Читать книгу - "Маяк на улице Рамбла - Льюк Оливерас"

улыбнулся, зная какой сюрприз ждет молодого человека. К тому же услышать обращение на «вы» от того, кто буквально вырос у него на глазах, казалось ему нелепым.

– То есть теперь ты со мной на «вы»? Да брось, я тебя помню еще головастиком…

– Прости, Исаак, я просто не понимаю, как теперь к тебе обращаться. Совсем запутался.

– Льюис, ничего не изменилось. Не будь глупцом. Ладно, иди, а завтра мы увидимся в назначенное время.

Немного расслабившись, художник ответил Исааку легким поклоном и развернулся, чтобы быстро спуститься по лестнице и покинуть здание. Он все еще не мог поверить, что Исаак хочет с ним поговорить. Если подумать логически, шансов на успех было мало, но, возможно, его настойчивость все же возымела какой-то эффект.

Отец Лауры взглянул на два письма в руке и вернулся домой, чтобы раздать их адресатам. Пришло время наступить на горло своей гордыне и навести мосты, чтобы начать все с нуля.

* * *

Ровно в десять Льюис постучал в дверь семьи Понс. Одетый в костюм, подаренный ему Алешом Мунтанером, он надеялся произвести наилучшее впечатление и ждал, когда ему откроют.

На этот раз на пороге вновь появилась служанка. Она улыбнулась, подмигнув юноше, и пригласила его пройти в библиотеку. Художник знал эту квартиру как свои пять пальцев. Добравшись до самой роскошной комнаты в квартире, он увидел Исаака за столом – тот заканчивал что-то писать.

Увидев юношу, властный глава семейства смягчил строгое выражение лица и, положив на стол перьевую ручку, поднялся и подошел к гостю.

– Доброе утро, Льюис. Следуй за мной, пожалуйста.

Юный Рос молча – из уважения и смущения – согласился и последовал за отцом семейства к выходу. Там мужчина накинул пальто, взял трость, с которой любил щеголять, подчеркивая свое благородное происхождение, и надел красивую соломенную шляпу.

– Пойдем, а то опоздаем, – сказал отец Лауры, прежде чем выйти из дома в сопровождении сына своего лучшего друга.

Без лишних вопросов и дешевых нравоучений они вышли на улицу и подошли к такси, которое предприниматель заказал специально для этого случая. И, устроившись внутри современного транспортного средства, они отправились в поистине волшебное место.

– Отвезите нас, пожалуйста, в Парк Гуэль, – распорядился Исаак Понс, к изумлению Льюиса, который еще никогда не бывал так далеко от центра города.

Из уважения юный Рос не стал спрашивать о причине этой поездки. Если отец Лауры захочет ему что-нибудь объяснить, он с радостью его выслушает, но ему претила сама мысль о том, что его могут счесть слишком навязчивым.

Путешествие к голому горному склону стало для Льюиса заветным странствием. Юный художник ни разу даже не воспользовался метро, чтобы добраться до таких кварталов, как Грасия, которые теперь постепенно поглощал растущий город.

Поднимаясь все выше и выше, оставляя позади ласковое дыхание Средиземного моря, художник наслаждался элегантностью и светом Пасео-де-Грасия, наблюдая, как зажиточные граждане прогуливаются по проспекту, созданному для досуга высшего сословия. Повсюду высились самые величественные и революционные для того времени строения. Исаак, видя восхищение юноши, позволил ему насладиться дорогой, оставив их предстоящий разговор до более подходящего момента.

Миновав квартал Раздора и удивительный дом Мила – творения обсуждаемого Гауди, – они пересекли Диагональ и углубились в Грасию. Эти улицы напоминали ему родной Пятый округ, хотя жители этого, казалось бы, современного поселения были совсем иного толка. Этот квартал находился в постоянном развитии – здесь здания в стиле модерн росли словно грибы после дождя, а балконы и витражи купались в солнечном свете.

Добравшись до площади Лесепс, они преодолели последний отрезок пути до ворот знаменитого Парка Гуэль, который еще четыре года назад был частным проектом, вдохновленным английской идеей «города-сада», которая так полюбилась могущественному графу Гуэлю.

Несколько месяцев назад городской муниципалитет приобрел парк, чтобы открыть его для публики, и Исаак решил воспользоваться этим визитом, чтобы обсудить важный вопрос с юношей. В этом райском саду были запрещены пикники, трапезы, легкие закуски и костры, но посетители могли насладиться природой и гениальной архитектурой.

Подъехав к главному входу в парк и прежде чем выйти из автомобиля, Льюис пришел в изумление при виде небольших зданий, возвышавшихся у входа. Они будто сошли со страниц сказки о Гензеле и Гретель. Он в жизни не видел ничего подобного и почувствовал желание достать альбом и запечатлеть это волшебное видение. Однако присутствие Исаака остановило его, ведь он понимал: они приехали так далеко отнюдь не для того, чтобы делать зарисовки или предаваться творческим порывам.

– Возвращайтесь через полтора часа, пожалуйста. Я оплачу время ожидания и всю поездку целиком, – сказал Исаак таксисту, и тот с радостью согласился на предложение. Эта поездка сулила ему заработок за весь день.

Когда все было улажено, предприниматель и художник вышли из такси и отправились на приятную прогулку. Внутреннее пространство парка было еще великолепнее, и, предавшись созерцанию, они стали обходить наиболее благоустроенные участки, прогуливаясь по тропинкам, которые вели к площади Природы. Гауди вдохновлялся популярной поговоркой: как и в Риме, все дороги здесь вели в одно место.

Погрузившись в теплую атмосферу иной реальности, они любовались павильонами у входа, тремя фонтанами на лестнице, ведущей к гипостильному залу, и гротом «слоновья пещера», когда-то служившим стоянкой для экипажей. Выйдя на обширную площадь с песчаным полом и извилистыми скамьями, украшенными мозаикой в стиле тренкадис, они присели, чтобы взглянуть на раскинувшуюся внизу Барселону. Этот необъятный город был их домом, и его улицы однажды должны были стать свидетелями их кончины. Этому пространству было отдано их сердце, и именно в нем они оба пустили свои корни.

И вот, когда они расслабились и поняли, что готовы к любому развитию событий, настал момент истины и полной откровенности.

Льюис предчувствовал, что новости окажутся ему не по душе. Все усилия со стороны Исаака говорили лишь об одном – он хотел смягчить предстоящий удар. И не прогадал, ведь этот волшебный мир, расположенный всего в нескольких километрах от дома, вознес художника на седьмое небо. Поэтому, смирившись с неизбежным, он пытался запомнить детали пейзажа, чтобы потом перенести их в свой альбом. Он собирался извлечь из этой прогулки хоть что-то положительное.

Пока Льюис предавался тревожным мыслям, Исаак решил перейти к делу. Пришло время раз и навсегда покончить с этим неприятным семейным раздором.

– Полагаю, ты гадаешь, зачем я привел тебя сюда, – сказал Исаак, и в его голосе звучали спокойствие и теплота.

Сын его лучшего друга кивнул, стараясь не выказывать беспокойства.

– Думаю, речь пойдет о Лауре…

– Все верно. Льюис, так больше продолжаться не может. По-моему, пришло время найти выход из вашего положения.