Читать книгу - "О крови и проклятиях - Кортни Уимс"

Я беру поданный к ужину бокал вина и делаю неспешный глоток, откинувшись на спинку стула: — Я не обязана перед тобой отчитываться.

Насколько ему известно, Арчи пошёл за мной, чтобы помешать мне уйти. И именно тогда мы наткнулись на мятежников и попали в плен. Ему ни к чему знать об отношениях Мелайны и Арчи или о том, что Арчи ушёл из-за неё. Это лишь убедит Сетана в том, что Арчи слаб. А любовь — это не слабость.

Я опускаю бокал обратно на стол и скрещиваю руки на груди: — Суть в том, что никто из нас не погиб. Так что твоя головомойка бессмысленна. Будешь хлестать нас словами, когда мы провалимся.

— Вот этого ты и не понимаешь! Вы обречены на провал, если идёте на столь неоправданный риск. Сбегать было верхом глупости! И ради чего?

— Сбежала не она. — Арчи поднимается со своего места через пару стульев от меня, по-прежнему перенося вес тела на здоровую ногу.

Я испепеляю его взглядом, надеясь, что если буду смотреть достаточно свирепо, он сядет обратно и прикусит язык. Но он переводит взгляд с меня на Сетана так спокойно, словно перед ним пара неразумных детей.

— Сбежал я, — признаётся Арчи.

Мелайна на противоположном конце стола опускает голову, ковыряя вилкой в тарелке — с таким видом, будто мечтает провалиться сквозь землю в другую вселенную.

— И по какой же причине? — с вызовом спрашивает Сетан, хотя по тому, как он вскидывает подбородок, я чувствую: он и так всё знает.

— Потому что мне было больно… — Арчи бросает взгляд на Мелайну; его уверенность тает с каждой секундой, пока она отказывается поднять глаза, пока всё его внимание окончательно не приковывается лишь к ней: — Мелайна, пожалуйста. Пожалуйста, просто посмотри на меня.

Она моргает, поджимая губы, прежде чем наконец с усилием оторвать взгляд от своей тарелки и посмотреть на него. В её карих глазах блестят слёзы.

Он слегка подаётся к ней через стол: — Я люблю тебя. Я влюблён в тебя без памяти. И если ты больше ничего ко мне не чувствуешь — просто скажи.

— Не чувствует, — рычит Сетан.

Арчи с грохотом опускает кулак на стол, выхватывает столовый нож со своей салфетки, ловко перехватывает его пальцами и направляет остриё прямо в грудь Сетану: — Закрой рот. Сейчас не твоя очередь.

Я вздрагиваю от ледяной серьёзности в его голосе, но в груди вскипает горячая гордость. Тень усмешки трогает мои губы при виде чистого, немого шока, застывшего на лице Сетана.

Арчи снова приковывает взгляд к Мелайне и шепчет: — Я справлюсь с этим. Просто скажи мне в лицо, что не любишь меня, и я оставлю тебя в покое. Я отпущу тебя.

Мелайна отчаянно мотает головой, её грудь тяжело вздымается и опускается; она переводит полный муки взгляд с Сетана на Арчи и обратно, а затем резко вскакивает из-за стола: — Я не могу, — срывающимся голосом бросает она и бросается к выходу.

Сетан делает движение подняться, но Арчи с размаху вонзает нож в деревянную столешницу. Не отводя от Сетана давящего взгляда, он предупреждает: — Нет. Ты останешься здесь. Тебя это не касается.

И затем спешит вслед за Мелайной.

Когда тишина повисает над нашим столом, а Сетан — поразительное дело — подчиняется приказу Арчи, я поворачиваюсь обратно к командующему: — Что тебе известно о реликвиях богов? Женщина, которая нас схватила, упоминала их, а ещё требовала сказать, где «Книга магии». Вы взяли кого-нибудь из выживших для допроса?

Карие глаза Сетана подозрительно щурятся на меня. Но он всё же отвечает: — Нет, выживших не осталось. Твой драконий огонь испепелил всех до единого. А что касается реликвий богов… — Он опускает взгляд на свой бокал и рассеянно ведёт средним пальцем по ободку. — Никогда о них не слышал. А «Книга магии» давно потеряна. Столько лет прошло, что и не сосчитать.

ГЛАВА 53. КАК БУДТО НЕНАВИЖУ ТЕБЯ

— Ты в бешенстве, — замечает Дэриан.

Я замираю, прерывая расплетение косы, затем встряхиваю пальцами, чтобы ослабить пряди. Я не уверена, на кого мне злиться: на Мелайну — за то, что не способна постоять за себя, или на Сетана — за то, что возомнил, будто имеет право распоряжаться её личной жизнью. Не говоря уже о том, что Арчи — потрясающий человек. И я думаю так не просто потому, что он мой лучший друг, а потому, что это чистая правда. Он заслуживает всего счастья, какое только может предложить ему этот мир, и если источник этой радости — Мелайна, а она чувствует то же самое, не должно быть ни единой причины держать их порознь.

Да уж, я совершенно точно в бешенстве от Сетана.

Особенно если вспомнить все прошлые грехи Сетана передо мной. Пытки Дэриана. Признание в том, что он видел, как мальчишку избивал отец, и пальцем не пошевелил, чтобы вмешаться. Бесконечные нападки на Арчи, хотя тот приносит нашему отряду неоценимую пользу, — лишь потому, что он считает, будто парень недостоин его дочери, называя его «слабым». Сомнения во многих моих решениях — ведь меня он тоже считает «слабой».

— Потрясающая наблюдательность, — бормочу я наконец в ответ Дэриану, перебрасывая волосы за спину и распуская шнуровку на сапоге.

— Вымести это на мне, — вкрадчиво шепчет Дэриан.

Я вскидываю на него взгляд сквозь завесу упавших на лицо волос, отшвыриваю сапог в сторону и принимаюсь снимать второй: — Каким же образом?

Он усмехается: — Каким пожелаешь.

Я моргаю и выпрямляюсь во весь рост; злость всё ещё пульсирует в моих венах — густая, точно кровь. Имеет смысл продолжить наши тренировки… верно? Если у нас есть время лишь до самой тёмной ночи, чтобы свергнуть короля, мне нужно стать острейшим клинком из всех, что можно выковать. А направить все дурные чувства в полезное русло кажется почти освобождением.

Он в точности угадывает ход моих мыслей: — Ты уходишь и тренируешься сама каждую ночь, даже без своей Марджи. Но я всё ещё здесь. И… — Он переводит взгляд на бутылки на столе с хитрой усмешкой. — Я всё так же люблю выпивку. Так что поступим вот как. Мы продолжим соблюдать наш хрупкий уговор: обмен уроков на пойло. Ты в выигрыше, и я в выигрыше.

Я прикусываю губу, взвешивая заманчивое предложение и косясь на выстроившиеся бутылки. Не научи он меня направлять собственную ярость и фехтовать левой рукой — кто знает, сумела ли бы