Читать книгу - "Дочь смотрителя воронов - Лана Уильямс"

за нее ухватилась. Амелия привела девочку в лабораторию, решив отвлечь ее опытом и задать несколько вопросов, пока они будут работать. Конечно, попытка увенчалась бы успехом, только если бы она смогла убедить Мэйв посмотреть на нее.

Они поднялись по ступенькам на чердак и вошли в лабораторию, где надели свои фартуки. Мэйв повернулась, чтобы Амелия могла, как и раньше, завязать ей тесемки. Куклу она по-прежнему держала под мышкой или крепко прижимала к груди. Лили тоже любила носить куклу с собой, хотя у нее было несколько кукол на выбор, и она часто их меняла. Когда Амелия спрашивала, где вторая, дочка отвечала:

– Мама, она отдыхает.

Это воспоминание согревало Амелию, хотя у нее всегда сжималось сердце.

Амелия взяла мензурки и кое-какие принадлежности, не зная, какой опыт сможет заинтересовать Мэйв. Девочка взобралась на табурет и стала наблюдать за приготовлениями Амелии. Решив, что сейчас самое подходящее время, она наклонилась, чтобы взглянуть девочке в лицо, и взяла ее за руку.

– Мэйв, ты можешь рассказать мне, что так напугало тебя той ночью?

Она говорила медленно, надеясь, что девочка сможет прочитать слова по ее губам. Мэйв покачала головой, и ее нижняя губка задрожала.

– Ты что-то видела?

Девочка решительно покачала головой. Означало ли это, что она стала свидетельницей того, что произошло, но не хотела об этом говорить?

– Все в порядке, – Амелия провела рукой по волосам девочки. – Теперь тебе не нужно бояться. Ты в безопасности. Можешь мне рассказать.

Мэйв еще сильнее тряхнула головой, отчего из ее косички выбилось несколько прядей волос. Она спрыгнула с табурета и стянула фартук через голову, как будто не могла снять его достаточно быстро.

– Мэйв! – Амелия взяла глухонемую за руку, желая утешить, но девочка отшатнулась. Ее маленькая грудь вздымалась от рыданий. Вдруг она выбежала из лаборатории в спальню, которую делила с Иветтой, и захлопнула за собой дверь.

Амелия вздохнула, почти жалея, что спросила об этом. И все же нужно было продолжать попытки найти способ убедить Мэйв поделиться с ней тем, что она знала.

Ясно было одно. Девочка увидела нечто, что до сих пор ее пугало. Поэтому было тем более важно, чтобы они продолжали убеждать ее поделиться своими страхами.

Переждав несколько минут, Амелия собралась постучать в дверь комнаты Иветты, но тут вспомнила, что Мэйв ее не услышит. Отворив дверь, она обнаружила девочку, с закрытыми глазами свернувшуюся калачиком на кровати и державшую свою куклу.

У Амелии защемило сердце от этого зрелища. Она вела себя примерно так же, как когда потеряла сначала Лили, а затем и Мэттью: ей хотелось отгородиться от мира, потому что жить в этом мире, как раньше, было слишком больно. Но жизнь продолжалась, хотела она того или нет.

Она присела на край кровати и провела рукой по худенькому плечику девочки. Как бы ей хотелось, чтобы Мэйв ее услышала! Однако были и другие способы утешить ребенка, и она продолжала минуту или две успокаивающие поглаживать ее плечико, затем обняла девочку и усадила к себе на колени. К ее облегчению, Мэйв напряглась, но позволила Амелии приласкать себя.

– Прости меня, Мэйв! – хотя Амелия знала, что девочка не слышала, о чем она говорила, но от этих слов ей стало легче. – Мне так жаль. За все…

Она покачивала девочку взад-вперед, крепко прижимая к себе.

Глава четырнадцатая

Генри велел Флетчеру остаться в Тауэре и разузнать, знаком ли кто-нибудь из стражников или других обитателей крепости с газеткой «Джастис».

Тем временем сам Генри направился в типографию, где печатали эту газету.

Ему казалось вполне вероятным, что Притчард не разделял мнения этого издания. Однако, если смотритель воронов просто собирал мусор на территории, как это мог бы сделать любой йомен-стражник, отчего бы ему просто не выбросить газетку в мусорный бак, а не сложить ее вчетверо и запихнуть в карман?

Конечно, оставалась вероятность, что рядом не было никакого мусорного бака или он был слишком занят, чтобы его искать. Тому могло быть совершенно невинное объяснение. Но все равно это была зацепка, за которую Генри хотел ухватиться, чтобы посмотреть, к чему она приведет.

Контора на Флит-стрит выглядела непритязательно. Маленькие золотые буквы, нарисованные на стекле витрины, гласили, что это издательство Хайндмана. Очевидно, мистер Хайндман и не скрывал, кто стоял за этой газеткой.

Генри открыл дверь, и на него обрушился оглушительный грохот печатного станка. В воздухе витал резкий запах типографских чернил. Большую часть узкого пространства занимал не один, а два печатных станка, за которыми работали двое мужчин, а третий переносил пачки бумаги. Он заметил Генри, положил бумагу и, подойдя к нему, отряхнул руки.

– Чем могу вам помочь?

– Я подумал, вы могли бы рассказать мне вот об этом.

Генри выудил из кармана смятую газетку и показал собеседнику. Худощавый мужчина, с виду лет тридцати, протянул к бумажному листку испачканные чернилами пальцы.

– «Джастис». Это одно из наших изданий. Трудно сказать, когда оно было напечатано, ведь текст сильно выцвел. Что именно вас интересует?

Почему эта газетка оказалась в кармане Притчарда – но этот человек едва ли мог ответить на такой вопрос.

– Я инспектор Генри Филд из Скотланд-Ярда. Мы расследуем убийство.

Работник типографии замер.

– Кто был убит?

– Эйберфорт Притчард, стражник Тауэра. Вы знали его?

– Нет, – мужчина оглянулся через плечо на своих коллег по типографии.

– Хотите, я спрошу их?

– Пожалуйста, – Генри наблюдал, как тот подошел к первому рабочему, который наклонился поближе, чтобы расслышать вопрос сквозь грохот печатного станка. Рабочий покачал головой, и его взгляд с любопытством переместился на Генри.

Сотрудник типографии обратился с вопросом к другому печатнику, который тоже отрицательно покачал головой.

Потом он вернулся к Генри.

– Извините, мы ничем не можем вам помочь.

– Не могли бы вы рассказать мне об этой газете?

Увидев непонимающий взгляд мужчины, Генри уточнил вопрос:

– Как часто она печатается?

– Еженедельно.

– Кто пишет статьи?

– У мистера Хайндмана есть несколько журналистов и властителей дум, которые их публикуют.

– И о чем они пишут?

Типографский работник пожал плечами.

– О преимуществах социализма, я полагаю. Я это не читаю. Я просто печатаю.

– Мистер Маркс тоже публикует статьи?

Мужчина ухмыльнулся.

– Не напрямую.

– Что вы имеете в виду? – Генри невольно заинтересовался.

– Мистер Хайндман – поклонник Маркса и часто излагает суть некоторых его работ.

– Ах вот как… – Генри выжидал, надеясь, что мужчина расскажет что-то еще. Но тот лишь произнес:

– Если это все, мне нужно вернуться к работе.

Типографский работник взглянул на высокие стопки упакованных изданий у себя на столе, как