Читать книгу - "Если бы он остался - Лора Ноулин"

с собой; куда бы я ни пошла, оно будет в прямоугольной черной сумке на моем плече.

Финни получил от своего отца акустическую систему для машины. Он никогда особенно музыкой не увлекался, но пожал плечами и слабо улыбнулся.

* * *

Мы сидим на диване перед телевизором, свет в комнате выключен. В этом году Рождество встречаем у тети Анджелины. Гирлянда на окнах иногда мигает то с одной стороны, то с другой, но ни разу вся целиком или в каком-то определенном ритме. Финни пытался выяснить, в чем проблема, но потом тетя Анджелина решила, что ей и так нравится. Огоньки танцуют по потолку, и окно то погружается во мрак, то снова вспыхивает.

У Финни в руках пульт. Он перебирает каналы, пока не попадает на «Эту замечательную жизнь». Финни кладет пульт на кофейный столик, откидывается на подушки и вытягивает длинные ноги.

На День благодарения, когда Финни встал из-за стола, чтобы покинуть нас и поехать на встречу с другой своей семьей, наши взгляды ненадолго встретились, но мы не сказали друг другу ни слова. После его ухода я посидела в углу с книжкой и рано ушла к себе. Мамы ни словом не обмолвились при мне о том, как прошел тот его вечер, и Финни в спортзале тоже молчал. Я знаю только, что сегодня вечером он нас не покинет.

Мамы смеются на кухне, а Джимми Стюарт падает в бассейн. Мы с Финни улыбаемся, а фильм прерывается на рекламу. Я встаю с дивана.

– Хочешь колы? – спрашиваю я.

– Да, – говорит он.

Пинаю его по ноге.

– Ты блокируешь движение, – заявляю я, Финни подбирает ноги и вытягивает их снова, когда я прохожу. Прямо шлагбаум.

Благодаря этим ногам команда нашей школы в этом году вышла в полуфинал футбольных соревнований. Я ходила на последний матч вместе с мамами и полтора часа могла наблюдать, как Финни бегает по полю. Его мускулистые ноги, то, как он задирал футболку, чтобы вытереть пот с лица, его сосредоточенные глаза во время игры – от всего этого у меня сжималось сердце. Было ощущение, что я больше никогда не увижу его на футбольном поле, и я откуда-то знала, что его команда проиграет матч, что они не пройдут в финальный тур и что для Финни это самая последняя игра. Последняя игра в старших классах, мысленно поправила я себя, но сердце все равно ныло, когда раздался свисток и Финни вместе с проигравшими товарищами потащился к раздевалкам.

На кухне мама смотрит, как там готовится ягненок, а тетя Анджелина наливает бокал вина.

– Еще двадцать минут, – объявляет мама.

– Я пришла за колой, – говорю я. Тетя Анджелина тянется к полке и передает мне теплые банки. Я беру по одной в каждую руку. Нам с Финни нравится пить неохлажденную газировку; примерно в третьем классе мы решили, что есть что-то необузданное и бунтарское в том, чтобы пить газировку прямо из банки, и в течение многих лет отказывались пить ее как-то иначе. Так сформировалась привычка. Джейме считает, что это странно, может быть, потому что я никогда не рассказывала ему, с чего все началось, но правду ему знать тоже не стоит. Он до сих пор при каждом удобном случае заявляет, что у меня мутные отношения с Финни.

– Бросай, – велит Финни, когда я возвращаюсь в комнату, и вытягивает руки.

– А завещание ты составил? – спрашиваю я. Пересекаю комнату и кладу банку ему в руки.

– Не-а. Даже если попадешь мне в голову, ты все равно не бросишь ее с такой силой, чтобы причинить мне вред.

Сажусь на диван со своей стороны и открываю банку. Наверное, он прав. Отпиваю колу, когда Финни что-то говорит, но так тихо, что я не слышу.

– Что-что?

Финни кашляет.

– Я буду скучать по физкультуре с тобой.

– Хочешь сказать, по той физкультуре, где ты весь урок смеешься надо мной?

– Нет. Я хочу сказать, что буду скучать по общению с тобой.

Ком застревает у меня в горле. Я пожимаю плечами, улыбаюсь и пытаюсь перевести разговор в другое русло.

– Мы и так постоянно видимся. Мы ужинаем вместе с мамами по два раза на неделе.

