Читать книгу - "Вольный лекарь. Студент. Том 7 - Сергей Витальевич Карелин"

с Павлом и малышом, чтобы еще раз поблагодарить. Женщина показала мне спящего Степку, который улыбался во сне.

Чуть позже, когда мы добрались до дома и, переодевшись, сели за стол с чашками горячего чая, Вера задумчиво проговорила:

— Даже не думала, что вино может так сильно испортиться. Кто тебе его подарил?

— Уже не помню, Верочка, — пожал он плечами. — Не бери в голову. Скорее всего, пробка пропускала воздух или при производстве была нарушена технология. Главное, что все закончилось хорошо.

— Это все Степа. Его знаки нам помогли, — Вера положила свою пухлую руку на мою и тепло посмотрела мне в глаза. — Спасибо.

— Ты права. Без Степы туго бы пришлось, — лекарь улыбнулся мне. — Не устаю благодарить судьбу за то, что она свела нас вместе.

— Согласен. Я тоже ей благодарен за это, — кивнул я. — Вы стали для меня близкими людьми.

Вера так расчувствовалась, что даже пустила слезу. Мне же не терпелось обсудить с лекарем случившееся, но я понимал, что при Вере мы должны молчать. Только когда чай был допит, женщина убрала со стола, пожелала нам доброй ночи и поднялась к себе.

— Вино не испортилось, а было отравлено, — вполголоса сказал лекарь.

Он посуровел, и в его глазах плескалась злость. Я в первый раз видел его таким.

— У вас есть предположения, кто мог его вам подарить?

— Я вспомнил, кто привез мне это вино, — кивнул он, невидящим взглядом уставившись перед собой. — Вот она — благодарность. Но за что? Что такого я ему сделал?

— Кому?

— Ярову, — лекарь так тяжело вздохнул, будто на него разом навалились все тяготы этого мира. — Весной он был в поездке по Европе. Оттуда и привез. Еще говорил, что вино редкое и стоит дорого, поэтому я должен один его выпить. Вот ведь… убийца.

— Но… Если это правда, то я ничего не понимаю, — покачал я головой, глядя на задумавшегося лекаря. — Вы ведь дружите. Я видел, с каким теплом он относится к вам и Вере.

— Никогда не знаешь, что в голове у гениев. Может, он захотел испытать на мне свой экспериментальный препарат? — Анатолий Ренатович даже будто сильнее постарел от такого предательства.

Лицо осунулось, в глазах плескалась безысходность и обида. Мне стало очень жаль его. Он точно не заслуживает такого отношения.

— Экспериментальный препарат? Раньше такое уже бывало? — заинтересовался я.

— А то! — воскликнул он и тут же метнул взгляд в сторону лестницы. — Как я уже говорил, мы стоим всего лишь на пороге такой сложной науки, как медицина, не способны исцелять от многих болезней, и наши методы очень ограничены. Он, как и многие ученые мужи, всю свою карьеру только и делал, что пытался создать новые лекарства и испытывал их на людях, часто не предупреждая об этом. Но не все его эксперименты заканчивались хорошо, — Анатолий Ренатович глубоко вздохнул и устало привалился к высокой спинке стула.

— Расскажите об этом поподробнее.

— Я знаю только о некоторых из них и только с его слов, ведь сам я всю жизнь проработал в больнице, а не занимался наукой, как он. Яров мне рассказывал о порошке, который, по его мнению, должен быстро останавливать кровь. При создании порошка он использовал болотные травы и толченые камни. Какие именно, я уже не помню, но каждый по отдельности хорошо впитывал жидкости, — лекарь почесал затылок, задумчиво глядя на меня. — Нет, не вспомню, стар стал — память подводит.

— И? Создал такой порошок? — с нетерпением спросил я.

— Создал и испытал на крестьянах, которые попадали в больницы с ранениями. Кровь, действительно, быстро сворачивалась и переставала течь, но последствия такого лечения оказались ужасны. У всех подопытных начиналась гангрена. Некоторые лишились конечностей, а некоторые — жизни.

— И как же Яров был наказан?

— Никак. Жертвам выплатили какие-то компенсации, и на этом все. А порошок доработали и начали использовать. Оказывается, все дело было в том, что болотные травы не обрабатывали и сушили на низких температурах. Как только технологию изменили, средство заработало так, как должно. Вообще-то Яров много полезного сделал для медицины, но кое-какие его эксперименты приводили к необратимым последствиям… Как же трудно разочаровываться в близких людях. Вот за что он так со мной? — лекарь с тоской посмотрел на меня.

— Предлагаю не торопиться с суждениями и сначала все выяснить.

— О чем можно говорить с человеком, который хотел меня отравить? — упавшим голосом проговорил он.

— Не мешало бы узнать, какую цель он преследовал и зачем ему это надо, — я поднялся с места. — Пойдемте к нему прямо сейчас.

— Но ведь время уже…

— Такие вопросы нужно решать оперативно, и необходимо как можно быстрее во всем разобраться. Тем более из-за этой бутылки чуть не умерли в одночасье почти десять человек.

— Ты прав, — Анатолий Ренатович решительно кивнул и поднялся на ноги. — С собой возьмем бутылку с отравой и сначала предложим выпить с нами. Посмотрим, как он отреагирует.

Стараясь не шуметь, чтобы не разбудить женщину, мы вышли на улицу и бодро зашагали в сторону усадьбы Ярова. Луна освещала нам дорогу, сонные собаки лениво брехали вслед.

— Я видел, как вы общаетесь с Яровым. Георгий Захарович вас явно уважает и хорошо относится к Вере, поэтому я не могу поверить, что он хладнокровный убийца, — прервал я затянувшееся молчание.

Лекарь был весь в себе и смотрел только под ноги, изредка тяжело вздыхая.

— Но ведь это он принес вино. Еще хвастался, что такую бутылку в империи днем с огнем не отыщешь, поэтому я должен радоваться, что смогу попробовать такое дорогое и редкое вино. А я не любитель сладкой выпивки, поэтому убрал бутылку в подвал и совсем забыл о ней, и только сегодня, когда увидел, вспомнил.

— Мог кто-то пробраться в ваш подвал и отравить вино? — на всякий случай уточнил я.

— Нет. Да и кому это нужно? — удивился он. — Я человек маленький, врагов у меня нет. Никому поперек дороги не вставал, никому зла не делал.

Я был с ним согласен, ведь за то время, что мы знакомы, успел прекрасно изучить его натуру: добрый, сердобольный, сострадающий.

Мы вышли за пределы деревни и двинулись по узкой проселочной дороге, которая вела прямо к усадьбе.

— Вы говорили, что Яров мог отравить вино в целях эксперимента. Почему вы так решили? Подобное уже бывало?

— Да, было, — кивнул он. — Лет пять назад подлил мне в чай свое