Читать книгу - "Тайные войны спецслужб. Англосаксы и Ватикан - Иосиф Борисович Линдер"

Белоруссии. В своем докладе папе он привел много фактов, показывавших, что немецкие оккупанты истребляют польское население и преследуют религию. Но при всей своей враждебности по отношению к СССР Хлонд не привел ни одного факта, который свидетельствовал бы о религиозных или о каких-либо других гонениях на территориях Западной Украины и Западной Белоруссии[294]. Тем не менее Ватикан продолжал распространять ложную информацию и добивался от правительств Англии и Франции дипломатических демаршей против СССР.

Тридцатого сентября 1939 г. папа принял представителей польской колонии в Риме во главе с тогдашним послом Польши в Ватикане. «Когда война была уже в полном разгаре, Пий XII принял представителей поляков из римской колонии. Они пришли просить святого отца, чтобы он выступил против нацистского варварства и хотя бы морально поддержал борьбу поляков против Гитлера. Вот дословный и очень характерный текст ответа папы Пия XII: „Я не говорю вам, чтобы вы осушили слезы. Польша не хочет умирать. И так же, как цветы вашей земли, которые ждут под толстым снежным покровом нежного весеннего ветерка, так и вы должны ждать, доверяясь молитвам, часа небесного утешения". И это было все, что нашел нужным сказать святой отец „самому католическому в мире народу" в период его тяжких испытаний»[295].

Корреспондент «Нью-Йорк таймс», передавший обширный отчет об этой папской речи, закончил свою корреспонденцию словами: «Впрочем, в ватиканских кругах утверждают, что папа Пий XII твердо решил сохранять строгий нейтралитет и будет касаться только религиозных вопросов. Папа, стоящий во главе церкви, особо подчеркивает: „Отдайте кесарю кесарево, а Божье Богови"»[296]. «Отдайте кесарю кесарево» в применении к оккупированной немецкими войсками Польше означало не что иное, как совет полякам полностью и безоговорочно подчиниться захватчикам, оставив себе возможность только возносить молитвы.

Двадцатого октября 1939 г. папа Пий XII издал энциклику Summi Pontificatus. Естественно, что обе воюющие стороны старались в агитационных целях найти в энциклике то, что им было нужно, а не то, что там было на самом деле. Энциклика, составленная из общих фраз, давала легкую возможность такого толкования. Она не осуждала ни организаторов и подстрекателей войны, ни преступления гитлеровцев на оккупированной территории Польши. Чтобы обойти острые политические вопросы, папа предпочел держаться больше в сфере богословия и философии общей морали. Причина войны, по его утверждению, в том, что люди придерживаются «фальшивых учений», в «размножившихся заблуждениях антихристианского движения» и в «отходе от Христа»; ну а если все дело в людских заблуждениях, то путь к выходу из положения — в духовном и религиозном «перевоспитании человечества». Этого и требовал папа. Далее уже почти в духе фашистской идеологии он заявил: «Возможно, что зло, от которого страдает человечество, проистекает отчасти из материальной неуверенности или из борьбы интересов, из борьбы за справедливое распределение богатств, которыми Бог одарил людей как средством к существованию и прогрессу…» Получается, что причины войны — в борьбе за «справедливое распределение» богатств? «Особенно радуется наше сердце тому, что мы в этой первой нашей энциклике, которая обращена ко всему христианскому миру, можем поставить во главе этих наций нашу любимую Италию, эту преданную блюстительницу веры». Безусловно, прекрасный пример, если учесть, что в Италии установился фашистский режим, возглавляемый Муссолини!

Бывший римский корреспондент «Нью-Йорк таймс» писал в своей книге по поводу этой энциклики: «Стало ясно, что Пий XII не пойдет дальше философской критики фашистских доктрин, сопровождаемой призывами к молитвам, к соблюдению христианских принципов…» «Мир разочарован, — пишет он далее, — многие думали, что церковь должна вступить в борьбу, но не так думал Пий XII… Простой мирянин может быть только разочарован, когда величайшая духовная сила в христианстве признает зло, но не хочет с ним бороться»[297]. Господина Мэттьюза никак нельзя заподозрить в антипатии к папскому престолу, однако политическая направленность энциклики так явно отвечала интересам держав Оси, что даже проватиканские авторы не могли не почувствовать этого.

Скандалы из-за размытой позиции папы и очевидного желания подыграть гитлеровскому режиму вспыхивали постоянно. Однажды произошел такой казус. Корреспондент американского агентства «Юнайтед пресс», работавший в Риме, сообщил, что через несколько дней после начала войны папа Пий XII дал аудиенцию 150 католикам разных стран, среди которых было 50 солдат вермахта в военной форме. О приеме он узнал из передовицы «Оссерваторе Романо». Как только это сообщение было напечатано в газетах США, американские, английские и австралийские католические круги заявили протесты, считая его ложным: они не хотели поверить, что папа дает аудиенцию врагам — солдатам нацистского рейха. В связи с полученными протестами агентство «Юнайтед пресс» предложило своему корреспонденту опровергнуть сообщение. Тот обратился к видному чиновнику курии епископу Монтини, который со своей стороны не опроверг, а официально подтвердил факт. Правда, он был обеспокоен тем, что это получило нежелательный для Ватикана международный отклик.

Ватикан одобрял позицию германского епископата, который открыто пресмыкался перед Гитлером, аналогично тому, как в 1914 г. тот же епископат пресмыкался перед Вильгельмом II. Немецкие католические епископы с самого начала Второй мировой войны заявили о своей безоговорочной солидарности с планами германского империализма. Они не только благословили войну, которую начала гитлеровская Германия, но и поставили на службу войне весь церковный аппарат[298].

В первые же дни войны германский епископат обратился к верующим с призывом к послушанию. Католические и протестантские епископы призывали народ «к горячим молитвам», «чтобы Бог и Божественное Провидение» послали Гитлеру победу[299].

Переговоры о согласовании позиций Ватикана с правящим гитлеровским режимом велись еще в конце 1939 — начале 1940 г. Ватикан при этом всегда шел навстречу требованиям нацистов и в нарушение конкордата с Польшей подчинял польские епархии немецким священнослужителям, например, во главе Хелминской епархии был поставлен откровенный фашист, немец по национальности епископ Сплет. Не это ли лишнее подтверждение тому, что Ватикан, по сути, признал захват Польши и ее подчинение Германии[300]?

Двойственность позиции Ватикана и самого папы была вполне очевидна всем участникам и наблюдателям большой политической игры начала Второй мировой войны, когда Гитлер, ведя боевые действия в Европе, старался по возможности отыграть новый альянс с Западом против СССР, а папа продолжал вести свою «миротворческую линию», лавируя в своих выступлениях между признанием силы германского рейха и попранными основами христианской морали. О причинах своего «миротворчества» папа Пий XII откровенно сказал 18 октября в беседе с литовским посланником при Ватикане. Суть сводилась к тому, что он не даст себя вовлечь «в чисто земные споры» и в территориальное соперничество между государствами, но как верховный пастырь он не может «закрывать глаза, когда вырастают