Читать книгу - "Тихий дом в Кедровом тупике - Анна-Лу Уэзерли"

садимся. У меня ощущение, будто все происходит как в замедленной съемке, каждое действие усилено и преувеличено. Ненавижу эту сторону своей работы.

– Как я понимаю, у вас отношения с Робертом Миллсом. С Робертом Миллсом из дома тринадцать по Кедровому тупику. Это так, Клэр?

Вопрос застает ее врасплох, как будет она меньше всего ожидала услышать его имя.

– Роб… да, Роберт мой… ну, мой молодой человек. – Говоря это, она немного смущенно смотрит в сторону, но все равно улыбается. – Он отец… он отец моей дочери. А что произошло? С Робом все в порядке? С ним же ничего не случилось, да? – Ее голос, как стекло, прорезает замешательство. И сейчас мне предстоит разбить это стекло.

– Послушайте, Клэр, я сожалею, мы очень сожалеем о том, что вынуждены сообщать вам это, но вчера вечером Роберт Миллс был найден мертвым в своем доме в Кедровом тупике. Боюсь, его убили.

По моему опыту, лучше все говорить сразу. А не отщипывать штукатурку по кусочкам. От этого только больнее. Я наблюдаю за ней, мое сердце наполняется знакомой жалостью, когда выражение на ее лице меняется по мере того, как до нее доходит смысл сказанного. Удивительно, как выразительно ее лицо. Я читаю на нем шок, ужас, неверие и страдание, и все это меньше чем за секунду.

– Роб… Роб мертв? – Она инстинктивно бросает взгляд на люльку, где спит малышка, как будто ей хочется защитить ее от печальной вести. – О господи! – Она закрывает руками лицо и сгибается пополам. – О ГО-О-О-ОСПОДИ! – И она кричит.

Дэвис подходит к ней и обнимает за плечи, однако она кричит, и этот крик будит малышку, которая тоже начинает кричать. Теперь кричат обе. И мне тоже хочется кричать вместе с ними, потому что смотреть на это ужасно, потому что мучительно видеть страдания другого человека – особенно после того, как я сам принес плохую весть, – и не иметь возможности ничего с этим поделать. Я киваю Дэвис, поддерживая ее в решении взять на руки ребенка – Клэр не в том состоянии, чтобы заниматься девочкой, она просто обезумела. Дэвис идет к люльке, а я сажусь рядом с Клэр.

– Послушайте, Клэр, я искренне сочувствую вам. Я знаю, это страшный шок, поверьте мне, я знаю, каково вам. Есть ли кто-нибудь близкий, кто мог бы побыть с вами? Подруга, родственники, соседи? Видите ли, нам нужно задать вам кое-какие вопросы.

Но Клэр продолжает рыдать. У нее трясутся руки.

– Роб… О господи, только не Роб! Это неправда! Он не мог умереть! А как же мы с Матильдой? Как же Мэтти?

Мы с Дэвис переглядываемся. Она держит малышку на руках и качает ее, пытаясь успокоить. Клэр таким же образом я успокоить не могу, поэтому говорю:

– Клэр, мне нужно, чтобы вы проявили стойкость. Мне нужно задать вам несколько вопросов. Нам действительно нужна ваша помощь.

– Как его убили? Как умер Роб? – У нее дрожат колени. Теперь она укачивает саму себя, чтобы успокоиться.

– Ему перерезали горло, – говорю я ровным голосом, без каких-либо эмоций. – И закололи ножом. Все произошло очень быстро, – добавляю я, хотя не знаю наверняка, так ли было на самом деле; я просто предполагаю, потому что не знаю, каково это, когда тебе перерезают горло и нож раз за разом втыкается в твою плоть. Но судя по тому, что сказала Вик Лейтон, очень вероятно, что убийца застал его врасплох и нанес удар сзади. Так что в лучшем случае он не догадывался, что происходит, и времени на осмысление у него не было.

– Клэр, вам известно, что вчера вечером Роберт собирался увидеться с женой в их доме в Кедровом тупике?

– Она его жена только на бумаге. Он давно хотел уйти от нее, но она не отпускала его, потому что она психопатка. Использовала все виды эмоционального шантажа… Вы же знаете, что она алкоголичка? Она ненормальная, она не в себе… это она убила его! О господи, его убила Лори! Он рассказывал мне, что она грозилась убить его или покончить с собой…

Дэвис смотрит на меня. Малышка уже успокоилась, сжала в своем крохотном кулачке прядь волос Дэвис и пытается засунуть ее в рот. Она само очарование – девочка, я имею в виду, а не Дэвис, – и на меня волной накатывает жалость к этому маленькому созданию, которое так и не узнает своего отца.

– Клэр, скажите, где вы были вчера вечером? Вы же понимаете, что я обязан задать вам этот вопрос.

Она удивлена, но это естественная реакция, и я ничего особенного в ней не вижу.

– Я была… Господи, я была здесь… с Мэтти. Я всегда с Мэтти.

Само собой разумеется, что Мэтти говорить не умеет, поэтому я спрашиваю, кто может это подтвердить.

– Ну, никто… Ой, мама! Я звонила ей примерно в семь вечера. Я обычно разговариваю с ней по вечерам. Могу дать вам ее номер. А еще можете проверить историю звонков. Я смотрела сериал по телевизору, и мы с ней его обсуждали. Роб говорил, что собирается повидаться с Лори. Они уже некоторое время живут раздельно, и он сказал, что наконец-то решил обсудить с ней развод. Видите ли, Лори не знала о Мэтти… до недавних пор. Я умоляла Роба рассказать ей, что ребенок от него, что мы все еще вместе, но она, понимаете ли, попала в аварию и…

– Да, – перебиваю я ее. – Да, мы знаем об аварии.

На ее лице отражается легкое смущение.

– Только не считайте меня плохой и бессердечной. Я не такая, честное слово… Я знаю, что она… что Лори прошла через тяжелые испытания. Но поверьте мне, из-за всего этого у нее поехала крыша. Он не смог уйти от нее после аварии, потому что она угрожала самоубийством. Он хотел жить с нами, начать новую жизнь и построить с нами семью, но тут она… в общем, она узнала о нас и попала в аварию, и он уже не мог просто так уйти от нее, понимаете? Она была слишком нестабильна. Плюс она нуждалась в уходе после аварии… – Клэр тараторит без умолку, выплевывая слова, словно это куски мяса, которого она переела.

– Клэр, когда вы познакомились с Робертом? Когда начались ваши отношения?

Она уже немного пришла в себя, хотя и продолжает плакать. Ее все еще трясет. Она вытирает глаза муслиновым полотенцем, переброшенным через плечо. Вероятно, это полотенце из детских вещей, а не писк моды, о котором я еще не знаю.

– Мы познакомились чуть больше четырех лет назад. Я временно работала в фотостудии, отвечала на звонки и все такое. Роб – фотограф. Он регулярно работает в студии, много снимает там для своих клиентов, разных журналов. Мы