой и забросив их на дракона под градом летящих стрел. – Блэйд!

– Готов, босс! – Блэйд отсалютовал, пока они взбирались на спину Пушка. Тронный зал погрузился в хаос, когда они рванули к окну в потолке.

Они улетали. И Эви не понимала, не знала, почему ей казалось, что кровь сочится из неё самой. Она смотрела на Артура, пока Татьянна работала, её светящиеся руки двигались над раной.

Но впервые с тех пор, как Эви её встретила, Татьянна не казалась уверенной. Она выглядела так, будто уже скорбела.

– Зачем вы это сделали? – спросила Эви Артура. – Зачем вам… Я не понимаю.

Артур улыбнулся, закашлялся, кровь окрасила его губы. Затем он посмотрел на Тристана, который сжимал его руку с суровым лицом.

– Я был тебе плохим отцом.

Тристан покачал головой.

– Артур…

– Нет, это так. Я женился на твоей матери, потому что думал, что это правильно, и провёл самые важные годы твоей жизни в отлучке. Я должен был остаться с тобой.

Артур застонал от боли, когда Татьянна извлекла меч. Он сжал руку Тристана сильнее.

– Мне не следовало так поступать. Наверное, я боялся того, что случится, если ты узнаешь правду, но это была моя ноша. Мне не следовало перекладывать её на тебя.

– Какую? Какую правду? – спросил Тристан.

Артур закашлялся, у него в глазах лопнули кровеносные сосуды.

– Когда я женился на твоей матери… Она уже была беременна… тобой.

Тристан побледнел, отпустив руку Артура.

– Что ты говоришь?

– Я не был твоим кровным отцом. Но я был твоим отцом, Тристан. Был.

Артур потянулся к нему, а Тристан уставился в пустоту, будто его затошнило. Эви почувствовала, как горит лицо, и она совершенно не знала, что делать, все слова, которые она могла бы сказать, застревали в горле, и наконец Артур нашёл свои.

– Мне следовало стараться лучше, следовало защитить тебя от обид твоей матери. Но, несмотря на наши неудачи, ничто не могло помешать тебе стать таким, каким тебе было всегда предназначено стать.

Тристан моргнул, вернувшись в реальность, и уставился на Артура, а тот закончил с улыбкой:

– Выдающимся человеком.

Одинокая слеза медленно скатилась по щеке Тристана,