Читать книгу - "3000 иен для счастья - Хика Харада"

утро, хозяюшка». Мама иногда покупала «Прекрасную хозяйку», а мне больше нравится «Спасибо!». Он более модный. Потом «Хозяйка» и «Хозяюшка» перестали выходить.

– После войны появились и другие женские журналы, например «Жизнь в записной книжке». Они начали конкурировать с «Другом женщин» и «Другом домохозяек».

Болтать о женских журналах было приятно, но Котоко все-таки решила вернуться к главной теме – ведению домашней бухгалтерии.

– Мама все время вела бухгалтерию по методике «Друга домохозяек», и вот что удивительно: эти книги даже в войну печатались.

– Угу.

Не обращая внимания на горячность, с которой говорила Котоко, Махо, легонько похлопывавшая по спине уснувшую после обеда Сахо, кивнула в ответ.

Нынешней молодежи не понять, как это было сложно, подумала Котоко, и ей стало немного грустно.

– Понимаешь, такое было время! Я родилась в войну и почти ничего о ней не помню, но как же было трудно что-то напечатать, когда в стране всего не хватало. Представляешь, как ценились тогда журналы и книги?

– Да, нам в школе про это рассказывали, и еще я по телевизору видела, – с натянутой улыбкой проговорила Махо. Похоже, ее удивило, что Котоко так серьезно относится к этой теме.

– Мама вела книгу расходов все время, кроме 1943 и 1945 года, когда кончилась война. А потом в Японии началась небывалая инфляция. Это когда цены растут как бешеные.

– То есть процесс, противоположный дефляции, которая у нас была недавно?

– За товар, который стоил пятьдесят иен, через несколько дней просили сто. На деньги ничего нельзя было купить, приходилось выменивать необходимое на вещи на черном рынке. Но и тогда мать вела свою бухгалтерию. Очень тщательно.

– Как же она с этим справлялась, если деньги стоили непонятно сколько?

– В год окончания войны мама сама расчертила книгу учета доходов и расходов. Она мне ее показывала. Конечно, она отличалась от нынешних. Больше походила на дневник, куда подробно записывалось все, что произошло за день. Наверное, это поддерживало ее в тех тяжелейших условиях.

Об окончании войны объявили пятнадцатого августа, но ни в тот день, ни в несколько последующих в книге не было никаких записей. Это произвело на Котоко сильное впечатление, потому что показывало, в каком смятении находилась мать.

– А на следующий год под эгидой «Фудзин-но томо» возникло движение «За продвижение домашней бухгалтерии».

– Что? Движение за продвижение? – рассмеялась Махо.

– Именно. Тогда тоже шло внедрение домашней бухгалтерии и сбор данных для статистических исследований. Благодаря той кампании сохранилось много информации о семейных бюджетах.

– Но сейчас другие времена, и вести учет, наверное, полегче?

– Ну как сказать.

Котоко повернулась к Махо.

– Я вела такую бухгалтерию и могу сказать: от нее есть толк. Это работает.

– А как?

– Может, я и преувеличиваю, но мне кажется, что домохозяйки, которые в те трудные времена старались вести записи расходов-доходов, способствовали восстановлению Японии после войны. Конечно, принято говорить, что этот процесс зависел от самых разных факторов. Но я считаю так.

– Понятно, – засмеялась Махо и подумала: «Что-то бабуля сегодня отжигает».

Проснулась Сахо, и Котоко закончила разговор, так и не рассказав внучке, что собралась работать. Она не смогла сказать Махо, что пенсии ей не хватает.

– Эй, Сахо! Иди к бабушке.

Котоко обняла правнучку, взяла на руки. Она была тяжелая и влажная после сна. Взглянула на бабушку печальными чистыми глазами и расплакалась.

– Сахо! Ну что ты? Это же бабушка, не плачь.

Махо попробовала обнять дочку, но бабушка продолжала держать ее на руках.

Как было бы хорошо всегда вот так обнимать внучку, ощущать ее тяжесть, мечтала Котоко. В этот момент она приняла окончательное решение.

Я на все готова, думала Котоко. Это противоречит совету, который дала сотрудница консультации, но жизнь коротка, мне уже много лет, и неизвестно, сколько я смогу проработать. Надо только начать, и что-нибудь подходящее найдется.

Через несколько дней после визита Махо в доме Котоко раздался звонок, и она услышала вежливый голос:

– Извините, это госпожа Котоко Микурия? Это Сайто.

– Кто, простите?

– Сайто, из комбини в Дзюдзё.

Это был тот самый Сайто, старший менеджер магазина, к которому Котоко обращалась насчет работы. Она не узнала его по телефону.

– А-а, извините, что так получилось.

Котоко начала извиняться, что потратила его время, хотя не подходила для работы в комбини.

– Нет-нет! Ну что вы! Если бы вам было меньше семидесяти, мы бы с удовольствием вас взяли…

Предположим, я для него старуха, но постоянно говорить о моем возрасте – просто неприлично, подумала Котоко. Он мне один раз отказал, и я больше не хочу этого слышать.

– Так вы нашли работу?

– Нет… пока.

Котоко рассказала, что ходила в HelloWork за консультацией.

– Я много думала и решила попробовать хоть что-нибудь. Откликнулась на вакансии помощницы по домашнему хозяйству и уборщицы. Просто на всякий случай, – иронически проговорила Котоко. – Уж не знаю, примут меня или нет.

– Так это хорошо.

– Хорошо в каком смысле?

– Ох, извините! Вообще-то я звоню, чтобы обсудить с вами кое-что.

– Что именно?

– Знаете, на станции у южного выхода есть «Минатоя»?

«Минатоя» Котоко знала. Это был знаменитый на весь Дзюдзё семейный магазин японских сладостей, который открылся после войны. Хотя он находился далеко от торгового пассажа и ходить туда было не очень удобно, Котоко непременно направлялась в «Минатоя», если нужно было купить что-то в подарок.

– Владелец магазина решил открыть еще одну точку прямо в торговом пассаже Дзюдзё. Похоже, дела у них идут отлично.

– Ну что же, это хорошо. Очень удобно для покупателей.

– У входа в магазин будет тележка с рисовыми лепешками и витрина со сладостями, а внутри еще и маленькая кофейня.

– Отличный будет магазин.

– И на продажу данго они хотят поставить спокойную женщину в годах, бабушку…

– Надо же!

– На днях в «Лайонз клубе» обсуждали эту тему. Минатоя-сан сетовал, что не может подобрать «бабушку» на это место. Аккуратную, основательную, которая могла бы стать лицом «Минатоя». Когда я услышал его слова, то подумал: а ведь Микурия-сан идеально подходит для этой работы.

– Э-э… но я же…

– Нет-нет! У вас точно получится. Я же видел, какая вы славная. И к резюме претензий нет. Собственно, я уже переговорил с хозяином «Минатоя», он просил обязательно вас ему представить.

– Но вы же тогда говорили, что я молодо выгляжу.

– Ну, тогда…

Котоко представила, как Сайто почесывает затылок.

– Я, знаете ли, как это сказать… немного перегнул палку. Так или иначе, Микурия-сан, вы подходите. Уж шестьдесят пять вам точно дашь.

– Вы прям мастер правду-матку резать.

– Прошу прощения.

Сайто издал приятный смешок.

– Честно сказать, я все время