Читать книгу - "Фотоателье господина Хирасаки - Санака Хиираги"

«Я не сдамся!» – сказала я себе.

* * *

День обещал быть жарким. Я перешла через реку по мосту, поднялась на насыпь и пошла вдоль заросшего берега, наблюдая, как качается на ветру тростник.

Руки мои вспотели за время долгого пути. Я несла карточки с картинками, которые так нравились детям.

Они, должно быть, заметили меня, потому что внезапно, обгоняя друг друга, побежали навстречу с радостными криками: «Сэнсэй! Сэнсэй!». Мы взялись за руки и дружно пошли по берегу. Мы гуляли вдоль реки и болтали, а когда подошло время музыкального занятия, я усадила детей в кружок, и под аккомпанемент гармоники мы запели игровую песенку «В соломенную шляпу положим… помидор!». Дети по очереди меняли слово «помидор» на название своего любимого фрукта, шумели и хихикали. Когда подошла моя очередь, я вместо названия фрукта спела слово «ёкан».

После занятия мы бегали взапуски, ловили насекомых, играли с листьями, плели венки из клевера. Звонкие детские голоса уносились в бескрайнее голубое небо.

Тем не менее одному воспитателю было очень трудно уследить за всеми детьми. Было проведено еще одно родительское собрание, на котором большинством голосов приняли решение о том, что из соображений безопасности родители, у которых есть свободное время, будут помогать воспитателю присматривать за детьми.

В дождливые дни мы ютились в чьей-нибудь квартире.

Каждый раз, когда я разговаривала с родителями, речь рано или поздно заходила о необходимости детского сада. Мы мечтали о своем помещении – пусть даже арендованном на время, где можно было бы укрыться от дождя и холодов.

Но мечты мечтами, а в послевоенной реальности все были заняты восстановительными работами и не находили средств, чтобы помочь. После введения новой иены инфляция стала заоблачной, древесины и других материалов не хватало. А то, что продавалось на черном рынке, стоило баснословных денег.

И хотя я с гордостью пообещала молодой Хисано-сан, что построю собственный детский сад, мне и самой лучше, чем кому-либо, было понятно, что это несбыточная мечта. Наш детский сад был крошечным, и пока даже не получил государственной лицензии.

И мне до сих пор продолжали задерживать зарплату.

Наступил сезон дождей, а значит, мы больше не могли играть на берегу. Вместо этого мы каждый день «одалживали» помещение у кого-то из родителей и ютились то у одной, то у другой семьи.

Когда в обычную комнату набивалось такое количество детей, в ней становилось практически невозможно передвигаться. Каждый раз, осматривая битком набитое детьми пространство, я говорила себе: «Надо потерпеть еще чуть-чуть. Когда-нибудь мы сможем снять нормальное помещение». Разумеется, я не знала, когда это произойдет и как долго придется мириться с нынешним положением. Все, что мне оставалось, – стараться проживать с пользой день за днем.

Позднее я узнала, что молодую Хисано-сан, которую так донимал наш шум, постоянно упрекала свекровь – за то, что она не может иметь детей. «У тебя ведь даже нет детей, что ты вообще знаешь об их воспитании?!» – ее слова больно задели меня тогда, но сколько лет такие замечания ранили ее саму?

Это был отвратительный день – небо было обычного для сезона дождей скучного серого цвета, воздух – теплый и влажный – казалось, прилипал к коже. С самого утра дул порывистый ветер. По прогнозу опять был дождь, и я присматривала за детьми в доме кого-то из родителей.

Глядя на детей, играющих с куклами на полу, я подумала, что сегодня они все какие-то вялые.

– Сэнсэй, я хочу спать, – сказал один из мальчиков.

Я потрогала его лоб и поняла, что у него температура. Несколько других детей тоже плохо себя чувствовали. Я решила, что это простуда.

Мама, пришедшая забрать своего ребенка, сказала, что это может быть кишечная инфекция, мол, она слышала, что сейчас все болеют. Я подумала, что это тоже вполне вероятно, но очень скоро выяснилось, что в действительности все намного хуже.

Это произошло сразу после того, как я отправила детей по домам. Я поблагодарила хозяев и уже собиралась уходить, но тут в панике прибежала женщина, у которой мы с детьми играли на днях. Оказалось, что их дедушка заболел и пару дней лежал в постели, а сегодня они отвезли его в больницу на обследование, где ему диагностировали дизентерию.

Я вдруг поняла, что и правда не видела этого дедушку уже несколько дней. Я-то думала, что он просто сидит дома, а вышло вон как.

У дедушки дизентерия.

Наши дети пользовались тем же туалетом, что и он.

Дизентерия начинается с лихорадки, за которой следуют сильные боли в желудке, понос и кровянистые выделения. Симптомы сохраняются в течение нескольких дней. Это заразная болезнь, она особенно опасна для маленьких детей – среди них инфекция распространяется очень быстро и нередко приводит к смертельному исходу.

Я испугалась, ведь именно дизентерия могла быть причиной высокой температуры и недомогания у наших детей. Наспех попрощавшись, я обежала членов правления родительской ассоциации и попросила их связаться с остальными родителями.

Из семи заболевших у двоих старших мальчиков были очень тяжелые симптомы. Состояние было настолько плохим, что их ни на минуту нельзя было оставлять без присмотра. Инфекция распространялась, и все больше детей заболевало.

Когда я представляла себе, что кто-то из них умрет, мне хотелось, чтобы это я, а не они, заразилась дизентерией.

На следующий день после первых случаев в больницу поступили три группы детей – всего десять человек с симптомами дизентерии. А еще через день – еще двое. В общей сложности девятнадцать человек, почти половина нашего детского сада.

Когда я узнала, что находившиеся в критическом состоянии мальчики вне опасности, я испытала такое облегчение, что чуть не упала в обморок. Вообще-то инкубационный период дизентерии составляет около пяти дней. У меня еще не было симптомов, но если маленькие дети с их слабой иммунной системой были заражены…

Короче, я была перепугана до смерти. Все, что мне оставалось, – это молиться.

Днем я помогала проводить тщательную дезинфекцию помещений, в которых мы с детьми побывали за эти несколько дней, а также домов заболевших. Родственники детей из нашего сада сдали кал на анализ. Районный медицинский центр и районная администрация пришли на помощь и предоставили для этого все необходимое.

В промежутках между дезинфекцией, помощью в больнице и посещением детей, выздоравливающих дома, мне редко удавалось хоть ненадолго заскочить к себе домой.

– Вы ужасно выглядите. Вам надо отдохнуть! – говорили окружающие.

Но как я могла отдыхать? Я так боялась, что кто-нибудь из детей умрет, что лежать дома без