Читать книгу - "Если бы он остался - Лора Ноулин"

проигнорировать и забираемся обратно в бассейн. Мальчики в шутку дерутся, а мы стоим у стенки и смотрим на них. Через какое-то время становится скучно, и я думаю о том, что надо будет попробовать застать Джейме одного в его комнате, как вдруг замечаю, что Брук и Энджи куда-то ушли. Иду в дом, от босых ног на кухонном полу остаются мокрые следы. Дверь в ванную закрыта. Я прислоняюсь к ней ухом. Они о чем-то говорят. Стучусь.

– Эй, что происходит? – спрашиваю я. Молчание, потом снова голоса. Энджи приоткрывает дверь.

– Ты одна? – спрашивает она.

– Да, – говорю я. Она открывает дверь настолько, чтобы я могла протиснуться внутрь.

Брук сидит на краю ванны. Глаза у нее красные, она надела шорты и футболку.

– О боже, что случилось? – спрашиваю я. Брук разглядывает плитку на полу.

– Я изменила Ною, – говорит она. Энджи облокачивается на раковину, скрестив руки. Для нее это не новая информация. Брук снова заливается слезами. Сажусь рядом с ней.

– С кем? – спрашиваю я. Брук продолжает плакать.

– С напарником по лабораторной, Эйденом, – говорит Энджи. – Они вроде как дружили весь семестр.

– С Эйденом Харрисом или Эйденом Шумахером?

– Эйденом Харрисом, – уточняет Энджи.

– Мы просто дурачились в классе, – бормочет Брук. – Я не думала, что это что-то значит.

– Что произошло? – спрашиваю я.

– Он предложил мне подготовиться к экзамену, – ответила она. – Он поцеловал меня, и на секунду я ему ответила.

– И все?

– Я оттолкнула его и ушла и не собиралась вообще рассказывать Ною, – говорит Брук, – но это невыносимо – хранить от него секреты.

Она снова начинает плакать. Кто-то стучит в дверь.

– Эй, ребята, – это Саша. – Что происходит?

Мы впускаем ее и посвящаем в историю.

– Всего один поцелуй? – спрашивает Саша. Брук кивает.

Стук в дверь.

– Эй, – голос Джейме. – Что вы там все делаете?

– Вы что-то замышляете? – спрашивает Алекс.

Саша открывает дверь и высовывается из ванной.

– Парни, слушайте, – говорит она, – у нас тут чрезвычайная ситуация, так что идите отсюда.

– Что ты хочешь этим сказать? – спрашивает Ной. Плач Брук переходит в вой. – Эй, что происходит? Брук?

– Брук, милая, хочешь поговорить с ним? – спрашиваю я. Подруга вытирает нос и кивает. Мы с Энджи тут же встаем и подходим к Саше.

– Она хочет с ним поговорить, – говорю я. Саша отворяет дверь ровно настолько, чтобы мы могли выскользнуть из ванной, а Ной – просочиться внутрь. Мы закрываем за ним дверь и поворачиваемся к мальчикам.

– Нужно выйти на улицу, – говорит Энджи.

– Да, – соглашаюсь я.

– Что происходит? С Брук все в порядке? – спрашивает Джейме.

– Мы не можем тебе сказать, – отвечаю я. Задняя дверь закрывается за нами, и мы идем к краю бассейна.

– Почему?

– Потому что вы мальчики, – говорит Саша. Мы втроем с Энджи садимся на краю бассейна и болтаем ногами в воде.

– Но Ной к ней зашел, – возражает Джейме.

– Ноя это касается, – говорю я.

– Каким образом? – спрашивает Алекс.

– Мы не можем вам этого сказать, – заявляет Энджи. Я киваю.

– Это глупо. Она моя двоюродная сестра, – говорит Джейме.

– Я знаю, но мы не можем тебе сказать.

– Это не наше дело, – добавляет Саша. И мы все трое киваем.

– Они хотят расстаться? – спрашивает Алекс.

– Не исключено, – говорит Саша.

– О боже, надеюсь, до этого не дойдет, – бормочу я.

– Они не расстанутся, – отрезает Энджи.

– Так, это уже глупо, – говорит Джейме. Они с Алексом идут на веранду. Мы с девочками шепчемся. Вскоре Ной выходит и зовет Энджи. Та уходит к Брук и возвращается только через какое-то время.

– Она в порядке? – спрашиваю я. Энджи кивает.

– Да. Она рассказала Ною. Они пойдут домой и по дороге все обсудят.

Мы болтаем ногами в воде, но почти не разговариваем. Мы сказали все, что должны были сказать друг другу, а мальчикам не проболтаемся. Наконец спустя полчаса мы собираем вещи, чтобы идти домой. Алекс остается у Джейме.

