Читать книгу - "Долгая дорога к миру. Хроники гражданской войны - Ростислав Владимирович Ищенко"

намерения. Увести Украину на Запад и сделать из неё антироссийский бастион они могли без всяких эксцессов, сохраняя с Россией если не близкие, то конструктивные отношения.

Но рвущаяся к власти толпа маргиналов из разных общественных организаций получила при помощи НКО и прочих созданных при поддержке Запада структур возможность влиять на формирование политической позиции США. Они нашли поддержку в лице немногочисленых беглых бандеровцев, занимавших в Госдепе должности «специалистов по Украине» и мечтавших о реванше. В результате США не стали мешать этим «прозападным» деятелям рваться к деньгам и власти. Это традиционный колониальный подход – не важно, кто вождь в колонии, важно, чтобы он при минимальной внешней поддержке мог обеспечить интересы колонизаторов. Украинствующие компрадоры всегда требовали от партнёров значительно меньше, чем европействующие «национальные производители». Фактически они хотели только, чтобы им не мешали захватывать власть (а ещё лучше, чтобы помогали).

Кстати, помощь Запада при цветных переворотах тоже не надо переоценивать. В августе 2020 года Лукашенко оказался ровно в такой же позиции, как Янукович шестью годами ранее. Он сделал ставку на Запад, а Запад предал его, выбрав себе в партнёры более белорусизированных и европеизированных деятелей. Но Лукашенко в последний момент отказался от компромиссов, сделал однозначную ставку на подавление протестов с опорой на поддержку России, и Запад ничего не смог сделать, несмотря на многие невынужденные ошибки, допущенные белорусской властью уже после августа 2020 года.

Корень решения проблемы находится всегда внутри страны.

Он и сейчас находится внутри Украины. Поэтому меня огорчают заявления вроде тех, что делает Царёв, утверждающий, что Россия должна приветствовать и стимулировать переход на её сторону мэров украинских городов, которые раньше были якобы аполитичны, а то и вовсе поддерживали киевский режим. Они-де только и умеют управлять на местах.

Это неправда. Подавляющее большинство украинских управленцев как в центре, так и на местах были назначены по итогам двух майданов как политические активисты, а не как выдающиеся специалисты. Все они являются звеньями в механизме украинской тотальной коррупции. Какое-то время (очень ограниченное), если они сами рискнут в условиях неопределённости пойти на сотрудничество с российской властью, их можно использовать.

Возможно, единицы смогут зарекомендовать себя и работать дальше. Но большинство, оставшись на своих постах, будут проводниками политики коррупционной украинизации. На протяжении десятилетий все звенья украинской управленческой вертикали (включая местное самоуправление) были заточены под одну функцию: собирать деньги внизу и передавать их наверх. Разница в толковом и бестолковом мэре заключалась в том, что толковый пытался отовсюду выдавить посредников, посаженных предшественником и посадить своих. Бестолковый же удовлетворялся тем, что ему приносили его долю и ни во что не вмешивался.

Такие кадры могут только разлагать работающих с ними российских коллег. Польза же от них в плане укрепления контроля России за территориями весьма сомнительна. Опасаясь конкуренции, они будут тащить в госуправление и продвигать по служебной лестнице таких же «активистов», как сами. То есть майдан уйдёт в квазиподполье на государственной службе, но его метастазы будут лишь активнее распространяться в обществе.

Пророссийски же настроенная часть общества, включая актив, видя, что ничего не изменилось и у власти те же, кто был назначен туда путчистами, разочаруются в России, приняв как данность, что хунта им говорила правду: в России всё так же, только хуже, потому что нацисты на должности назначали своих (не интересуясь их профессиональными навыками), а Россия назначает чужих.

Такое уже было, во время возвращения Януковича к власти в 2010 году. Тогда многие бюрократы, боровшиеся за него в 2004–2005 и в 2007 годах и лишившиеся из-за этого должностей, с удивлением узнали, что не могут даже по суду оспорить своё незаконное увольнение, потому что Янукович ради «мира» с «оранжевыми» не желает убирать их назначенцев. В 2014 году многие из тех, кто до 2010 года регионалов поддерживал, остались дома, а потом и вовсе пошли воевать против Донбасса.

Это вторая и главная особенность украинской ситуации, которая начинает коррелировать с актуальной глобальной ситуацией. Дело в том, что у апологетов украинской идеи практически не оказалось аутентичных украинских артефактов. Вышиванка, пысанка, глинянная посуда, рушники, хатки-мазанки, актуализированные до государственного значения сельские праздники, легенда о казачестве – вот, пожалуй, и всё, что могли предъявить «созидатели нации».

В результате украинское общество стало стремительно архаизироваться. Многие объективные наблюдатели как с Востока, так и Запада называли современную Украину «государством села, победившего город». Но архаизированное сознание не смотрит дальше околицы своего хутора. Соседний город для него уже иной мир. Отсюда украинский центропупизм. В эпоху интернета невозможно игнорировать большой мир, новости из которого приходят в режиме реального времени. Однако архаичное сознание не воспринимает всю его многокрасочность. Для него иное означает враждебное. Соответственно, иной объявлялась Россия. Весь же остальной мир представлялся одной большой Украиной, что приводило к уверенности в том, что Украина является его главной частью – вокруг неё вращается вся мировая политика.

Когда сегодня мы видим, как вроде бы цивилизованные украинцы ведут себя в приютивших их европейских странах хуже дикарей – это работает архаизированое сознание. Раз Украина – это Европа, значит, Европа – это Украина. Они приехали к себе домой и имеют право требовать от этих прохлаждавшихся в тылу (пока они «на колчаковских фронтах» погибали) европейцев особого внимания. И прыгать европейцы должны вместе с ними, поскольку архаическое сознание воспринимает их такими же украинцами. Поэтому украинцы и возмущаются, что с ними в Европе не говорят по-украински. Это миллионы тарзанов, внезапно перенесённые из своих джунглей в большой мир и не умеющие, да и не желающие адаптироваться к нему, ведь они – цари джунглей.

Вот это-то архаизированное сознание, кроящее под себя глобальный мир, накладывается на актуальную попытку утративших гегемонию США выкроить себе из глобального мира самый жирный кусок. И американская империя, и украинская провинция пытаются идти против логики развития человечества. И терпят крах, разрушаются. Только крах Украины – проблема для её соседей, а крах США – проблема для всего мира, поскольку американские попытки быть большим, чем есть, толкают планету к Третьей мировой.

Тем не менее вновь, второй раз за тридцать лет, американские интересы в том виде, в каком они понимаются правящими элитами США, и украинские интересы в том виде, в каком они понимаются архаизированным украинским сознанием, совпадают. У них одна информационная повестка – необходимо ужать глобальный мир до возможности восприятия стремительно архаизирующимся новоамериканским (BLM) сознанием и давно архаизированным украинским.

Сколько Маклаев ни посылай к дикарям со словом правды, а дикарь дикаря всегда лучше поймёт. У цивилизованного человека слишком много лишних, незнакомых и непонятных слов.

Поэтому победить информационно на Украине мы можем, не просто вырвав