Читать книгу - "Тени во времени - Джули МакЭлвен"

— Неудача, — подсказал герцог, потирая подбородок и обдумывая слова Малдуна. — Выходит, конкуренты мистера Флетчера внезапно начинали страдать от удивительного невезения.

Репортёр кивнул.

— Если не пожар, то вандалы, портившие чаны, машины, бочки с элем. — Почти рассеянно он взял ещё ломоть хлеба и разломил его пополам. — Таковы истории, которые мне рассказывали.

«Мафиозные методы», — подумала Кендра.

— А что насчёт убийства, о котором вы упомянули?

Глаза Малдуна похолодели.

— Это случилось в таверне Флетчера, пристроенной к его лондонской пивоварне. По-видимому, ему не понравились слова одного посетителя. Они подрались. Флетчер разбил бутылку и заколол беднягу осколком.

— Боже правый! — Герцог ужаснулся. — Почему этот человек не сидит в Ньюгейте? Или не сослан на каторгу? Его должны были обвинить!

— Преступление случилось больше десяти лет назад. Местный мировой судья его расследовал, но обвинения не предъявили. Якобы ссора вышла из-под контроля. Хозяин таверны и несколько свидетелей под присягой заявили, что погибший уличный торговец сам был склочным человеком и спровоцировал Флетчера. Утверждали даже, что бутылку разбил сам покойный, а Флетчер сумел выхватить её у него. Он только защищался. — Губы Малдуна искривились в злой усмешке. — Во всяком случае, так говорили.

— Вы быстро поработали, мистер Малдун, учитывая, что об убийстве узнали лишь вчера, — заметила Кендра. — Впечатляет.

Он улыбнулся.

— Могу сказать о вас то же самое, мисс Донован. Только вчера утром вы узнали, что мистер Паско исчез, а к вечеру уже нашли его и теперь ведёте расследование. — Он замялся и с несколько смущённой откровенностью добавил: — Я не настолько впечатляющ, как вам кажется.

— Ну так расскажи, — саркастически буркнул Сэм.

Малдун не обратил на него внимания.

— О Флетчере я слышу не первый год. А когда его имя всплыло в связи с пивоварней Барретта…

— Вы заинтересовались настолько, что пришли сюда, — закончила Кендра. Она отодвинулась от стола и пересекла комнату. Взяла неровный кусочек грифеля и дописала в список подозреваемых имя Оскара Флетчера.

— Почему там имя миссис Гейвенстон? — спросила Ребекка, разглядывая доску. — Вы ведь не можете всерьёз подозревать её в убийстве?

Кендра задумчиво повертела грифель и посмотрела на подругу.

— А почему не могу?

Ребекка растерялась.

— Ну потому что… потому что именно она забила тревогу по поводу исчезновения управляющего. Зачем ей добиваться, чтобы его нашли, если она сама его убила?

— Одно вовсе не исключает другого. Подумай. Коттедж на землях сквайра Преббла стоит далеко от людей. Кто-нибудь должен был случайно наткнуться на тело Паско. Сколько бы это заняло? Дни, недели, месяцы. И всё это время родители Паско сходили бы с ума, не зная, что стало с сыном.

Кендра вспомнила дела об исчезнувших детях, над которыми работала. Не знать, что случилось с ребёнком, — сущий ад для родителей. Они словно застревают в замкнутой петле, бесконечно мечась между надеждой и отчаянием.

— Если миссис Гейвенстон убила управляющего, возможно, она не захотела обрекать родителей на такое, — тихо пояснила Кендра.

Сэм почесал нос.

— Ага, я понимаю, почему она могла захотеть, чтобы его нашли. Но не понимаю, зачем убивать. Думал, она к парню привязана.

Кендра слабо улыбнулась, хотя ничего весёлого в этой мысли не было.

— Люди постоянно убивают тех, кто им дорог. Иногда даже тех, кого, по их словам, любят. — Она помолчала, давая словам подействовать, и продолжила: — Миссис Гейвенстон была последней, кто разговаривал с Паско перед его уходом с пивоварни. И они поссорились.

— Именно! — Ребекка указала на Кендру пальцем. — Она сама рассказала об их споре. Если бы миссис Гейвенстон убила Паско, разве не было бы ей выгоднее промолчать?

— Она преуменьшила значение случившегося. Назвала его разногласием.

— И всё-таки…

— Миссис Гейвенстон не глупа. Она должна была понимать, что другие могли видеть или слышать ссору. Если бы она ничего не сказала, а мы узнали о конфликте, у нас появились бы подозрения. Она выглядела бы виноватой, словно пыталась скрыть правду. Но упомянув о споре, хотя и преуменьшив его, она заранее обезвредила эту улику.

Сэм посмотрел на неё.

— Думаешь, она пошла за ним в коттедж, чтобы убить?

Кендра покачала головой.

— Вспомни место преступления. Мы не имеем дела с заранее спланированным убийством. Если это была миссис Гейвенстон — и напомню всем, что это лишь предположение, — она могла последовать за ним, чтобы продолжить разговор или уговорить его. Так представляется вероятнее. Свидетели говорили, что он сам ушёл с пивоварни, а миссис Гейвенстон окликала его и пыталась вернуть. Значит, она могла прийти в коттедж в надежде уладить разногласия. Но они снова поссорились…

— И она всадила в него нож, — закончил Малдун.

— Если виновата миссис Гейвенстон — а это очень большое «если», — не думаю, что она намеревалась ударить его ножом, — подвела итог Кендра.

— Она не намеревалась ударить его пять раз? — Алек и не пытался скрыть скепсиса.

Кендра пожала плечами.

— Такое бывает. Мгновение ярости, а когда человек опомнился, Джереми уже лежал на полу, умирая или мёртвый. Потом приходит раскаяние. И она понимает, что его могут никогда не найти. Не похоронить как следует. Родители так и не узнают, что с ним случилось.

— Это стало бы для них адом, — тихо сказал герцог.

На краткий миг воцарилась напряжённая тишина. Малдун озадаченно нахмурился: он единственный в комнате ничего не знал о Шарлотте.

Молчание нарушила Ребекка.

— Не верю! — решительно заявила она. — Не верю, что миссис Гейвенстон способна на подобное… подобное вероломство! Или что она из тех женщин, которые поддаются такому бешенству. Она же деловая женщина, ради всего святого!

Кендра вспомнила вспышки гнева, которые замечала в глазах миссис Гейвенстон.

— Иногда именно те, кто кажется самым сдержанным, в конце концов срываются.

— Когда она просила тебя помочь, она была вне себя, — возразила Ребекка, глядя на Кендру. В её глазах появился воинственный огонь. — Я сама там была. Она искренне переживала из-за исчезновения мистера Паско.

— Опять же, это разные вещи. Возможно, она была вне себя, потому что убила его. Даже если миссис Гейвенстон убийца, это не мешает ей горевать, — медленно сказала Кендра. Она вспомнила слёзы хозяйки пивоварни, когда ей сообщили о смерти Паско. Они были настоящими, в этом Кендра не сомневалась. Но могли быть и настоящими слезами раскаяния.

— Но… она мне нравится, — прошептала Ребекка. Её выражение утратило воинственность; теперь она выглядела скорее растерянной.

— Мне тоже. Но мы не выбираем самого симпатичного человека. Я не утверждаю, что она виновна. Я не знаю, кто убил Паско. Я лишь говорю, что вычёркивать её из списка