Когда я на прощание целую Джейме, он не обнимает меня в ответ и отводит взгляд.

– Пока, – говорит он.

– Пока, – отвечаю. – Я люблю тебя. Я тебе позвоню.

– Ладно.

В тот вечер мы ссоримся по телефону. Я плачу, но он все равно не прощает меня до тех пор, пока я не рассказываю ему секрет Брук. Он мгновенно становится милым, и мы не говорим о ссоре.

На следующий день в торговом центре Брук рассказывает о разговоре с Ноем, когда мы едим на фуд-корте. Ной простил ее, понял, как она сожалеет, и ему невыносимо видеть, как она плачет.

– Я даже представить не могу, как он меня любит, – говорит Брук. Она смотрит в свою тарелку с картошкой фри и улыбается.

Я начинаю думать, что бы сказал Джейме, если бы с нами произошло нечто подобное, и тут же гоню эту мысль прочь. С нами никогда ничего подобного не случится.

Глава 14

Четвертое июля, День независимости, мы проводим на ярмарке в местном парке. С нами парень Энджи из школы Хейзелвуд – теперь у каждого есть пара, что не может не радовать. Мы ходим мимо расставленных тут и там палаток и лотков и слушаем музыку. Каждый раз, когда встречаем кого-то из школы, приходится останавливаться, чтобы Энджи могла представить Майка. Финни и Сильвия тоже тут, но ради них мы не останавливаемся. Ярмарка маленькая, и они часто попадаются нам на глаза. Я знала, что они придут, но всякий раз я невольно цепляюсь за них взглядом, точно за яркую картинку из журнала. Мы подкрепляемся хот-догами и пирожными, и девочки предлагают пойти в контактный зоопарк.

Я буквально влюбляюсь в маленького коричневого козленка, и он отвечает мне взаимностью: когда я взяла его на руки, он потыкался в меня мордочкой и положил голову мне на грудь. Я спросила Джейме, заведем ли мы козленка, когда поженимся. Он говорит «нет», а потом – «может быть, если тот будет есть траву и не придется косить лужайку».

Я сижу на тюке сена, а Августа – козленок – свернулась у меня на коленях, точно человеческое дитя. Она так смотрит на меня, что одно из двух: либо ее заворожил блеск моей тиары, либо она считает, что я ее мама. Я пою ей колыбельную, которую сама сочинила, когда вдруг поднимаю взгляд и вижу, что Финни смотрит на меня и лукаво улыбается краем рта; рядом с ним Сильвия присела на корточки и разглядывает поросят в загоне. Я перестаю петь и смотрю на него. У Финни плечи трясутся от беззвучного смеха.

– О, Финн, смотри, я ему нравлюсь, – говорит Сильвия.

Финни отворачивается от меня и приседает на корточки рядом с ней. За последние несколько месяцев я достаточно повзрослела, чтобы напомнить себе, что я не знаю Сильвию как человека. Может быть, она очень хорошая.

Джейме и остальные подходят ко мне. Они уже успели получить от ярмарки все тридцать три удовольствия и хотят пойти обратно к Саше.

– Но я не хочу расставаться с Августой, – возражаю я.

– Ты дала ей имя? – спрашивает Джейме. Я киваю.

– Так, положи козла и ме-е-едленно отходи, – произносит Алекс, сложив руки на манер пистолета.

– Глупая шутка, – фыркаю я.

Джейме тянет меня за руку:

– Пойдем, мне жарко.

Я вздыхаю, целую Августу в макушку и кладу ее на сено. Когда ухожу, она бежит за мной, насколько позволяет привязь, и блеет.

– Ох, – вздыхаю я.

Джейме берет меня за руку и тащит за собой. Я снова оглядываюсь. Финни наклонился к Августе и чешет ее макушку.

Самую жару мы пережидаем дома у Саши, а потом, как раз перед закатом, возвращаемся в парк. Там мне придется попрощаться с остальными. Отец сказал, что уйдет с работы вовремя, чтобы посмотреть на фейерверки вместе с нами, и мама хочет, чтобы мы пришли туда, как настоящая семья. А если семья, то, значит, с нами будут и тетя Анджелина с Финни.

– Тебе пора идти? – спрашивает Джейме. Я киваю и быстро целую его в губы.

– Я буду по тебе скучать, – говорю я. Он так красив, что мне мучительно больно расставаться с ним даже до завтра.

– Позвони мне, когда будешь дома, – велит он и целует меня снова, на этот раз дольше. Я краснею от гордости и улыбаюсь. Прежде чем уйти, машу остальным; они тоже машут и смотрят мне вслед. Когда я оглядываюсь, все уже уходят.

*