Читать книгу - "ЯЛТА-1945: Вызовы современности. Ялтинско-Потсдамская система международных отношений и вызовы современности - Е. А. Бондарева"

Относящиеся к Китаю пункты «Крымского соглашения» не были рассчитаны на безусловную поддержку правительства Чан Кайши. С учетом этого Рузвельт вызвался оказать необходимое давление. Это было даже отражено в двух пунктах «Соглашения»:

«Предполагается, что соглашение относительно Внешней Монголии и вышеупомянутых портов и железных дорог потребует согласия генералиссимуса Чан Кайши. По совету Маршала И. В. Сталина Президент примет меры к тому, чтобы было получено такое согласие.

Главы Правительств трех Великих Держав согласились в том, что эти претензии Советского Союза должны быть безусловно удовлетворены после победы над Японией».

Союзники довольно легко пошли навстречу Москве в удовлетворении ее стремлений. Черчилль был поглощен вопросами будущего Польши и разделом Германии. Его удовлетворяло сохранение на китайской территории колонии Гонконг и колоний в Тихоокеанском бассейне. Для Рузвельта приоритетом было скорейшее вступление СССР в войну. Генералы в Вашингтоне опасались переброски миллионной Квантунской армии на Японские острова и затягивания наземной операции на месяцы, а то и годы. В Тегеране Сталин дал обещание выдержать паузу в 6 месяцев между завершением боевых действий на Западном фронте и вступлением Красной армии в войну на Восточном. В Ялте этот срок был скорректирован до «двух-трех месяцев».

Свою роль сыграло и желание Рузвельта возместить России ущерб от невыгодного Портсмутского договора 1905 г., который в интересах Японии продвигал его однофамилец, тогдашний президент Теодор Рузвельт.

Что касается Москвы, то она исходила не только из желания восстановить историческую справедливость и вернуть территориальные и материальные активы, утраченные в результате столкновения с Японией. Это столкновение было в значительной степени вызвано стремлением оказать Китаю поддержку в противостоянии, которое привело к поражению в Китайско-японской войне (1894–1895). Опасаясь новых покушений на китайские земли, правительство империи Цин инициировало переговоры с Россией, которые завершились в 1896 г. подписанием «секретного» Московского договора. На основании этого документа Россия за свой счет строила железные дороги для переброски войск, сооружала новые города и морские базы.

Накануне Ялтинской конференции в Москве видели ускоренное сближение правительства Чан Кайши с Америкой и располагало информацией о предложении создать военно-политический союз, которое Рузвельт сделал Чан Кайши во время встречи в Каире. Перспективы Компартии Китая были еще весьма туманные, и Сталин подошел к подведению итогов войны на Дальнем Востоке с чисто стратегических принципов. Он не расширил геополитическое присутствие Советского Союза, но закрепил статус-кво в Монголии и традиционный контроль военно-транспортных объектов на северо-востоке Китая.

Москва выполнила обещание, зафиксированное в заключительном пункте «Соглашения»: «Со своей стороны Советский Союз выражает готовность заключить с Национальным Китайским Правительством пакт о дружбе и союзе между СССР и Китаем для оказания ему помощи своими вооруженными силами в целях освобождения Китая от японского ига».

Красная армия своими мощными ударами действительно помогла Китаю, разгромив Квантунскую армию в Маньчжурии, сделав бессмысленным сопротивление и в других оккупированных частях Китая. Самим китайцам «избавиться от японского ига» собственными силами было весьма проблематично, а американцы и англичане категорически отказывались воевать на континенте. Было выполнено и пожелание заключить «пакт о дружбе и союзе».

После Ялты

Советско-китайский Договор о дружбе и союзе был подписан 14 августа 1945 г., всего через несколько дней после вступления СССР в войну против Японии (9 августа). Он был первым международно-правовым документом, который отражал новый статус Китайской Республики как одной из стран – победительниц во Второй мировой войне. Документ фиксировал итоги войны и обеспечивал реализацию Ялтинских соглашений по Дальнему Востоку. Без разгрома Красной армией Квантунской группы армий и многочисленных войск Маньчжоу-Го начатая в 1931 г. Антияпонская война китайского народа продолжалась бы еще не один год. Недаром в тексте документа говорилось о решимости сторон «вести войну против Японии до полной победы».

Сталин рассматривал предусмотренное договором установление контроля Советского Союза над военным портом Порт-Артур, соседним гражданским портом Далянь, железной дорогой КВЖД, ее южным ответвлением ЮМЖД и другой собственностью как восстановление исторической справедливости и прав России, утраченных по условиям Портсмутского договора 1905 г. Это же относилось к Южному Сахалину и Курильским островам. С большим трудом удалось закрепить суверенитет Монгольской Народной Республики, которой Москва оказывала разнообразную поддержку с первых лет советской власти.

В то же время Сталин не выдвигал претензий на Маньчжурию и Синьцзян, в развитие которых Россия и Советский Союз внесли большой вклад. На завершающей стадии Тихоокеанской войны Москва вполне могла выдвинуть соответствующие «пожелания» перед западными союзниками и найти «веские аргументы» для Чан Кайши. Вместо этого в договоре 1945 г. появилась статья 5, которая предусматривала вывод советских войск из Маньчжурии после завершения войны против Японии и воздержание от действий, которые могли бы поставить под сомнение принадлежность Синьцзяна Китаю.

Компромиссы правительства Гоминьдана и лично Чан Кайши при заключении договора были сделаны не только под сильным давлением Америки. Это было также выражение благодарности за помощь в создании современной армии в 20–30-х годах, за помощь в отражении японской агрессии начиная с 1937 г. Кроме того, Чан Кайши добивался невмешательства Советского Союза в гражданскую войну, которая была неизбежна.

Эта война началась в 1946 г. Симпатии Москвы были на стороне компартии. КПК в тот момент истории не имела международно-правового статуса, он был закреплен за правительством Китайской Республики со столицей в Чунцине. Мао Цзэдун все еще оставался в пещерном убежище вблизи городка Яньань на северо-западе Поднебесной.

Стоит учитывать и неопределенность послевоенного будущего Китая. В Москве должны были считаться с возможностью победы поддерживаемых Америкой войск Гоминьдана. Этот вариант стал близок к реализации уже в 1947 г., когда правительственные войска одержали целый ряд побед над коммунистами и захватили их «столицу» Яньань. Даже вооруженные полученным от СССР трофейным японским оружием войска компартии отступали. На определенном этапе Сталин даже предложил тайно эвакуировать Мао Цзэдуна и других руководителей на советскую территорию…

Разработчики договора понимали всю глубину антирусских, антикоммунистических настроений руководства Гоминьдана. В Москве хорошо помнили о событиях 1929 г., когда китайские войска пытались захватить советскую собственность – КВЖД. Знали в Москве и о публикации в Чунцине «исторических» материалов и карт с утверждениями о неравноправности территориального размежевания в XIX в. Враждебность к Советской России неизбежно проявилась бы при правлении Чан Кайши всем Китаем. Уже в 1946 г. администрация, полиция и армия в Харбине и других городах Маньчжурии развернули репрессии против служащих советских учреждений и граждан, живших на подконтрольной властям Гоминьдана территории. Около 200 семей было ограблено, сотни русских стали жертвами избиений и пыток, более 60 человек погибли. Армия приступила к захвату собственности КВЖД. Мало сомнений было в Кремле и относительно того, что в подконтрольной Чан Кайши Маньчжурии порты, железные дороги и иные стратегические объекты были бы использованы американцами в холодной войне против Советского Союза.

Забрали у Японии – вернули Китаю

Москва сочла возможным пересмотреть условия