Читать книгу - "Шепот кружевных берез - Людмила Мартова"

Снежана показала мужу место, где неведомый ему Игнатий Петрович собирал березовый сок, и про технологию рассказала, которой с ней поделилась Вероника. Он с интересом оглядел деревянные раструбы, по которым в пластиковые бутыли стекали березовые слезы. Бутыли почти заполнились, видимо, тот, кто их менял, сегодня еще не приходил.

– У Игнатия Петровича утренняя экскурсия, – пояснила Снежана, верно оценив его взгляд, брошенный на бутыли. – Я видела, как группа собиралась, так что сегодня он сюда еще не приходил. Попробуй, это вкусно, хотя и необычно. Ты когда-нибудь раньше пробовал настоящий березовый сок?

– В детстве. – Зимин на мгновение закрыл глаза, и в памяти тут же всплыла почти такая же роща.

Только поменьше, она располагалась на краю деревни, где жила его бабушка. Однажды маленький Миша оказался там в апреле. Они с родителями приехали туда на Новый год, и он, катаясь с горки, умудрился сломать ногу. Его оставили выздоравливать в деревне, потому что в городе с ним некому было сидеть. Сколько Зимин себя помнил, мама всегда трудилась, и ее ответственная работа не предусматривала ухода за больным ребенком.

В общем, он остался в деревне с бабушкой и, когда сняли гипс, почему-то продолжил ходить там в школу. За давностью лет уже и не вспомнить, почему родители приняли решение, чтобы Миша закончил там учебный год. И вот в апреле они с мальчишками бегали в рощу пить березовый сок, и он сейчас вдруг в мелочах вспомнил свои тогдашние впечатления, изрядно забывшиеся, но вдруг всплывшие в памяти так ярко и выпукло, будто это было вчера.

Кора на ощупь была гладкая, почти шелковистая, с легким рельефом выступающих на ней чечевичек. Она казалась прохладной, и Вовка Кляпин, отличник, ботаник и зануда, пояснил удивившемуся этому обстоятельству Зимину, что это из-за бетулина, белого пигмента, отражающего солнечный свет.

Кляпину уже тогда можно было верить, а ныне он и вовсе трудился академиком в каком-то московском НИИ, специализирующемся на лечебных свойствах растений. Еще кора была сухая, но не шершавая, она не крошилась в руках, легко отслаивалась от дерева, оставляя на пальцах беловатый налет все того же бетулина.

Зимин открыл глаза, посмотрел на березу, у которой стоял сейчас. Это дерево было совсем другое, не такое, как в его далеком детстве. Кора у него грубая, с глубокими трещинами и бороздами, пальцы проваливались в эти углубления, жесткая, почти каменистая на ощупь, царапающая кожу. Местами она отслаивалась тонкими бумажными слоями, сухими и хрупкими, превращающимися под пальцами в труху.

Под верхним слоем бересты ощущалась легкая влажность, как будто ствол потел. От дерева шел древесно-сладковатый аромат с легкой горчинкой. Зимин наклонился и припал к тому месту, где отодрал кору, губами, тут же ощутив на них мягкий сладковатый вкус. Он сделал глоток. Нет, невкусно. Он и в детстве так считал, и вот, спустя сорок лет, снова убедился, о чем и сказал Снежане.

– Детям тоже не понравилось, – засмеялась она. – А вот тот, что из трехлитровой банки, с апельсином, зашел на ура.

– Ладно, показывай место, где ты нашла Лизу.

– Пойдем, это туда, дальше.

Той же дорогой, что Снежана шла ночью, они дошли до конца рощи, откуда им открылся вид на таинственный дом, о котором рассказывала Зимину жена. В дневном свете он выглядел совершенно обычным. Дом как дом. Ничего особенного.

Перед домом был разбит небольшой сад с аккуратными клумбами, где уже начинали восстанавливаться после зимы какие-то многолетники. Зимин в растениях не разбирался. Гравийные дорожки, стриженые кусты барбариса и спиреи, отреставрированный старинный колодец с выкрашенным в черный цвет журавлем, накрытый деревянной крышкой с резьбой, доказывали, что владелец дома заботится о нем. И да, права Снежана, с деньгами у этого человека проблем нет.

Рядом находилась зона отдыха с кованой скамейкой и круглым столом. Поленницы перестроили в декоративные стенки вдоль забора и накрыли навесом. Дровяной сарай превращен в стильный хозблок с фасадом под старину и современной фурнитурой. Огорода не было, точнее, он был представлен одной миниатюрной грядкой, обрамленной камнями. За домом обнаружилась вымощенная доской терраса с навесом, а на ней плетеная мебель, уличный камин и гриль. От террасы к опушке рощи вела извилистая лестница с перилами, подсвеченная встроенными в ступени светильниками.

– Есть кто-нибудь? – прокричал Зимин.

Тишина была ему ответом. Если хозяин дома и находился внутри, то выходить к незваным гостям не спешил.

– Ладно, это успеется, – сказал Зимин Снежане. – Так где ты нашла Лизу?

Они снова углубились в рощу и теперь пошли по другой дорожке, минут через пять выйдя к круглой полянке, посредине которой росла очень старая береза.

– Вот тут она сидела, – кивнула Снежана. – Это, видимо, и есть та самая береза из предания про графскую дочь Анастасию. Та, у которой нужно спрашивать про судьбу.

– Хочешь спросить? – подначил жену Зимин.

– Нет, – засмеялась она. – Я про свою судьбу, Мишка, все знаю. Ты что делаешь?

– Обследую место происшествия, – серьезно ответил он.

Жена подошла и встала рядом.

– И что ты тут видишь?

– К примеру, следы обуви разного размера. Вот это, к примеру, от твоих ботинок.

Снежана подошла ближе, посмотрела.

– Откуда ты знаешь? – недоверчиво спросила она.

– Я твои ботинки из тысячи узнаю, – засмеялся Зимин. – Ты помнишь, в какой обуви была Лиза?

– В ботинках на тракторной подошве. Таких модных, знаешь?

– Да, вот след от тракторной подошвы. – Он сделал шаг в сторону и присел, разглядывая довольно отчетливый отпечаток на влажной земле. Встал, снова внимательно осмотрелся вокруг. – А вот этот отпечаток явно мужской, хотя и смазанный.

Он достал телефон и сфотографировал отпечаток с разного ракурса.

– А вот еще, смотри.

Снежана подошла поближе.

– Ветки сломаны, – сказала она.

Все-таки у полковника Зимина была очень наблюдательная жена. Он сделал круг по полянке, немного увеличив радиус. В кустах валялся пластиковый стаканчик, пустой. Зимин достал из кармана пакет и аккуратно поместил стаканчик в него.

– Пошли, – позвал он. – Тут больше нечего делать. Только давай вернемся не тем путем, которым пришли. Может, еще что заметим. Пока же понятно только, что