– Я знаю, – говорит Финни, глядя на свою банку с колой. – Но… Наверное, нам стоит иногда видеться просто так. Ходить в кино или что-нибудь такое.

– Хм, – бурчу я и снова отвожу взгляд. Чувствую тепло и трепет. Не могу ничего сказать. Может быть, мы сможем пройти полный круг, от самых близких друг другу людей к совершенно чужим людям, от них к почти друзьям и к…

К чему?

Кем мы можем и хотим быть сейчас? Можно любить двух человек одновременно, но возможно ли хранить верность одному из них?

Поднимаю взгляд на Финни, вижу его алеющие щеки и тревогу в синих глазах и хочу сказать «конечно». Слишком сильно хочу этого. Но произношу другое:

– Я не знаю, Финни. – Мне больно даже оттого, что я позволила себе назвать его по имени. – Я не знаю, понравится ли это Джейме. Это может выглядеть странно.

– Но мне казалось, что Джейме постоянно гуляет с Сашей?

– Да, это так, – говорю я. – Но они друзья…

Вздрагиваю и не могу закончить фразу. Я смотрю прямо перед собой, пытаясь унять дрожь и просто дышать.

– Понимаю, – произносит Финни. На кухне звенит мамин телефон. Делаю глубокий вдох и встаю.

– Наверное, пора ужинать, – говорю я. Финни смотрит в телевизор и молчит. Обхожу кофейный столик и как можно быстрее сбегаю из комнаты.

Я сижу на краю ванны и прижимаю ладони к глазам до тех пор, пока перед ними во тьме не начинают плыть странные пятна. У меня дрожат пальцы.

– Не плачь, не плачь, не плачь, не надо, – шепчу я.

– Финни! Отэм! – зовет тетя Анджелина.

Мы с Финни встречаемся в коридоре и не говорим друг другу ни слова. Мы вместе входим в столовую и останавливаемся на пороге. Час назад мы с Финни накрывали стол на пятерых. Тетя Анджелина убирает один комплект приборов и уносит на кухню. Мама ставит на стол каре ягненка и садится на стул, сложив руки на коленях.

– Мам, – спрашиваю я, – а где папа?

– Я не знаю, милая, – отвечает она. – Но он только что позвонил и сказал, что не придет на ужин.

– Ох, – только и говорю я.

Тетя Анджелина возвращается и обнимает маму за плечи.

– Давайте за стол, дети, – просит она, умоляюще глядя на нас. Финни делает шаг вперед, но я стою на месте. Он оборачивается и смотрит на меня. Мы встречаемся взглядами. Он кладет руку мне на плечо.

– Ну же, Отэм, – говорит он, ласково сжав его и слегка улыбнувшись.

– Хорошо, – произношу я.

Тетя Анджелина и Финни болтают за четверых, пока мы едим. Потом мамы запираются на кухне, а мы с Финни смотрим телевизор до полуночи. Мы больше ничего друг другу не говорим.

Глава 58

Джейме отвечает на звонок в последний момент, как раз когда должно было включиться его забавное и оригинальное сообщение на автоответчике. Голос звучит сонно. Сейчас восемь утра, первая суббота нового семестра. Наступил новый год – год нашего выпуска, год, когда мы должны стать взрослыми.

– Джейме?

– Что? Я сплю.

– Джейме, мои родители разводятся.

Тишина. Представляю, как он садится на кровати и протирает глаза одной рукой.

– Господи, девочка моя, сочувствую.

– Я даже не понимаю, из-за чего именно расстроена. – Я сижу в своей комнате, на стуле, обхватив руками колени. На улице идет дождь, мрачный и холодный. Я кутаюсь в одеяло. – Вряд ли что-то сильно изменится. Папа неделю назад переехал, а я этого даже не заметила.

– Когда ты узнала?

– Они сказали мне вчера вечером, за ужином. И начали городить всякую чушь про то, что это не моя вина, что они оба все так же меня любят и прочее и прочее, как будто мне лет шесть.

– Почему ты не позвонила мне?

– Я звонила. Ты не отвечал.

– Черт. Я вспомнил. Я был с Сашей в кино…

– Я знаю. Все в порядке.

– Я собирался перезвонить тебе.

– Все в порядке, – повторяю я. Мне кажется, что я говорю резко, но Джейме никак это не комментирует. Я сглатываю. – У тебя получится зайти ко мне?

– Да, – говорит он. – Только дай в душ схожу… Кстати, хочешь, принесу тебе завтрак?

– Не думаю,