Читать книгу - "Маяк на улице Рамбла - Льюк Оливерас"

Кто бы ни правил на небесах – Льюис теперь был в долгу перед ним.

– Что ж, тогда вопросов нет. Если позволите, мне кажется вполне логичным закрыть одно предприятие, чтобы открыть новое. И думаю, киоск доставит радость всем. К тому же я по-прежнему живу неподалеку, так что до нового места работы мне будет даже удобнее добираться.

Лаура и Льюис восприняли слова Пабло как безоговорочное «да» и продолжили обсуждение вопроса, чтобы выработать четкий план действий.

Общая радость сливалась в едином порыве, а желание возродить старую семейную мечту все глубже проникало в души последних свидетелей той золотой эпохи.

* * *

Нотариус мерзкого Диего Мартоса неохотно принял Льюиса Роса в своем офисе в фешенебельной части Пасео-де-Грасия, чтобы сообщить дурные новости. Неподалеку от Квартала Раздора и Рамблы Каталонии юрист, ответственный за переоформление лицензии, был вынужден отклонить предложение Льюиса Роса. Продавец в последний момент отказался, сославшись на возможные юридические последствия, хотя на самом деле это была уловка, чтобы выжать из семьи Рос Понс побольше денег. Диего Мартос был одним из тех местных торговцев, которые разбогатели на торговле спиртным, и прекрасно знал, как заставить нужного человека раскошелиться.

По словам нотариуса, его клиент опасался нарушить закон, передавая лицензию в субаренду на оставшийся срок, и в последний момент отказался от сделки.

– Послушайте, мы оба знаем, что дело в сумме, а не в страхе перед юридическими формальностями. Давайте прекратим этот спектакль – просто скажите, сколько он хочет за лицензию. Вы же меня понимаете, сеньор Баланья? – сказал Льюис, привыкший к закону улиц и с первого дня почуявший проблему. В этом отношении наследник Росов был стреляным воробьем.

Нотариус взглянул на него поверх очков, мельком проверил документы и без лишних церемоний перешел к реальной сути переговоров:

– Мой клиент готов пойти на риск за дополнительные пятьдесят тысяч песет. Наличными и помимо уже оговоренных в договоре двухсот пятидесяти тысяч.

Льюис пристально посмотрел на него, не собираясь сдаваться. Внутренний голос уже предупреждал его о такой возможности еще в тот день, когда они с Мартосом встретились лично, так что новые условия не стали для него неожиданностью.

– Я готов рассмотреть это предложение, но только с условием письменной гарантии по доплате. И платеж должен идти отдельно от общей суммы, чтобы в случае чего их можно было вернуть.

– Конечно, это можно обсудить, – бросил нотариус, привыкший к сделкам, которые заключались под столом и без рукопожатий. Недаром он получал неплохую долю за успешное проведение таких переговоров.

– Дайте мне пару недель, и я сообщу вам мое окончательное решение. Платить триста тысяч песет за лицензию – настоящий грабеж. Вы имеете дело не с каким-то нуворишем. Я прекрасно понимаю, когда меня пытаются обвести вокруг пальца, – заключил Льюис, поднимаясь и направляясь к выходу. – Не беспокойтесь, я знаю, где выход.

И без лишних слов Льюис Рос покинул нотариальную контору с ощущением, что лицензия уже у него в кармане. То, что произошло в кабинете, было частью жестких переговоров, начавшихся с несвоевременного предложения о покупке, которое продавец даже не рассматривал. Когда хочешь приобрести что-то, что не продается, нужно четко понимать: единственное оружие для заключения сделки – это деньги. В таких случаях эмоции всегда отходят на второй план.

Оказавшись на Пасео-де-Грасия, глава семейства Рос Понс сел в такси и направился на фабрику в Побленоу, чтобы рассказать о случившемся Лауре. Подобные решения требовали обоюдного согласия.

* * *

Когда Лаура услышала новые условия, ее бросило в жар. Кабинет хорошо проветривался, но нанесенное их семье оскорбление сыграло с ней злую шутку.

От чувства полной беспомощности она выругалась, да так громко, что ее ругательство донеслось до цеха, где работницы переглянулись, встревоженные реакцией начальницы, всегда сохранявшей самообладание. Было очевидно, что в кабинете решается щекотливый вопрос.

– Чертов мерзавец!

Льюис пристально посмотрел на супругу, надеясь успокоить ее. Он понимал ее гнев, но разве можно ценить по-настоящему то, что достается без труда?

– Мы же предполагали такой поворот, любимая. Нам разве когда-нибудь удавалось что-то сделать с первой попытки? Такие типы зарабатывают на жизнь, выжимая деньги и спекулируя на потребностях или надежде покупателей. Давай успокоимся и хорошенько все обдумаем… Не стоит расстраиваться.

Лаура с пониманием кивнула, услышав слова супруга. В пятидесятые годы умение вести переговоры, безусловно, было сродни искусству, особенно когда страна еще не оправилась после разрушений Гражданской войны. Все пытались обеспечить себе хоть какой-то минимум на случай нового конфликта. И в Барселоне, как и во всей Испании, все еще процветали мошенничество и подлость.

– Дорогой, это твоя мечта, а теперь и наша общая. Сумма значительно увеличилась, но киоск может принести нам столько радости. Знаешь, в конечном счете мы ищем того же, что и наши родители с займами: не высокую прибыль, а радость и увлеченность.

Льюис кивнул. Его супруга была права: именно к этому они и стремились. Дело было не в деньгах, а в готовности идти на поводу у человека, который стремится выжать максимум из своего положения. Нотариус дал ясно понять, что никаких сюрпризов в последний момент не будет и что, заплатив триста тысяч песет, они станут владельцами маяка «Каналетас». Если рассуждать объективно, эти мошенники просто пытались урвать себе кусок побольше в рамках допустимого на переговорах.

– Вопрос – где взять дополнительные средства, хотя думаю, я нашел выход, и нам не придется трогать остальные активы и сбережения.

Лаура, не желавшая опускать руки, с интересом спросила Льюиса:

– И что ты придумал?

– Если мне удастся отыскать Алеша Мунтанера, торговца, который занимался моими работами, я мог бы попросить его продать оставшиеся у меня портреты и рисунок Пикассо. Возможно, получится круглая сумма.

Лаура недовольно всплеснула руками. Оставшиеся у Льюиса портреты были самыми личными и бесценными. Драгоценное сокровище, на котором была запечатлена вся семья, собравшаяся у киоска. Свидетельство ушедшей эпохи, устоявшее перед забвением.

– Ты очень дорожишь этими рисунками, любимый. Нужно найти другой выход или оставить эту затею. Мы, по крайней мере, попытались, а это уже немало.

Погруженный в раздумья, Льюис взял инициативу в свои руки. Мечта превратилась в насущную потребность. Он не собирался вновь отступать и отказываться от своего жизненного предназначения. Ему просто нужно было решить, как собрать деньги и нанести решающий удар.

– Мы не вправе просто так сдаваться. Лицензия на киоск изменит нашу жизнь. Это пойдет на пользу всей семье и поможет Антони повзрослеть. Пятьдесят тысяч песет – приемлемая сумма, если рассматривать ее как вложение в новый источник дохода. Я уверен, что смогу возродить