Читать книгу - "Мера всех вещей. Убийство в замке Сфорца - Марко Мальвальди"

самого. Хочу знать от вас, возможно ли это. Идите, расспрашивайте, выведывайте. С деликатностью, но с умом, как вы умеете».

Именно этим Джакомо Тротти сейчас и занимался.

– Деньги не доставляли бы мне проблем, – сказал Леонардо. – То есть не доставляли бы, будь их у меня достаточно.

– Кажется, ни у кого их не бывает достаточно, – заметил Тротти. – Даже те два французских синьора, что прибыли вчера, только и делают, что жалуются.

– Не напоминайте, – ответил Леонардо, качая головой. – Вчера за ужином больше половины времени они рассуждали о деньгах и о том, сколько я зарабатываю. – Леонардо усмехнулся. – Зарабатывал бы достаточно, ответил я им, если бы мне не приходилось постоянно тратиться на новую одежду взамен той, что заливают вином по неловкости других.

Леонардо разгладил переднюю часть своего платья тем жестом, который Тротти часто за ним замечал, – будто он боялся, что на нем все еще осталось пятно.

– Слишком большое значение придается деньгам, мессер Джакомо. – Многие настолько убеждены, что они имеют собственную сущность, что держат их дома и любуются ими, как картиной или драгоценностью. Но деньги – не сущность, у них нет собственного тела.

Тем временем они добрались до площади возле стройки Дуомо, где находился фермерский рынок. Там продавались самые разные животные: от кур до коров, включая кроликов и птичек, а также в изобилии водились виды, не предназначенные для продажи, вроде мух. Леонардо замедлил шаг, оглядываясь по сторонам, а милейший Тротти, у которого уже начиналась одышка, смог снова перевести дух.

– Итак, по-вашему, что же такое деньги?

– Хороший вопрос. Видите ли, мессер Джакомо, я человек неученый и в объяснениях и разъяснениях часто сам теряюсь в лабиринтах слов. Если позволите, я начну с примера.

С этими словами Леонардо слегка свернул с пути и направился к торговцу птицами, который нес свой товар в клетках, подвешенных на шестах, похожих на коромысла, согнувшись под тяжестью всех этих пернатых и, главное, их клеток.

– Здравствуйте, добрый человек.

– К вашим услугам, мессер, – ответил человек голосом, похожим на голос его товара, и остановился. – Маттео-птицелов к вашим услугам. Что вы ищете? У нас есть зеленые и желтые попугайчики, а если любите музыку, есть соловьи, которые поют лучше любого инструмента.

– Какая красота! – искренне воскликнул Леонардо. – Смотрите, мессер Джакомо, и вам кажется справедливым, что такое чудесное творение природы находится в клетке, в совершенно беспомощном состоянии только для того, чтобы мы, городские жители, могли наслаждаться его пением? Скажите мне, добрый человек, сколько вы хотите за эту пару соловьев?

– За этих – пять монет, мессер. Но эти деньги вы потратите не зря. У них голос, словно у ангелов.

– Не сомневаюсь, мой дорогой, – сказал Леонардо, доставая кошелек. – Вот, возьмите.

– А вот вам, – сказал продавец, снимая с палки клетку с двумя соловьями и протягивая ее Леонардо. – Если вы хотите держать их дома, нужно будет построить им домик побольше.

– Не беспокойтесь, мессер. В этом не будет никакой необходимости.

Открыв клетку, он подставил палец одной из птичек, та сразу же на него вспорхнула. Леонардо вытянул руку, словно неопытный сокольник, пытающийся дрессировать игрушечного сокола. Внезапно птичка взлетела, взмахивая крыльями, покружилась над головами и через несколько мгновений исчезла за крышами домов.

Джакомо Тротти повернулся к Леонардо, который следил взглядом за полетом птички, подняв вверх лицо, с заговорщическим и блаженным видом. Тем временем и вторая птичка, увидев открытую дверь, тоже незаметно улетела.

– Какое чудо, правда? Я всегда мечтал посвятить себя изучению полета птиц. Может быть, однажды я смогу этим заняться, когда закончу с проклятым бронзовым конем. Вот, мессер Джакомо. Вы видели?

– Да, видел. Вы впустую потратили пять монет.

– Впустую? Простите, мой дорогой, я подарил свободу паре соловьев и смог наблюдать и испытать все, что за этим последовало. Их счастье, мое счастье, ваше изумление – в ситуации, когда мысли обращаются к надежде, я превратил мысль в полет, словно всемогущий Бог. И вам кажется, что это ничего не стоит?

– Конечно, вы правы. Когда мы покупаем хорошее вино, мы не будем держать его при себе и любоваться. Вино покупают не ради самого вина, а в надежде приобрести хорошее настроение, приятное ощущение легкого опьянения.

Джакомо Тротти задумчиво кивнул.

– Понимаю вас, мессер Леонардо. Вы думаете так же, как я. Деньги – это посыл, это жидкость. Средство для получения того, что человек хочет. Но в этом случае, простите, вы не можете утверждать, что количество денег для вас не имеет значения. Даже в вашем случае, чем больше у вас денег, тем больше возможностей осуществить то, что делает вас счастливым.

– Мой милый Тротти, похоже, я плохо вам объяснил. Вот только что я и тот славный птицелов заключили сделку. Я дал ему пять кусочков металла, а он дал мне двух соловьев. Мы оба согласны с тем, что означают эти пять кусочков металла. Видите, деньги – это язык. Они работают не потому, что имеют собственную природу, а потому, что все мы, люди, согласны придавать им одинаковую силу. И язык этот более могущественный, чем наши фразы и слова.

– Конечно, потому что все его понимают.

– Наоборот, потому что это тайный код.

– Тайный код?

– Конечно. Подумайте, мессер Джакомо. Попробуйте поразить стрелой сердце человека или обезьяны: происходит одно и то же. Человек, как и обезьяна, умрет. Попробуйте дать им еду, какой-нибудь фрукт: человек, как и обезьяна, съест его. Но попробуйте положить в лапу обезьяны дукат и потребовать взамен тот же фрукт, который вы положили ей в лапу.

– Она оторвала бы мне руку.

– Почти наверняка. И все же, если бы она понимала, что ей дали, она могла бы купить сотню таких плодов.

Леонардо остановился и повернулся к Тротти.

– Деньги, как и язык, – это тайный код, с помощью которого люди приходят к согласию и который для любого, кто не человек, абсолютно непонятен.

– Как и сам язык, как вы говорите.

– Он еще более могущественный, потому что еще более тайный. Вы можете обучить собаку, прибегая к языку. Вы можете научить ее понимать «лежать», «место» и многое другое. Но попробуйте дать ей дукат и скажите мне, проглотит ли она его. – Леонардо решительно свернул на улицу Оружейников, он шел уверенной походкой человека, который знает, куда идет. – Именно благодаря этому мы, люди, – самые могущественные живые существа из всех существующих и господствуем над всеми остальными тварями. Надо львами, свиньями, обезьянами, собаками… – Леонардо улыбнулся, – и даже лошадьми. Правда, потом эти лошади берут над нами верх. Ну ладно, пока хватит об этом. Я пришел,