Читать книгу - "О крови и проклятиях - Кортни Уимс"

вырывает нас обоих из объятий. Тёмные тени крадучись надвигаются сквозь чащу; блеск обнажённого металла вспыхивает в косых лучах солнца между соснами.

— Беги, — шепчет Арчи и силой отталкивает меня назад.

ГЛАВА 51. РЕЛИКВИИ БОГОВ

У меня нет времени раздумывать, почему мы бежим, но даже будь оно у меня, масок на лицах и обнажённого оружия, замеченных краем глаза, с лихвой хватает, чтобы сорваться с места. Мы переходим на бег; подмёрзшая земля хрустит под подошвами сапог, а топот тяжёлых шагов преследователей звучит совсем близко за спиной. Оторваться от них нам не удастся. А оружия у меня нет вовсе.

Мне нужна помощь! — зову я Дэйшу.

Да как и всегда… — насмешливо начинает она, но тут же улавливает животный страх в моих мыслях: Где ты?

К югу от Эвердена, с Арчи! За нами погоня!

Арчи намертво вцепляется в моё предплечье и неожиданно дёргает меня вправо. Мы заваливаемся вперёд, когда земля под ногами резко уходит вниз, обрываясь крутым склоном. Затормозить и удержаться от падения мы не успеваем.

Арчи выпускает мою руку, и мы кубарем катимся по склону вниз; каждый ухаб глухо бьёт по груди, спине и ногам. Я закрываю голову руками, защищаясь от ударов, пока падение наконец не замедляется. Когда я открываю глаза, распластавшись на спине, надо мной кружится бешеный калейдоскоп древесных крон и мутного серого неба.

Я с усилием поворачиваю голову влево и вижу Арчи: он лежит ничком, уткнувшись лицом в землю, глаза закрыты. Приближающийся топот сверху заставляет меня вскинуть взгляд на гребень склона.

— Арчи! — шепчу я, тряся его за плечо. — Вставай! Надо уходить!

Его веки тяжело приподнимаются, у уголка глаза уже наливается тёмный синяк: — Что…

— Подъём! — кряхчу я, отрывая себя от земли и подсовывая руку ему под грудь.

— Выходите! — доносится издали мужской окрик. — Вас двое, нас двенадцать. Силы слишком неравны. Сдадитесь по доброй воле — никто не пострадает. Обещаем.

От его глумливого, нарочито добродушного тона у меня стынет кровь.

Я не верю ему ни на грош. Это наверняка мятежники. Впрочем, на краю обрыва я пока никого не вижу. Но это лишь вопрос считаных секунд.

Я резко поворачиваюсь к Арчи, а он еле шевелит руками, пытаясь упереться в землю.

— Я… я ступню не чувствую, — стонет он, пробуя приподняться, но тут же кривится от резкой боли и хватается за левую ногу.

Проклятье.

Я помогаю ему перевернуться на спину, перехватываю его ладонь и рывком вздёргиваю на ноги. Он бережёт левую ногу, не опуская её на землю. Но стоит мне поднять глаза к гребню, как среди деревьев уже мелькают фигуры в масках. Они подбираются ближе, чтобы осмотреть нижнюю часть леса, где мы укрылись.

Закинув руку Арчи себе на плечо и приняв его вес на себя, я тащу нас к густой поросли сосен, заросшей кустарником. Мы проламываемся сквозь заросли, сдавленно охая, пока колючие ветви в кровь полосуют ноги.

— Вы испытываете наше терпение! — кричит один из мятежников.

Я сожру их, — рычит Дэйша. Сидите тихо. Я зайду со спины и ударю внезапно.

Не подлетай слишком близко! У них может быть драконий клинок!

Никакой драконий клинок меня не остановит.

Не время для спеси! — Я сдёргиваю Арчи на землю под прикрытие массивного древесного ствола. Воздух со свистом вырывается из его лёгких от тяжёлого удара.

— Тс-с, тише, — шиплю я, приваливая его спиной к дереву.

Он стискивает зубы, впиваясь пальцами в бедро, будто надеясь заглушить боль. Когда я тянусь осмотреть его ногу, он отбивает мою руку: — Нет. Не надо. Если я увижу её, станет только больнее.

Я осторожно выглядываю из-за ствола, осматривая гребень и лес наверху. Движения не видно. — Кажется, они прошли мимо.

Я радуюсь слишком рано. Отряд людей в масках выныривает из-за сосен — уже на одном ярусе с нами. Их оружие холодно поблёскивает на солнце. Глухие чёрные металлические маски оставляют открытыми лишь прорези для глаз.

Я отшатываюсь обратно за дерево, опускаясь рядом с Арчи и отчаянно стараясь усмирить колотящееся сердце.

Глаза Арчи распахиваются от ужаса при виде моего лица: — Чт…

Я прижимаю палец к его губам. Единственный признак чужого приближения — жуткое, нарастающее давление на коже. Палец за пальцем стянув перчатки, я затыкаю их за пояс и с силой вжимаю ладони в землю. Стоит мне потянуть магию сквозь почву, как внезапный вихрь взметает мои волосы, бросая их мне на лицо. Жидкий жар обжигающей волной несётся вверх по рукам.

— Она здесь! Живее! — вопит кто-то. — Она вытягивает!

Арчи выхватывает пару кинжалов с пояса и резко вскидывается на колени. Развернувшись к стволу, он выскальзывает из-за укрытия и метко швыряет один кинжал в наступающих мятежников. Отчаянный вопль свидетельствует об удаче. Какое же счастье, что рядом со мной один из самых метких метателей клинков среди солдат.

Стиснув зубы, я вырываю синие сполохи из грязи под пальцами и нетвёрдо поднимаюсь на ноги. Едва удерживая контроль над магией, я чувствую, как дрожат колени. Обливаясь потом, я сминаю призрачные нити в плотный клубок — точь-в-точь как Мардж учила меня теми глухими ночами. Я закручиваю его плавными круговыми движениями, пока он не обращается во что-то до боли знакомое.

Драконий огонь.

Арчи ныряет обратно за ствол дерева, и долю секунды спустя летящий топор срубает увесистый кусок коры, со стуком врубаясь в землю в десяти футах позади нас.

— Когда… я… швырну его… — задыхаясь, цежу я и бросаю взгляд на Арчи, — беги… изо всех сил… к Дэйше…

Его пальцы до белизны сжимают рукоять кинжала в правой руке, пока левая уже тянется ко второму клинку на поясе: — Даже не надейся, Кэт.

Словно по команде, яростный рёв Дэйши раскатывается по лесу, заглушая чей-то истошный крик. Арчи снова выглядывает из-за дерева и швыряет оба кинжала один за другим. И теперь я уже отчётливо слышу дробный грохот сапог преследователей прямо по кустам.

Я выскальзываю с противоположной стороны дерева, неся перед собой шар драконьего огня — теперь уже шириной с мои плечи, — и как раз в тот миг, когда я собираюсь метнуть его в толпу, страшный удар сбоку обрушивается мне на голову.

Всё мгновенно гаснет во тьме.

Чувства медленно и неохотно возвращаются ко мне. Моё тяжёлое дыхание отдаётся в ушах, тупая пульсирующая боль стягивает череп железным обручем.

— Ты ведь не убил её? — шипит женский голос, и следом что-то круглое и острое болезненно тычет меня под рёбра.

— Нет, моя госпожа, — отзывается грубый голос. — Только вырубил.