Читать книгу - "Дым, зеркала и проступки - Энола М. Дуглас"

арочные окна, стойки из белого мрамора, хрустальные люстры. За стеклом витрин красовалась изысканная выпечка с блестящими сахарными корочками. Вдоль стен стояли столики из белого мрамора, украшенные свежесрезанными цветами. Утончённость и наслаждение — целый мир отделял это место от деревенского уюта её пекарни.

Они сели за столик у окна. Снаружи продолжалось йольфростское веселье Четырёх Фракций: смех и далёкая музыка перемежались вспышками праздничных фейерверков, расцвечивавших зимний воздух.

Кассия заказала чайник пряного чёрного чая и кусок лёгкого, как воздух, ангельского бисквита, пропитанного апельсиновым ликёром и прослоенного кремом с натуральной ванилью. Для таких обстоятельств десерт казался почти неприлично роскошным, но после всего, что случилось за этот вечер, зачем отказывать себе в утешении?

А демон заказал лишь горячую воду с ломтиком лимона.

Ни чая. Ни десерта.

Когда заказ принесли, она спросила:

— Вы не пьёте чай? Кофе?

— Кофеин действует на меня самым странным образом.

Кассия поднесла чашку ко рту, вдыхая тёплый пряный аромат.

— Страннее, чем демон, который в таком заведении заказывает простую горячую воду?

Уголок его рта приподнялся, но замечание он пропустил мимо ушей. Вместо этого Аркенот задумчиво посмотрел на неё.

— Вы знаете, какое значение Йольфрост имеет для демонов-ноктюрнов, мисс Аура?

Она выгнула бровь.

— Что-то связанное с самой длинной ночью в году?

Он отпил горячей воды с лимоном и лишь затем ответил:

— Наши предки считали это время самым благоприятным для зачатия потомства. Ночь достигает наибольшей продолжительности, а значительная часть нашей силы подвластна тьме, поэтому издревле считается: ребёнок, зачатый в ночь Йольфроста, с наибольшей вероятностью унаследует великую силу.

Кассия замерла, держа вилку над бисквитом.

— Звучит… крайне традиционно. И честолюбиво.

— Традиции и честолюбие — столпы демонского общества, — сказал он. — А моя мать, будучи глубоко предана этим обычаям, поставила себе целью меня женить. Последние пять лет она устраивает бал Йольфроста — событие, которое, к моему величайшему несчастью, существует лишь затем, чтобы водить передо мной вереницу подходящих дочерей в надежде, что я наконец выберу Избранную. — Он медленно выдохнул и поставил чашку. — С тех пор этот бал превратился в проклятие моей жизни.

Пять лет подходящих дочерей. Неудивительно, что он звучал утомлённо. Кассия нахмурилась. И всё же даты не вполне сходились.

— Я каждый год читаю в газетах о бале Йольфроста, который устраивает Варил Дельфина, — сказала она, — но разве он проходит не за две недели до праздника? Как это вписывается в традицию?

— Что ж. — Губы Аркенота дрогнули. — За эти две недели моя мать успеет спланировать свадьбу десятилетия и провести её. А затем, в саму ночь Йольфроста… — Он склонил голову и улыбнулся. — Уверен, вы понимаете.

По шее Кассии пополз жар, прежде чем она успела его остановить. За этот вечер она приготовилась ко многому — к отказу, противостоянию и даже аресту, — но в список определённо не входил демон, который непринуждённо описывает составленное матерью расписание зачатия. Она скрыла смущение, намеренно отправив в рот кусочек бисквита и медленно его пережёвывая, словно десерт требовал всего её внимания.

— И вы рассказываете мне всё это, потому что…? — спросила она, когда снова обрела власть над голосом.

Он подался вперёд; свет заиграл в тусклом золоте глаз.

— Потому что мне нужен щит на материнском балу Йольфроста, а вам — спаситель для приюта. Предлагаю обмен: станьте моей очаровательно неудобной Избранной на один вечер, а я помогу вам сорвать план Алдеррата по захвату приюта.

Кассия едва не подавилась. Ставя чашку на блюдце, она громко звякнула фарфором — руки слегка дрожали. Под столом Кассия расправила ладони на коленях.

— Фиктивная помолвка? Вы хотите, чтобы я притворилась вашей Избранной?

— Считайте это политическим театром, — сказал он.

Она сглотнула и заставила себя вдохнуть.

— Посмотрим, правильно ли я поняла сценарий, — медленно произнесла Кассия. — Мне предстоит сыграть ослепительную таинственную незнакомку, которая каким-то образом похитила сердце печально известного своей неприступностью наследника Варилов. Такова моя роль?

— Вы на удивление лаконично уловили суть.

— Ужасная задумка! Хлипкая и вся в сюжетных дырах. Вас сразу раскусят.

Он улыбнулся поверх чашки.

— Вы уверены?

Кассия едва не уставилась на него с открытым ртом.

— Кажется, в вашей маленькой постановке вы упускаете весьма существенную ошибку в подборе актрисы. — Она наклонилась вперёд и прошептала: — Я не из рода класса «Эшелон».

— Безродная, — согласился он. — Да, я знаю.

— К тому же я наполовину человек. И моя магия отнюдь не сияет престижем предков.

— И всё же она меня заинтересовала, — возразил он, опустив взгляд на её руки, словно всё ещё видел там остатки силы. — Их магия может сиять родословной, накапливавшей престиж столетиями. Но ваша… — Аркенот задумчиво склонил голову. — Звучит. Я нахожу её куда притягательнее.

На несколько мгновений он оставил эти слова висеть в воздухе.

— Продолжить? Вы упрямы, в ваших глазах при любом вызове появляется, откровенно говоря, пугающий блеск, и вам совершенно нет дела до правил моего мира. Словом, вы — самая неправдоподобная невеста демона, какую только можно представить. Никто не сумел бы выдумать настолько неподходящую Избранную. Следовательно, вы должны быть настоящей.

Кассия так и застыла с открытым ртом. Фальшивая Избранная. В его устах обычное слово почему-то звучало весомее, будто связывало крепче. Она не знала, лучше от этого или хуже.

Мысль была настолько нелепой, что по кругу вернулась к правдоподобию. Но погодите… Этот демон с внимательным взглядом и властью над тенями предлагал не благотворительность. Он предлагал сделку, а Кассия знала: в мире Эшелонов сделки всегда выгодны тому, кто составляет договор.

— Вы просите меня доверить вам то, чем я невероятно дорожу, — сказала она, стиснув чашку пальцами. — Как именно вы спасёте «Звёздный свет»?

— Я кое-что знаю о законах о собственности и договорных спорах.

Её взгляд прошёлся по его безупречно скроенному пальто, рукам и непринуждённости мужчины, которому никогда в жизни не приходилось ни за что бороться. Он слыл праздным, если не вовсе бесполезным, — богатый демон без видимого занятия и цели, кроме уклонения от обязанностей. И всё же говорил как человек, который действительно занимался подобной работой.

— Неужели, — ровно произнесла она.

Он встретил её взгляд.

— Не могу ответить, пока не изучу детали. Пусть Алдеррат крепко держит в руках городскую недвижимость, но у каждого договора есть цепь, а в каждой цепи — слабое звено.

Кассия прищурилась.

— Всё равно обещанием это почти не назовёшь.

— Я не стану оскорблять вас обещаниями, если ещё не придумал, как их исполнить. Но я не заключаю сделок, условия которых не способен выполнить. Это единственная гарантия, которую вы получите.

Худший из возможных ответов — предложение без содержания, рассчитанное на